на свою несчастливую судьбу она всё чаще выплёскивала на мужа. Винила его в том, что они бездетны.

Но Иен упрямо твердил, что с ним по мужской части всё в порядке, и он не станет позориться и ходить по врачам, признавая собственную неполноценность. Дебби понимала, что для её жутко скромного и стеснительного мужа такой поход в клинику хуже пытки, но ведь что-то нужно было делать…

Вот тут-то судьба и послала ей встречу с Бриджит…

* * *

2

Бриджит всегда было слишком много. Её невозможно было не заметить. Она неизменно привлекала к себе внимание и заполняла собой всё пространство, где бы ни появлялась.

Яркая, статная, с копной тёмно-каштановых волос, орехово-изумрудными кошачьими глазами и такой высокой, пышной грудью, что на неё засматривались все мужики без исключения. Даже её домашний Иен порой украдкой бросал восхищённые взгляды, когда полагал, что Дебора этого не видит.

Бриджит было уже за сорок, но выглядела она моложе самой Дебби.

А уж как она одевалась! Все эти странноватые, вычурные вещи, которые напоминали то ли маскарадные костюмы, то ли наряды прабабушки, на Бриджит смотрелись по-королевски. Ей бы в кино сниматься, в роли сказочных волшебниц.

А ещё она носила столько украшений! Браслеты, кольца, амулеты из металла, бусы из натуральных камней, длинные, тяжёлые серьги и ещё что-то там в волосах. Всё это слегка позвякивало при каждом шаге и весило, наверное, несколько фунтов.

Дебби никогда не видела столько украшений разом на одной женщине. Это было чересчур. Впрочем, как и всё в Бриджит.

Они познакомились в клинике, где сидели рядом, дожидаясь приёма у врача. Заговорила, разумеется, Бриджит, хотя первой на неё обратила внимание как раз Дебби. И неудивительно, ведь Бридж умудрялась быть шумной и суетливой, даже сидя и молча.

Сперва необычное знакомство Деборе польстило. Бриджит казалась такой незаурядной, уверенной в себе, дерзкой. Так отличалась от прежних подруг и соседок Дебби.

Она слушала, открыв рот, всё, что вещала Бридж, а та, казалось, знала всё и обо всём на свете. При этом не забывала неподдельно интересоваться и самой Деборой.

В тот первый день знакомства Дебби даже поделилась своей бедой. Словом, разговор у них получился оживлённый, интересный и необычный.

Даже когда Бриджит, ничуть не смущаясь, представилась ведьмой, Дебора не испугалась, лишь изумлённо округлила глаза и ахнула:

— И ты не боишься вот так об этом говорить?

— А чего мне бояться? — ничуть не меньше удивилась Бриджит. — Скажу больше, моя дорогая, ты тоже ведьма. Все мы, женщины — Дочери Великой Матери, а, значит, Сила заложена в любой из нас. Мы все ведьмы от рождения. Просто кто-то уже успел в прошлых жизнях накопить достаточно опыта и знаний, и теперь эта Сила проявляется в достаточной мере. А кто-то ещё на пути к своему истинному пути. Так бывает, когда кто-то потратил прежние воплощения на скучную жизнь в теле невежественной крестьянки или безмолвной рабыни и научился только терпению и смирению. Но всё в наших руках, дорогая Дебби!

Дебора слушала это всё ошарашенно. Она никогда не интересовалась такими заумными и, в то же время, бесполезными в обычной жизни вещами. Да и опасными, неправильными.

Ей бы, наверное, стоило сказать, что лучше уж быть крестьянкой, чем ведьмой… И, вообще, что такого скучного и плохого в честном труде? А смирение — это и вовсе высшая добродетель.

Но тогда она лишь удивлённо уточнила:

— Как это, в прошлых жизнях?

— Ты что, ничего не знаешь про перерождение? — Бриджит закатила глаза. — Вот так и теряется истинная вера. Вообще-то наши предки ведали, что душа не единожды приходит в смертное тело, и даже не обязательно воплощается в человеке. Раньше об этом было известно даже детям. Теперь лишь тем, кто возвращается к своим истокам. С приходом христиан всё перевернулось с ног на голову, они всё подмяли под себя, всё исказили… И теперь весь мир верит в эту навязанную святыми отцами…

— Постой! — испуганным шёпотом перебила Дебора. — Ты… что же… не веришь в Господа Нашего Иисуса Христа?

— Я верю в Господа нашего Рогатого Бога, — хохотнула Дебби. — Но больше, конечно, в нашу Прародительницу, Триединую Великую Мать…

Вот в этот самый момент Дебби поняла, что надо бежать. Бежать от Бриджит, бежать куда подальше, не оглядываясь.

И, собственно, именно так она и сделала.

Сославшись на какое-то срочное дело, про которое совсем забыла, Дебора выскочила из клиники, не дождавшись своего времени приёма, и торопливо припустила домой.

Всю дорогу она оглядывалась, словно ждала, что за ней будут гнаться какие-нибудь бесы или сама Бриджит верхом на метле.

И даже оказавшись в собственной квартирке, она ещё долго не могла успокоиться. Как наяву снова видела пятиконечную звезда, вписанную в круг, что болталась у Бриджит на шее, и гипнотический взгляд зелёных глаз.

Однако уже на следующий день всё забылось и улеглось. Примерно на месяц…

А потом Дебби снова столкнулись с Бридж в клинике. Та, как ни в чём не бывало, подошла, радушно улыбаясь, и заговорила с Деборой, будто они хорошие подруги, и расстались только вчера, а знали друг друга всю жизнь.

В этот раз Бридж избегала темы колдовства и ничего больше не рассказывала о своей странной вере. И Дебора расслабилась и перестала дёргаться от её присутствия.

Потом было ещё несколько случайных встреч и милых разговоров…

А потом Бриджит предложила зайти к ней на чай.

* * *

И сейчас, в эту осеннюю ночь, пробираясь в темноте и тумане по стонущему от ненастья лесу, вспоминая всё это, Дебора никак не могла взять в толк, когда она умудрилась перешагнуть ту тонкую черту, за которой чудные и непонятные речи Бриджит перестали её пугать и по-настоящему увлекли?

Как вышло, что она стала прислушиваться к замысловатой философии своей подруги и находить в ней много правильного и мудрого? Как позволила увлечь себя этой ересью настолько, что, когда Бриджит предложила ей свой способ решения проблемы с деторождением, Дебора согласилась сразу. И ведь даже не задумалась о том, что её подталкивают совершить настоящий магический обряд, противный католической вере.

Единственное, что заботило Дебби, как всё сделать так, чтобы получилось с первого раза, чтобы сработало, чтобы помогло.

«Только бы выбраться отсюда, только бы выбраться, — как молитву мысленно повторяла Дебора. — И больше никогда я не свяжусь с Бриджит, её колдовством и этим… Рогатым!»

Туман, поднимавшийся над озером, расползался по лесу так стремительно, что найденная Деборой тропа исчезала буквально на глазах. Густая