— Всё это я сейчас отправлю в столицу в отчёте, а ты пока займись разведкой.

— А есть смысл? Она у них работает и так. Если кто к границе подойдёт – мы узнаем. Только вот в случае такого развития событий нам придётся отсюда бежать быстренько.

— Ну да, пожалуй. Крепость не удержим. Тут закрома пустые, измором возьмут.

— Вот и я о том же. Так что, думаю, в первую очередь надо наладить снабжение, а потом разберёмся.

— Действуй, — махнул на меня рукой Бобров.

Я направился к складам, чтобы оценить реальное положение дел с припасами. Картина, открывшаяся мне, была даже хуже, чем я ожидал. Полупустые мешки, несколько бочек с мутной водой да ржавые стойки для оружия – вот и всё богатство. Кладовщик, тщедушный старичок по имени Артемий, лишь развёл руками:

— Провианта привозят впритык, чтобы с голоду не померли.

В общем, я долго шлялся по крепости, выясняя два извечно волнующих вопроса: «Кто виноват?» и «Что делать?». Картина, конечно, складывалась, но пока не полная.

Проблема была в том, чтобы сгоряча не наломать дров. Можно, конечно, поехать в город и попытаться повлиять на мэра, только не факт, что я смогу сделать это с ходу. Да и к тому же непонятно, не выйдет ли хуже. Наверняка мэра только насторожат мои попытки.

Если изначально я с Дмитрием Дятловым действовал необдуманно, то неизвестно, что из этого могло выйти. А сейчас всё хорошо. Поэтому нужно всё делать обдуманно, взвешенно и не спеша. Только быстрее. Времени на раскачку тоже особо нет.

***

В город Торговый я поехал на следующий день, по пути вспоминая разговор с Бобровым. Мысль о немедленной поездке к мэру была первой – горячей и глупой. Бобров, видя смену выражения моего лица, ехидно хмыкнул:

— Ты к нему приедешь как проситель, с открытым забралом. А он тебя встретит как дорогого гостя, усадит за стол, нальёт хорошего вина и начнёт лить в уши мёд про городские нужды, пустую казну и тяжкое бремя. И выйдешь ты от него, обнявшись, с полным желудком и пустыми руками.

— Значит, сначала нужно разобраться, — заключил я. — Надо понять, что это за зверь такой – мэр, и как там устроена иерархия. Сергей Иванович говорил про фракцию, про пятерых купцов, которые с мэром город обдирают. Это уже не один жадный упёртый купец. Это система, которую с ходу не сломать.

Бобров кивнул, и в его глазах мелькнул проблеск делового интереса.

— Систему надо знать. Кто эти купцы? Чем торгуют? Кто главный после мэра? Кто среди них самый алчный, а кто, может, поумнее и посдержаннее? Где у них трещины? Дерутся ли они между собой за долю? Кого в городе они прижали так, что те готовы плюнуть им в бороду? Вот это – наши козыри.

— И ещё, — добавил я, вспоминая рассказ сотника, — городская стража с нашими вроде как дружит. Но дружба дружбой, а служба службой. На чью сторону они станут, если дело дойдёт до конфликта с мэром? Их тоже надо понять.

По сути, он прав, конечно. Тут сказать нечего. Просто уже голова начинает кружиться от мыслей о том, как тут всё наладить.

— Значит, так, — подытожил Бобров, вставая. — Я засяду за отчёты в столицу. Ты – за свою подпольную дипломатию. Как только будет что‑то ясно, дальше будем думать. И только когда будет ясно, кто они, что любят и чего боятся, ты поедешь к мэру. Но поедешь уже не с просьбой. Ты поедешь с визитом вежливости… и с парой тузов в рукаве.

Мы с Гнидой не спеша ехали по дороге. Весь её вид выражал немой вопрос: «Да когда же это закончится?»

В этой местности леса было гораздо меньше – в основном степь. Так что неожиданного нападения разбойников или зверья ждать не приходилось, хотя местами трава и была высокой. Дорога не особо накатана – видно, что ездят по ней редко.

Заехав в город, я сразу же свернул с центральной улицы. Если центральная улица выглядела презентабельно, то, немного проехав вглубь, начались трущобы.

— Господин ищет ночлег? — подошёл ко мне оборванный мальчишка.

— Возможно.

— У нас комната есть, можем за три медяка в день сдавать, — обратился ко мне юный предприниматель. — Правда, купальня и уход за лошадью – отдельно.

Я призадумался, а Гнида лишь презрительно фыркнула, как бы говоря: «Не соглашайся».

— Пойдёт, — сказал я. Нельзя упускать такой шанс. Можно будет поспрашивать у местных насчёт информации.

— Тогда следуйте за мной.

Я всё же на всякий случай посмотрел по сторонам – вдруг какая‑то ловушка? Но нет, вскоре мы приехали к большому старому дому. Хоть дом и был покосившийся, да и участок заросшим, но видно было, что за ним хоть чуть‑чуть ухаживают.

— Как тебя звать‑то?

— Гришка я.

Разместив Гниду, которая укоризненно посмотрела на меня, я прошёл в дом. Внутри дома было гораздо лучше, чем снаружи.

— Слушай, а есть что пожевать?

— На рынок надо сбегать, — сказал он, протягивая руку. — Только деньги вперёд.

— Держи, — сказал я, отсыпая ему 10 медяков. — Хватит?

— Да, сейчас сделаем в лучшем виде. Маришка!!!

Тут из одной комнаты выбежала девчушка в старом поношенном платье.

— Беги на рынок, барин покушать изволит.

— Вот это сервис, — удивился я.

— Следуйте за мной, — с аристократической невозмутимостью сказал Григорий.

Он отвёл меня в комнату. Мебель старенькая, но добротная. В комнате чисто, даже окно есть.

— Уютно, — сказал я ему.

— Вы простите, барин, но здесь у меня ещё шесть ровесников моих живут. Но они вас не побеспокоят.

— Братья и сёстры? — спросил я.

— Нет, друзья. Они сироты.

— А ты?

— У меня только мама, она вечером придёт с работы.

Пока ждал обед, навестил Гниду, которая угрюмо что‑то жевала. Прогулялся по саду: хоть сад и был запущен, но пара яблонь явно ухожены. К тому же было несколько грядок с овощами и зеленью.

Григорий обед готовил сам. Было мясное рагу с овощами и краюха свежего хлеба.

— Слушай, а что вообще в городе нового? — начал издалека я свой сбор информации у Гриши.

— Да ничего вроде, всё по‑старому.

— Я работу ищу. Не подскажешь, к кому обратиться? Слышал, у