оставалась лишь одна группа, когда эхо прыгнуло за восемь сотен. Меня там уже не было. Место так и осталось мёртвым районом, жителей не заселяли туда вновь, хоть раньше это был такой же многолюдный район, как и все остальные. Это была крупнейшая потеря Города и огромный откат в развитии. А также самая масштабная потеря среди пробуждённых со времён экспериментов с характеристиками чудовищ.

— Тем не менее, район вам удержать удалось…

— Полярис, ты серьёзно? Только не говори, что настолько возгордился, что решил подставить весь Город! — опешила Луричева. — Я тебе рассказываю, чем это обернулось для ВСЕГО города. А ты собираешься воевать с тысячным эхо в одиночку?

— Ну вот сейчас ты рассказываешь, а я думаю, стоит ли пытаться.

— Ты серьёзно⁈ Ох, вижу, что серьёзно…

— Ну хорошо, допустим, я с тобой соглашусь, выброс ведь всё равно случится? — спросил я, слегка пойдя на попятную, а то так она мне точно ничего не расскажет, как психу.

— У выброса есть радиус. Он не заденет Город и не коснётся людей. А мы поможем вам продержаться. Это честная сделка. Мы принимаем вас в семью.

— Ясно. Мне нужно подумать, — я сделал задумчивый вид, словно действительно прижат к стенке и раздумываю над её предложением. — Кстати, Саша говорила, что эхо дорастало до гораздо больших значений.

— Я не знаю, сколько там было, но я слышала, что там пропадают логика и здравый смысл. Это уже не тот хаос с эротическими фантазиями и щупальцами, а пространство, где ты можешь всерьёз думать, что ты квадрат, и испытывать иррациональный страх перед кругом. Такой, что он будет сводить тебя с ума. Любой бред будет твоей новой реальностью.

— Саша как-то выжила.

— Ага. Жаль, ты не знал её до Несбывшейся. Это буквально разные люди.

Робот принёс Анне закуску с волнистой картошкой фри с чесноком и блюдце с тонкими поджаренными охотничьими колбасками. Она ненадолго погрузилась в закуску, а я — вернулся к своим размышлениям:

Итак, они остановили процесс стирания улицы. Затем… что-то случилось, из-за чего Несбывшаяся осталась рядом с Городом, а не утонула в Хаосе.

— В твоём рассказе одно не вяжется, — заметил я. Хотя это скорее была недосказанность, но правильная формулировка помогает дойти до правильных мыслей.

— Что?

— Почему Несбывшаяся так и осталась висеть, если она всё же была отделена от Города?

— Я же говорю, не дотёрли её. Жителей убрали, но закончить дело не смогли.

— Это понятно, — отмахнулся я. — Но ведь район как-то вернулся с этих огромных эхо?

— К чему ты это? — насторожилась Анна.

— Думаю, что может всё не так и страшно. Приход стирателей — это возможность, оборона — это фарм времени…

Глядя на расширившиеся в ужасе глаза Луричевой, я понял, что попал в точку. Разумеется, я так не думал — подставлять весь Город и на чужом горбу пытаться заработать время, пока все рискуют всем — понятно, что я бы так никогда не поступил. Но ей сказка понравилась.

Она закашлялась.

— Это безумие! Тебе не выстоять в одиночку! Ты только подставишь всех!

Снова кашель.

— Я не знаю, что делала на той стороне Саша, чтобы несбывшаяся сохранила связь с Городом. Ты лезешь в механики, которых даже не понимаешь!

— А что ты делала тогда, на Несбывшейся?

— Настраивала оборону, как и всегда.

Итак, что мы имеем по итогу? Первое — нужно не дать стирателям отрезать кусок Города. На Несбывшейся это удалось сделать частично. Район находится чуть в стороне от Города, и попасть в него можно только очень сложными методами.

Второе — кто-то был на той стороне, и это что-то сохраняло связь, даже когда Город и Несбывшаяся отдалились друг от друга. Поговорить с Сашей об этом? Хм. Надеюсь, мне удастся купить её пиццей…

— Я помогаю согласовать боевые возможности Стирателей. Некоторых вообще не используем, если это бессмысленно. Например, Альфрида бесполезна против нежити или роботов, но с более-менее разумными существами — сам понимаешь.

Я кивнул.

— Подумай, Полярис. Хорошо подумай. Ты можешь приобрести хороших друзей. Вместе выживать лучше.

— Мне бы хотелось жить, а не выживать. А спокойно жить, надеясь на хозяина, я не могу. Но я подумаю над твоим предложением.

Это была почти правда. Подумать об этом действительно стоило, на случай если иначе не выйдет. Но, конечно, не о контрактах с Луричевой, скорее, стоит переговорить с Леей. В её честность я верю.

— Последний вопрос. Личный.

— Оу, — улыбнулась Луричева. — Уже интересно!

— Зачем ты отправила в тот цикл Таню?

— Таню ли? — ещё шире улыбнулась она. Теперь даже зло, с превосходством, полностью убив те крохи нормального к ней отношения, которое начало медленно зарождаться в нашем разговоре после её извинений.

— Если хочешь со мной помириться — объясни, как исправить то, что ты натворила. И отдельно придётся просить прощения у Красноглазки. И у Танитоже.

— Исправить? — улыбка стала ехидной. — Ты сам изменил свою личную историю. При чём тут я? Разве я укладывала тебя в постель с этой мышью? Ни грамма манипуляции тобой или ею там не было. Могу даже поклясться кем хочешь.

— Будешь теперь отрицать свою вину?

— Вину? Я просто помогла ей вернуться на четыре года, как она сама и хотела. Меня в свою личную жизнь не впутывай. Или впутывай. Хочешь, буду твоей любовницей?

— Зачем ты это сделала?

Анна сощурилась и ответила, наконец, серьёзно:

— Это был урок, Полярис. Я помогла тебе узнать Город получше.

— Мне не нравится, как это звучит. Пожалуй, выписывать тебя из личных врагов пока рано. Так что на твоей стороне я окажусь в самую последнюю очередь.

— Выбор за тобой, — произнесла она. — Думай, решай, наслаждайся результатом принятых решений.

Выйдя из кафе под вечер, я с удивлением понял, что это первый раз, когда Луричева никак не пыталась мне навредить. Хотя, если считать ментальный вред, то ей удалось всё сделать по высшему разряду…

В конечном итоге она разозлила меня так, что аж потряхивало. Ни у кого в Городе этого не получается так, как у неё. Со всеми остальными я примерный спокойный уравновешенный и адекватный человек. Рядом с ней — постоянно на эмоциях.

Когда я уже уходил, она засобиралась вместе со мной. Конечно же, развернувшись ко