ничего мне не сделают. Испугать хотят? Нельзя показывать им страх!

Коровин, не сводя с меня взгляда, кивает своим дружкам и мне на плечи давит тяжелая ладонь Минаева.

Я сопротивляюсь, но коленки подгибаются. Подножка и я падаю на колени. Хочу быстро подняться, но Минаев удерживает меня за плечо. Не дает встать.

— Вот в такой позиции ты мне больше нравишься, — зло усмехается Коровин. — По-хорошему не хотела? — наклоняется и берет меня за подбородок.

Бью его по руке и он начинает громко ржать, но подбородок мой не отпускает. Наоборот, сильнее сжимает на нем пальцы. Мне больно. Но эта боль ничто по сравнению со страхом, который я сейчас испытываю. Он перекрывает все остальные эмоции.

Противный мерзкий страх, который неприятно окутывает сознание и лишает меня возможности сопротивляться.

И тем не менее я опять предпринимаю попытку встать. Дергаю головой, освобождая ее из лап Коровина. Толкаю от себя Минаева и вскакиваю. Отбегаю к двери, но там стоит Адамов, третий придурок.

Он цокает языком, качая головой.

— Хватит! — прошу я, глядя по очереди на каждого из парней. — Это не смешно! Вы же знаете, что вам за это будет!

Я пячусь к стене и уже не могу скрывать страх и ужас в своих глазах. И они это видят. Видят. Поэтому и усмехаются довольно.

Опять упираюсь спиной в стену и понимаю, что бежать больше некуда. Парни подступают ко мне.

— Кто первый? — слышу тихий голос одного из них.

И когда я открываю рот, чтобы закричать что есть силы, вижу, как с другого конца зала летит баскетбольный мяч. Летит так быстро, что никто не успевает сориентироваться. Мяч ударяется о стену над моей головой и от этого громкого удара вижу, как трое моих мучителей пригибаются и начинают испуганно оглядываться.

Мяч тем временем отскакивает от стены, ударяет в пол, а из темноты угла выходит высокий темноволосый парень. Он ловит мяч. Пару раз стучит им об пол. Подпрыгивает и забивает мяч четко в баскетбольное кольцо слева от нас.

Глава 3. Грубиян

Коровин, Минаев и Адамов сразу расступаются. И они, и я внимательно вглядываемся в парня.

— Басман, ты что ли? — хмурится Коровин и снова усмехается.

— Развлекаетесь? — парень уже подошел совсем близком к нам и я могу его рассмотреть, пока он здоровается с этими придурками.

Высокий, выше остальных, худощавый, но такой, как говорят, жилистый. Мышцы выступают под майкой. В отличие от нас парень не в форме. На нем черные джинсы и белая майка. Непослушные темные волосы спадают на лоб.

Он, вроде как, спас меня, но почему от него я чувствую еще большую опасность? К тому же, они явно приятели с этим тремя придурками! Он с ухмылкой пожимает им руки.

И только после этого переводит взгляд на меня. И вот тут я понимаю, что не зря чувствую опасность.

Этот взгляд. Один поворот головы — и меня словно отбрасывает ударной волной. Толкает прямо в сердце, которое от испуга становится меньше раза в два точно и забивается в укромный уголок, предчувствуя, что этот взгляд, а вернее, его хозяин причинит боль.

Бред. Прогоняю прочь глупые мысли. Просто еще один придурок. К счастью, не мой одноклассник.

Хочу отвернуться. Или опустить голову. Сделать хоть что-то, чтобы просто разорвать нашу зрительную дуэль с незнакомцем.

Но взгляд его глаз такой колючий. И цепкий. Он буквально удерживает мой взгляд. Заставляет смотреть ему в глаза.

И в горле моментально пересыхает. И, если бы надо было сейчас кричать, просить о помощи, я точно не смогла бы этого сделать.

Такой колючий и тяжелый взгляд.

Парень смотрит серьезно. Ухмылки нет на лице.

Это все длится секунды, но мне кажется, что проходит целая вечность, во время которой я даже не дышу. Вдох не могу сделать. Все сдавило в груди.

Парень сам разрывает наш контакт. Чуть сощурившись, резко отворачивается обратно к придуркам.

И я, наконец, вдыхаю и наполняю легкие кислородом. И мозг начинает работать.

Неужели это он так на меня действовал?! Я как будто гипноз пережила! Или это вообще от страха?!

Прихожу в себя окончательно и дергаю ручку двери, чтобы убежать, пока мои одноклассники и незнакомец обмениваются рукопожатиями.

— Куда? — на моем пути встает Адамов и мерзко лыбится.

Я, не скрывая испуга смотрю то на него, то на его дружков. И чувствую, как губы начинают дрожать.

Закричу. Сейчас точно закричу.

Сжимаю кулаки, словно хочу придать себе силы таким образом.

Но в этот момент парень, который непонятно как оказался в этот час в спортзале, грубо толкает Адамова в плечо. Тот сначала не понимает, что происходит. Таращится на темноволосого парня.

— Басман, ты чего? — хрипит недовольно.

— Пусть уходит, — сухо, но так уверенно отвечает парень.

— Ты чего? — наступает на него Коровин. — Мы не закончили!

И вместо ответа парень, которого почему-то все называют Басманом, берет и толкает и Коровина. Да так сильно, что тот отлетает к стене. Ударяется спиной.

— Ты офигел?! — рычит Коровин.

— Проваливай отсюда! — цедит, чуть подавшись ко мне, мой спаситель. И для полной картины еще и шикает на меня. Как будто я не человек, а кошка.

Но меня уговаривать не надо. Я пользуюсь тем, что путь к двери открыт. Дергаю ручку на себя и выбегаю из зала.

Несусь по коридорам, не оглядываясь. Вообще забыв обо всем. Наверное, я никогда так быстро не бегала.

Замедляю шаги, только вбежав в наш корпус общежития.

Останавливаюсь и оборачиваюсь — конечно, за мной никого нет. За мной никто и не бежал. Это страх подгонял меня.

Стою и понимаю, что отдышаться не могу. То ли от страха, то ли от быстрого бега я часто вдыхаю и выдыхаю, а воздуха все равно не хватает. Зажмуриваюсь и медленно наполняю легкие.

Немного успокаиваюсь и только тогда поднимаюсь на свой этаж.

Глава 4. Кто украл форму?

Я долго ворочаюсь в кровати ночью и никак не могу уснуть. Только прикрываю глаза и сразу как вспышка картинка, где я в зале одна с этими подонками. Зажмуриваюсь, чтобы избавиться от этого видения, но тут же его сменяет взгляд ледяных глаз. И он оказывается гораздо больнее.

Я даже глаза распахиваю, пугаясь реальности происходящего. Как будто этот взгляд здесь, в моей комнате. Но, конечно же, никого нет. И я снова пытаюсь заснуть. И не помню, как проваливаюсь в темноту. И, кажется, только уснула, а уже звонит будильник. Я его пораньше поставила,