- Ну, ты, это, собирайся! – поторопил меня извиняющимся тоном Гаврилов- Мирошин. – А то еще наряд пришлют, подумают, что тут террористы.

Я наконец отмерла. И, нацепив вымученную улыбку, вернулась к Аришке.

- Мы сюда сложим твои игрушки. И давай другим дяденькам полицейским оставшиеся раздадим? И вы помогайте! – неожиданно расхрабрилась я.

Аришка кивнула, и мы все вместе принялись снимать оставшиеся фигурки с елки. И я делала это с особым, каким-то злобным удовольствием. Пусть Альберт застанет голую елку! А мои игрушки хоть, может, кому –то доставят радость.

Как говорится, жизнь подкинула лимон – сделай из него лимонад. У меня даже настроение поднялось и появилась надежда, что все обойдется.

И даже рюкзак Альберта я приспособила. Поскольку Коржику предстояло путешествие, ему нужна была переноска. Я вытащила из-под елки рюкзак и усадила туда сладко спавшего крепыша и сунула в руки одному из своих провожатых. Пакет с игрушками другому.

- Пойдем, Аришка. Дядям полицейским сделаем праздник, - с бравадой идущего на казнь, начала я раздавать указания.

Одев Аришку, я сунула ноги в белые валенки и натянула на себя шубку Снегурочки под изумленные взгляды конвоиров.

Объяснять, что мне просто нечего надеть, я не стала. Пусть думают, что я барышня с чудинкой. Не от мира сего. А таких на Руси издавна принято было опекать. Вот и пусть опекают!

И сработало!

Когда мы вошли в отделение, дежурный понимающе хмыкнул.

- Что, еще одну бабочку – Снегурочку отловили? В обезьянник?

Я в ужасе округлила глаза, увидев, что за решеткой, действительно, сидят две моих «коллеги». Правда, снежные шубки их были более откровенными, едва прикрывавшими пятую точку. Да и боевой раскрас выдавал в них представительниц древнейшей профессии.

- Да нет. Здесь другое. Эта Снегурочка настоящая, - все еще не понимая, как подпали под мое обаяние, чуть ли не хором ответили Гаврилов с Мирошиным. Мы к Палычу.

Я с облегчением выдохнула.

- Эй, начальник. А что это за вип- Снегурочка! Пусть со всеми сидит! – развязно захихикали "Снегурочки".

- Не обращай внимания, - видя, что я готова снова превратиться в застывшего суриката, подбодрил меня один из тандема «Гаврилов-Мирошин».

Так, в обезьянник не сдали. Осталось выдержать испытание «Палычем». И приготовиться к самому страшному – встрече с Ледяным.

- Что, привезли? – вперив в меня тяжелый начальственный взгляд, спросил лысый здоровяк, сегодняшний вершитель судеб.

- Палыч, тут такое дело, - переглядываясь, начали отчитываться мои «опекуны».

Выслушав рассказ, Палыч (на то он и начальник) не изменил выражения лица. И тогда Аришка, боязливо прятавшаяся за меня, просунула руку в пакет и выудила сердечко. Нерешительно приблизившись к столу, положила игрушку и, совсем осмелев, взяла ручку и лист бумаги для записей из пластикового короба.

«Подарок от Снегурочке» - нацарапала она и снова юркнула мне за спину.

Палыч, немало повидавший на своем веку, ошалел и, кажется, не знал, что сказать.

Наконец, отмер.

- Ну присаживайтесь, - единственное, что пришло ему на ум.

- А у нас еще подарочки есть! – заискивающе, пытаясь окончательно перетянуть его на светлую сторону, улыбнулась я. – Давайте мы раздадим всем, кто на службе?

В поддержку моей идеи мои провожатые вытащили из карманов свои игрушки.

- Черт знает что! – покрутил Палыч головой. Он-то приготовился к «разговору по душам» с преступницей, а тут неформат какой-то.

- Серега, проводи сказочных персонажей, - решился он на нарушение должностных инструкций.

Оставив рюкзак с Коржиком, мы отправились на экскурсию по отделению. Аришка, радостно сияя, раздавала фигурки всем, кого мы встречали. Замерев перед клеткой, она просительно посмотрела на Серегу.

- Они были плохими девочками и подарки не заработали, покачал он головой.

- Но они же все равно девочки! Пусть и у них будет праздник, - вписалась я. И только мы отдали им игрушки, в отделение влетел Ледяной, вокруг которого, как мне показалось, клубилось зловещее облако гнева и мороза. Выцепив взглядом Аришку, он облегченно выдохнул и потер ладонью лоб.

- Ариша! Ну как так?!

- Где ваше начальство? – вернувшись в облик Ледяного, угрожающе спросил он. И тут только заметил меня. Видать никак не ожидал увидеть меня без наручников и не в обезьяннике. И уж тем более не в костюме Снегурочки.

Он словно не поверил своим глазам. Холодное, равнодушное выражение слетело с его лица, как пыль, подхваченная сильным ветром. Озадаченность, смешанная с изумлением, делали его таким не опасным, что я расслабилась.

Виновато пожав плечами, я улыбнулась.

- Пройдемте, господин Дежнев, - пришел на помощь Сергей.

Схватив дочку за руку, он чуть ли не потащил ее вслед за полицейским. Очень хотелось слинять отсюда, но лишние проблемы, пока не разобрались с основной, мне точно не нужны. И я, словно провинившаяся кошка, поплелась за ними.

- Что писать? – рявкнул Ледяной, отчего даже у Палыча брови поползли вверх, а я чуть не сползла вниз. Но мне не дала сделать этого Аришка, вывернувшаяся из отцовской хватки. Она тихонько подошла ко мне и прижалась, как котенок, нуждающийся в защите.

- Илья Никитич! – озадаченно поскреб подбородок начальник. – Тут такое дело…

Он повторил те же слова, с которыми его подчиненные доставили меня сюда.

- Если по-человечески, эта Снегурочка просто безответственная и наивная. И статью сто двадцать шесть к ней применить не получится. Лицо, добровольно освободившее похищенного, освобождается от уголовной ответственности, если в его действиях не содержится иного состава преступления. Так что мы вынуждены ее отпустить, если вы не натравите своих адвокатов, чтоб доказать, что ребенку нанесен какой-то ущерб.

Мне показалось, что я услышала, как скрипнули зубы Ледяного. И хоть он виден мне был только в профиль, я заметила заходившие желваки. А от его негромкого голоса, вернее интонации, все здесь должно было покрыться инеем. Видно было, что он прикладывает усилия, чтоб сдержать свои эмоции.

- Вы. Меня. За идиота. Принимаете? – опять, словно разрубая предложение, медленно, сквозь зубы, произнес он.

Палыч переглянулся с моими «приятелями», не понимая, это потерпевший так соглашается или, наоборот, грозит громами и молниями.

Дежнев в это время увидел кулер с водой и, не спрашивая разрешения, налил стакан воды и залпом выпил его.

Не думала, что стаканом воды можно усмирить дракона, который, судя по всему, буйствовал внутри нашего папаши. И оно понятно. На часах – два ночи. Причем ночи новогодней. Которую он должен был проводить в каком-то важном месте и в которое