Страх, отчаяние, непонимание — за что мне все эти беды, накатил с новой силой. Мой мозг отказывался верить в то, что сейчас происходит.

— Я люблю тебя Лоранэл, но все это…

— Ингриэль, ты не понимаешь, — грубо перебил муж и до боли сжал мои руки. — Меня сейчас убьют!.. Если ты добровольно не дашь своего согласия — меня казнят! Ты этого хочешь? Тогда моя смерть будет на твоей совести, Ингриэль! Неужели твои слова о любви в Едином храме ничего не значат?! Неужели моя жизнь не стоит твоей жертвы?..

— Лоранэл, ты… — Я отказывалась верить в то, что слышу. — Ты действительно отдаешь на ночь меня… свою жену, другому мужчине?.. Как после всего этого мы потом будем жить?

— Нормально будем жить. Главное — жить, Ингриэль, — отмахнулся муж и поспешно заверил: — Я решу все трудности. Тебе, если захочешь, почистим память. Сейчас это не так важно. Просто знай: если ты согласишься, у нас будет это потом, как и жизнь.

Я хотела возразить на эти чудовищные доводы логики мужа. Но тут дверь кабинета с легким скрипом отворилась, и внутрь зашел суровый оборотень со шрамом на лице. Он обвел вмиг подобравшихся бандитов суровым взглядом, а потом уставился на нас.

— Хозяин передал, у вас осталось десять минут, — сказал как отрезал оборотень и вышел из кабинета.

Обстановка вмиг изменилась. И до этого тяжелая атмосфера давила монолитной плитой, а теперь стало сложно дышать от осязаемого ужаса и безысходности.

После слов оборотня со шрамом Лоранэл затрясся, словно в истеричном припадке. Его идеально-красивое лицо исказилось, глаза загорелись безумным блеском, рот перекосился, губы задрожали.

Мне стало страшно, и я неосознанно начала пятиться от такого Лоранэла. А он, не вставая с колен, пополз за мной, тараторя и проглатывая слова:

— Ингриэль, прошу тебя… умоляю… Только ты можешь!.. Спаси меня… прошу… умоляю… Что хочешь проси взамен… Все отдам! Только помоги мне…

— Осталось три минуты, — разрезал пространство грубый голос одного из бандитов.

Лоранэл замер и как-то осел на ковер, словно кукла, у которой резко кончился завод.

— Я ведь так тебя любил, Ингриэль… — убитым, безэмоциональным голосом произнес муж.

Наверное, я глупая влюбленная дура. Но я не могла допустить, чтобы любимого мужчину убили. Ведь я целитель и давала клятву богине Жанэшь, что жизнь священна. Пусть мне страшно и противно от всего, но моя честь и гордость, действительно не стоят жизни мужа.

В конце концов, и правда есть зелья забвения — они помогут стереть воспоминания. Ещё можно попросить менталистов их подкорректировать.

От стены отделился один из бандитов и сделал шаг в сторону Лоранэла.

— Я согласна! Что нужно делать? — пока не передумала, поспешно выпалила я.

♦ ♥ ♣ ♠♛♠ ♣ ♥ ♦

Дорогие читатели, приветствую вас на страницах моей новинки. Ставьте лайк, добавляйте книгу в библиотеку. Впереди нас ждут невероятные приключения и любовь.

ГЛАВА 3

Дальнейшее произошло так быстро и неожиданно, что я едва успела осознать.

Головорез, уже протянувший руку, чтобы схватить Лоранэла, от моего возгласа замешкался. Мой муж, не теряя ни секунды, воспользовался этой заминкой. Я не успела даже испугаться, а бандиты — среагировать, как он резко рванул ко мне. Выдернув из лацкана мужскую декоративную булавку, воткнул её в мою руку. Острая боль мгновенно пронзила от ладони до плеча.

— Ай!.. — испуганно отдернула я руку и сжала её в кулак.

В ответ на атаку Лоранэла трое жуткого вида бандитов набросились на него, чтобы обезвредить.

— Она согласилась! Пустите меня!.. Она добровольно согласилась! — перешел на ультразвук муж, когда ему выкрутили руки, уткнув лицом в пол.

Бандиты, которые при близком рассмотрении оказались оборотнями, на крики Лоранэла не обратили никакого внимания. Они с остервенением продолжили заламывать ему руки.

— Ингриэль!.. Ингриэль, скажи, что ты согласна! Скажи им… — истерично кричал муж, безрезультатно пытаясь вырваться из захвата. — Ингриэль, ты же согласилась отдать свою первую ночь в оплату за мою жизнь! Скажи это им! Ингриэль!..

От крика Лоранэла и шума борьбы, входная дверь с оглушительным грохотом распахнулась, ударившись о стену.

— Что у вас тут происходит? — гневно рыкнул оборотень со шрамом. — Почему эта падаль ещё здесь?..

— Она согласилась! — предпринял новую попытку вырваться мой муж. Все же вывернувшись в захвате, он встретился со мной взглядами и рявкнул: — Ингриэль, да скажи ты уже!

— Да… я согласна, — медленно, как зачарованная, произнесла, а потом, словно очнувшись, посмотрела в глаза Шраму и уверенно повторила: — Я добровольно меняю первую ночь на жизнь Лоранэла Сельвидерха.

Наверное, от шока я неосознанно запустила магию. Но стоило моим словам слететь с губ, как кровь с окровавленной руки поднялась в воздух и закрутилась в воронку. Удар сердца, но кажется — прошла вечность. Сверкающий туман опал на кожу и впитался без следа. На мгновение я почувствовала, как по жилам пробежал огонь. А следом ощутила, как стальные тиски сжали сердце и тут же разжались, но тяжесть, словно внутри меня появилась невидимая цепь, осталась. Сделка была скреплена. Теперь пути назад не осталось.

— Договор подкреплен магией, теперь сделка нерушима, — вторя моим ощущениям, произнес Лоранэл. — Отпустите уже меня!

Он дернулся, и головорезы, после дозволяющего кивка Шрама, выпустили его из болевого захвата.

Муж гордо поднялся с пола, нервно одернул полы помятого сюртука и дрожащими пальцами пригладил всклоченные волосы.

— Вы не можете больше меня удерживать и обязаны отпустить, — высокомерно заявил он и смело посмотрел на бандитов.

Заступившие проход оборотни глянули на Шрама, не решаясь освободить выход из кабинета.

— И раз вы притащили в логово мою жену, то потрудитесь после завершения сделки доставить её в мой особняк, — надменно заявил Лоранэл.

— С этим будут некоторые сложности, — прозвучал спокойный баритон, и в кабинет уверенно вошел демон.

Высокий, широкоплечий, он завораживал и отталкивал своей экзотической красотой, которую усиливала элегантная, но все равно вызывающая одежда. Не каждый король мог похвастаться такой дорогой отделкой костюма, как вошедший. Довершали дерзкий образ демона рога, покрытые орихалком — лунным золотом. Иссиня-черные волосы, уложенные в идеальную стрижку. Правильные, аристократические черты лица, прямой нос, чувственные губы и миндалевидные глаза. Вот только они пугали меня до одури.

— Видите ли, господин Сельвидерх, вы должны мне сумму годового дохода маленького островного государства,