Кайла с Дейвом буквально распирало от любопытства. Двухэтажное здание лаборатории, сложенное из тяжелого, потемневшего от времени камня, выглядело как неприступная крепость. На его крыше Кайл с жадным интересом разглядывал хитросплетение антенн — профессиональное оборудование для дальней связи. Его взгляд скользил по укрепленным ставням на окнах, по скрытым камерам наблюдения.

— Ничего себе... — тихо прошептал он. — Это не просто укрытие. Это опорный пункт.

Тем временем Дейв, как одержимый, уже шагал по двору, задрав голову. Его инженерный взгляд выхватывал куда более прозаичные, но от того не менее впечатляющие детали.

— Смотри-ка! — он ткнул пальцем в крышу, обращаясь больше к самому себе, чем к Кайлу. — Видишь эти панели? Встроенные в кровлю, почти незаметные! Это же гибридная система — солнечные панели последнего поколения, судя по углу наклона и ориентации. И смотри, вон те трубы — геотермальный теплообменник! Господи, да они тут на автономке вечность продержаться могут!

Он подошел к стене, проводя рукой по аккуратно проложенному в защитном коробе кабелю.

— И проводка... вся в броне, с защитой от электро-магнитных импульсов. Это не игрушка, это проект. Настоящий высокотехнологический проект!

Билл, наблюдавший за их реакцией с усмешкой, подошел ближе.

— Нравится? — спросил он, следя за восторженным взглядом Дейва. — Это не просто здание. Это «Компас». И он указывает путь к выживанию. Добро пожаловать, инженер. Думаю, тебе у нас понравится.

Нева, стоя на крыльце, наблюдала за своими людьми. Она видела тяжесть утраты в их глазах, но видела и готовность. Видела шутки Майкла и Джека, за которыми скрывался страх, но и решимость. Видела любопытство Кайла и инженерный восторг Дейва, которые теперь изучали крепость снаружи. Это была странная, горькая, но все же жизнь. И они должны были защитить ее любой ценой. Даже если для этого придется пасти саму смерть на бронированном «Хамви».

Она посмотрела на часы. Цифровые пиксели показывали 16:37.

— Время еще есть до связи с бункером. Камилла, — она повернулась к девушке. — Приготовьте ужин. Все должны быть сыты.

Затем кивнула Биллу:

— А мы с тобой прокатимся до карьера. Слышала, ты там свой «аттракцион несмертельной охоты» организовал. Хочу посмотреть.

Кайл, услышав это, сделал решительный шаг вперед.

— Меня возьмете?

Нева оценила его взглядом — с минуту, показавшейся ему вечностью. Взгляд был холодным, сканирующим, выверяющим каждую деталь.

— Не отставай, — наконец бросила она, разворачиваясь к машине.

«Хамви» с рычанием отъехал от ворот, оставляя взади женщин, спускавшихся вниз готовить ужин, и мужчин, оставшихся следить за периметром.

Через двадцать минут они подкатили к старому гравийному карьеру, глубокая рана в теле земли, теперь кишащая иной жизнью. Они остановились за высоким отвалом пустой породы, скрытые от чужих глаз. Нева, Билл и Кайл бесшумно вышли.

— Вон там, смотри, — тихо сказал Билл, передавая Неве бинокль.

Она подняла его к глазам. Карьер предстал как амфитеатр абсурда и смерти. Билл был прав — это был аттракцион. Он приварил к краю обрыва высокий металлический столб, а к нему — еще один, длиной метров пять, образуя букву «Г». К этому горизонтальному рычагу был прикреплен толстый железный трос, а на нем, как гирлянды, висели десятки рваных, небрежно нарезанных листов жести и железа. Конструкция была опущена достаточно низко, чтобы ее доставал ветер.

И ветер играл свою симфонию. Порывы шевелили металлические «листья», они сталкивались друг с другом с сухим, дребезжащим лязгом, который эхом разносился по карьеру. И на этот звук, как мотыльки на огонь, тянулись «ожившие». Медленные, неуклюжие, они брели к источнику шума, не замечая края. И падали вниз, на острые камни и ржавую технику, с тихим, влажным хрустом. Внизу уже копилась внушительная груда тел.

— Вроде Джек больше всех настрелял, — с легкой усмешкой продолжил Билл. — Наделал им стальные прутья, обточил, как стрелы. Патроны-то жалко. Устроили тут чемпионат.

— Идиоты, — беззлобно, с какой-то даже уставшей снисходительностью выдохнула Нева, не отрываясь от бинокля. Она видела, как еще одна фигура, зацепившись за другую, кубарем срывается вниз. — Практично. Эффективно. Но они все равно идиоты. Одна ошибка, один неверный шаг...

Она опустила бинокль и положила руку на плечо Билла. Жест был неожиданно мягким, почти материнским.

— Но это — отличная работа. По-настоящему.

Кайл взял бинокль и посмотрел. Его поразила не столько жуткая эстетика зрелища, сколько его жуткая эффективность.

— Идея гениальна, — сказал он, возвращая бинокль. — Но их... всех... надо потом добить. Иначе устроят цирк. Сотни их там. Навалятся друг на друга и вылезут, как муравьи.

Билл хмыкнул.

— Точно. Я как раз точу те самые стрелы. Как поутихнет тут движуха, вернемся и зачистим. Тихая охота.

В этот момент из-за угла карьера, словно из-под земли, вышли несколько «оживших». Они сразу учуяли живую плоть и, оставив металлическую симфонию, заковыляли в их сторону.

Нева не дрогнула. Ее рука даже не потянулась к кобуре.

— Не стоит. Один выстрел — и на этот шум сбежится вся их братия с окрестностей. Просто уходим.

Ее голос был абсолютно спокоен, в нем не было ни страха, ни раздражения. Чистая констатация факта.

Они так же бесшумно, как и появились, вернулись к «Хамви», завели его и медленно, без лишнего шума, тронулись в обратный путь.

В салоне царило молчание. Кайл смотрел в окно на проплывающий мимо промышленный район. Он видел не просто жестокость мира. Он видел его новую, извращенную логику. И видел людей, которые не просто выживали в ней, а подчиняли ее себе. Создавали приманки из жести, точили стрелы из прутьев и пасли орду, как овец. И во главе этого всего стояла она — Нева. Жесткая, прагматичная, с колкими шутками, скрывающими стальную волю. Та, которая не позволяла им распускаться, но первой сказала «отличная работа». В этом мире, понял Кайл, именно такие люди и были настоящим Компасом, указывающим путь не просто к выживанию, а к порядку посреди хаоса.

Глава 104. Электронный бог и живое сердце

Комната связи больше напоминала центр управления полетами, чем радиорубку выживших. Герметичная дверь со шипением отъехала в сторону, открыв помещение, залитое мягким голубоватым светом от многочисленных мониторов. В воздухе витал едва уловимый запах озона и свежей пластмассы.

Дейв, переступив порог, замер как вкопанный.

— Не может быть...Видеосвязь? Вы серьезно? Я... честно, до того как попал в Пальмонт, уже забыл,