- Умею. – я ответила на автомате и попалась на удочку, потому что следом последовало хитросделанное предложение. – Тогда покажи. Сделай нам по чашечке. Кофе в банке с картинкой, уже молотый. Турки на полке.

Может, он мой мозг поработил?! Мне тут же захотелось доказать, что я могу не только неприятности доставлять. И все мои возмущения словно растаяли, как ложечка сахара, которую я всегда бросаю на дно – чтоб расплавился. Получается и не сладкий, и не горчащий.

Хорошо, что и у нас такая же сенсорная плита, а то сейчас тупо тыкала бы на все значки под изучающим, удавьим взглядом Дежнева. Поставив турку на плиту, я включила чайник, чтоб ополоснуть кипятком чашки перед тем, как налить туда кофе. Нагретая заранее чашка усилит вкус кофе. А главный ингредиент – это желание сделать кофе вкусным настолько, чтоб тот, для кого его делаешь, запомнил. Своего рода магия.

Сейчас я очень старалась, чтоб Дежнев его запомнил. Наверно, я ненормальная, но при всей его холодности и резкости, он меня привлекал. Настоящий мужчина, который и в бараний рог может обидчика скрутить, и моментально установить причинно-следственные связи, как с заполошенной курицей Мариной, и отчитать так, что мало не покажется. Но за всей этой внешней жесткостью иногда проглядывала человечность. Ну ладно. Один раз видела, когда он отпустил нас с Дедом Морозом. Нет, еще в полиции. Он не стал мстить мне за то, что я два раза чуть не сорвала его важное мероприятие.

Но не прошло и пары минут, как я убедилась, что основная черта Дежнева – это просчитанность.

- Итак, - начал он, принюхиваясь к дымящейся чашечке. – Неплохо, учитывая, что кофе не свежесмолотый. – Я нанимаю тебя в помощницы. Вместо Марины. Полностью следить за Аришкой. Организовывать занятия, покупать одежду, заказывать еду, когда мы здесь. В коттедже готовит домработница.

Я чуть не поперхнулась от возмущения. Он нанимает! Я что-то не припомню, что стояла в длинной очереди желающих работать на этого деспота.

- Не благодари! – остановил он мой порыв высказаться. Я готова была уже стукнуть его чем-нибудь, но уловила в холодных глазах явную смешинку. – Я не привык кого-то упрашивать, поэтому просто делаю предложение, от которого отказываться глупо. Ты живешь на съемной квартире.

Увидев мои округлившиеся глаза, смилостивился и пояснил.

- Я не останавливаюсь на полдороги. Вызволив тебя из лап подонка, я должен был убедиться, что все разрешилось благополучно. Я каждый день проведывал деда, который умудрился сломать ногу. Так что не надо было совершать лишних телодвижений, чтоб узнать, что ты уволилась целая и невредимая, и наказать, чтоб ни под каким видом не выдавали информацию о тебе никому из желающих. А мое слово там ценится – дед - соучредитель клиники. Потом на всякий случай пробил твою регистрацию. Так что проблема жилья для тебя актуальна. Дальше. У тебя нет мужа и детей, значит, ты не связана никакими обязательствами.

Ошарашенная этой информацией, я немного потеряла связь с мозгом, и в ребяческом порыве возмущенно возразила:

- У меня есть молодой человек! Мы живем вместе и собираемся пожениться!

Брови и уголки рта Дежнева потянулись вверх. Видно было, что он едва удержался, чтоб не хмыкнуть. Твою ж запеченную курицу за ногу! Что я несу?! Хотелось закрыть лицо руками, чтоб оказаться «в домике». Я готова была провалиться сквозь диван от стыда. Вот сейчас он припечатает меня: «Именно поэтому ты притащила в дом первую попавшуюся девочку? И отдала новый приличный мужской рюкзак под переноску чужому щенку?»

Но Дежнев оказался благородней, чем я думала. Он отхлебнул кофе и как ни в чем не бывало произнес.

- Вкусно получилось. Если согласишься готовить кофе мне по утрам, накину еще десять –пятнадцать тысяч к зарплате. Ты же согласишься?

- Соглашусь, - машинально ответила я, прикидывая, сколько же будет зарплата, если десять – пятнадцать тысяч можно небрежно накинуть за десять минут необременительной работы.

Глава 14

Отказываться, действительно, было глупо. Я не из тех, кто назло маме готов отморозить уши. Вопрос с Альбертом – дело решенное. Опять считать копейки после уплаты за квартиру? Тоже не привлекает. Тем более Ларчику надо строить свою жизнь. Вот и получается, что предложение Дежнева – это не просто новогодний подарок, а прямо спасительный круг.

И тут моя привычка искать везде подвох снова проснулась. А не включит ли он в рабочий контракт какой-нибудь весьма неприятный или даже неприемлемый пункт?! А я подмахну его не глядя?!

- Твоя комната будет рядом с Аришиной. У тебя два часа перевезти вещи. Потом я уеду. А вы сегодня развлекайтесь сами. А завтра мы уезжаем в Сочи. Ты на лыжах кататься умеешь? – выдернул меня из размышлений Дежнев.

Я только диву давалась, как у него все быстро, просто, рассчитано. Я тебя нанимаю. Два часа на сборы. Завтра в Сочи. А. Еще и лыжи.

- Не умею, - прикусив губу, пробормотала я.

- Почему?

Опять застарелые обиды зашевелились в душе. Не умею. Потому что на физкультуру нужно было приносить свои лыжи. А их покупка в наш постоянно трещавший по швам бюджет никак не вписывалась. И пока все катались, я драила спортзал. Но признаваться своему работодателю в этом совсем не хотелось. Но и что-нибудь соврать у меня тоже не получалось. Во- первых, не умею. Во-вторых, Дежнев не тот человек, который не распознает ложь. Его голова, как компьютер и сканер. Поэтому он соображает мгновенно и, кажется, видит насквозь. И я предпочла прикинуться глухо-немым тушканчиком, проигнорировав последний вопрос и задав встречный.

- А разве вас не интересует другая информация о только что нанятом сотруднике? – я посмотрела в его серые глаза и заметила в них удивление.

- Основное я знаю. Санитарная книжка у тебя есть. С Аришкой ты нашла общий язык. И это ключевой фактор в принятии решения. – он пожал плечами, давая понять, что остальное его не интересует. Где-то глубоко внутри я почувствовала себя уязвленной. Глупо, безрассудно, наивно раскатывать губу на то, что я заинтересую его как личность. Но он меня интересовал. И не потому что богатый…

- Хотя… Один вопрос у меня есть. Ты почему до сих пор ходишь в наряде Снегурочки? С кем-то поспорила? Или решила на паперти постоять в таком виде, чтоб больше дали?

Вот ведь гад?! Издевается!