потряс такой визг Оли, сопровождавшийся отборным матом, что было слышно даже на улице. Кажется, волшебное средство уже подействовало.

Вечером мы с Андреем молча сидели в гостиной, прислушиваясь к тишине. План был запущен. Маховик раскручивался. Оставалось только ждать. Ну, а мне – посмеиваться, вспоминая свою маленькую чисто женскую месть.

Муж взял мою руку, переплёл пальцы со своими.

– Страшно? – тихо спросил он.

– Нет, – ответила я искренне. – Теперь, когда мы вместе, – не страшно вообще ничего.

Телефон Андрея разрывался от звонков. Руслан, его партнёры, юристы… Он отключил звук и отложил аппарат в сторону.

– Пусть помучается. Пусть почувствует, каково это – когда рушится всё, что ты строил.

Он потянулся ко мне, и его поцелуй был горьким от кофе и сладким от обещанной мести. И где-то там, за стенами  дома, уже начинала рушиться жизнь двух людей, которые посмели покуситься на наше счастье.

Андрей улыбнулся, и в его глазах я увидела ту самую любовь, ради которой стоило бороться. Ради которой стоило становиться сильной, жёсткой, безжалостной.

И я ни капли не сожалела об этом.

Эпилог

Через месяц газеты пестрят заголовками: "Крах империи Давыдова: мошенничество и шантаж", "Веб-модель Ольга Северова задержана за вымогательство". Рустам потерял всё – бизнес, репутацию, свободу. Ольга попробовала сбежать за границу, но её ждал неприятный сюрприз – на счету у неё не оказалось ни копейки.

А мы с Андреем сидим у камина в нашем  доме – маленьком, уютном, наполненным любовью. На столе стоят две фарфоровые чашки – те самые, с гравировкой, из которых любой напиток вкуснее в разы.

– Знаешь, – говорит Андрей, обнимая меня за плечи, – может, всё это было к лучшему. Теперь я точно знаю, что готов на всё, лишь бы не потерять тебя.

Я прижимаюсь к его груди и вдыхаю такой родной запах. Где-то в детском доме нас ждёт мальчик с карими глазами – наш будущий сын. Завтра мы поедем забирать его домой. Но это ещё не всё… Кладу перед Андреем тест на беременность с двумя полосками, замирая от волнения.

Муж смотрит на меня сперва непонимающе, затем – с недоверием. Но вдруг подскакивает с места и подхватывает меня на руки, кружа по комнате, счастливо смеясь и плача одновременно.

И когда его губы касаются моих, я знаю – никакие угонщицы нам не страшны. Мы прошли через шторм и выстояли. А значит, нам по плечу любое будущее.