Мира, как всегда, включается в процесс со всей своей увлечённостью. Мы долго выбираем платье: простое, но элегантное, чтобы подчеркнуть мои сильные стороны и скрыть те части, которые я ещё не готова принять.

– Ты должна блистать, Лариса, – говорит она, пока я примеряю очередной вариант. – Этот вечер твой. Ты входишь в него как женщина, которая победила. Мы будем не праздновать развод, а твою свободу. Поняла?

Её энтузиазм заразителен, и к вечеру я действительно начинаю ощущать, что этот вечер станет для меня важным.

Когда смотрю на себя в зеркало перед выходом, вижу женщину, которая прошла через боль и разочарование, но не сломалась. Простое, но изысканное платье подчёркивает то, что я хочу показать: уверенность, которую я вернула себе шаг за шагом. Поправляю серьги и улыбаюсь своему отражению. Да, я справилась. Я больше не та Лариса, которая когда-то чувствовала себя потерянной.

В ресторане Мира и Лида уже ждут меня. Лида в своём стиле — яркая, энергичная, обнимает меня так, что едва не сдвигает с места.

– Ларка, ну ты огонь! – восхищённо восклицает она, оглядывая меня с головы до ног. – Где ты прятала эту красоту?

Мира, более сдержанная, но всё же улыбается.

– Ты выглядишь прекрасно, – говорит она. – А теперь давайте закажем что-нибудь вкусное. Сегодня твой вечер.

И впервые за долгое время я позволяю себе расслабиться, забыть обо всех проблемах и просто наслаждаться моментом. Этот вечер — мой.

Празднование подходит к концу, но лёгкость, которую подарили мне Лида и Мира, всё ещё со мной. Мы смеёмся, рассказываем друг другу истории, иногда вспоминая забавные моменты прошлого. В какой-то момент я осознаю, что давно не чувствовала себя так непринуждённо. Без груза воспоминаний, без постоянного анализа того, что я делаю и как это выглядит со стороны. Сегодня я просто живу.

Когда мы выходим из ресторана, вечерний город окутывает нас своей прохладой. Лида, размахивая руками, продолжает рассказывать о своих невероятных успехах на новом проекте:

– Ты понимаешь, Ларка, они без меня — как дети в детском саду! Я им: «Делайте то-то», а они: «Ой, а как это?». Вот честное слово, чувствую себя нянькой!

Мира смеётся, поддакивая ей, а я чуть отстраняюсь, наслаждаясь свежестью воздуха и огнями города. На душе удивительное спокойствие. Говорят, развод — это всегда драма, а я впервые за долгое время чувствую, что с каждым днём начинаю возвращать себя. Маленькими шажками.

Я поворачиваюсь к Лиде, чтобы сказать ей что-то, но мой взгляд падает на знакомый силуэт. Александр.

Он стоит у входа в соседний ресторан, разговаривая с кем-то. Его силуэт — высокий, уверенный, с лёгким наклоном плеч — сразу бросается в глаза. Я замираю. В груди что-то сжимается. Что он здесь делает? Как оказался в этом городе? Он ведь должен был остаться там, в нашем прошлом. В санатории, где мы пытались восстановить себя по-разному.

В этот момент он поворачивается. Наши глаза встречаются, и я вижу, как его лицо озаряется той самой тёплой улыбкой, которая отложилась в памяти. Мягкой, искренней, без каких-либо намёков. Моё сердце пропускает удар, а потом начинает биться быстрее. Почему я чувствую себя так неловко?

Он подходит ближе, его уверенные шаги наполняют меня странной смесью радости и напряжения.

– Лариса? – его голос звучит спокойно, но я улавливаю нотку удивления. – Какая неожиданная встреча.

– Александр, – отвечаю, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Что ты здесь делаешь?

– Работа. Встретился с партнёрами, – говорит он, слегка пожав плечами. – А ты?

– Мы с подругами… отмечаем, – я жестом указываю на Лиду и Миру, которые замерли чуть в стороне, явно заинтересованные этим разговором. – Окончание важного этапа.

Его взгляд становится чуть мягче, чуть внимательнее.

– Ты хорошо выглядишь, – говорит он, сдержанно, но так, что у меня внутри всё переворачивается.

Я пытаюсь улыбнуться, но в голове всплывает то, как я поступила в последний раз. Как уехала, не попрощавшись. Только сухое сообщение, пару нейтральных слов: «Спасибо за всё. Я должна уехать. Всего хорошего».

Тогда не могла поступить иначе. Я спешила домой, а еще боялась. Боялась углубить эту связь, боялась, что привяжусь ещё больше. А теперь, глядя ему в глаза, чувствую, как этот поступок отдаётся неловкостью и горечью.

– Спасибо, – говорю тихо, стараясь не показывать своего смущения. – Я рада тебя видеть.

– Я тоже, – его голос остаётся спокойным, но я замечаю, как в его взгляде на мгновение мелькает что-то вроде вопроса.

Может, он тоже помнит то сухое прощание?

Тут вмешивается Лида, конечно, как всегда.

– Лариса, ты нас не познакомишь? – её голос полон неподдельного интереса, и глаза сверкают, как у ребёнка, который открыл новый подарок.

– Это Александр, – говорю я, чувствуя, как краснею. – Мы познакомились в санатории.

Александр протягивает руку Лиде, затем Мире.

– Очень приятно, – говорит он, его манеры спокойны, но я знаю, что он внимателен. Лида ухмыляется и сразу берёт инициативу в свои руки:

– Александр, а вы случайно не собираетесь остаться в городе? Нам кажется, что Лариса давно не встречала таких интересных людей.

Мира кивает, добавляя:

– Да, определённо. Она всегда в окружении только нас, таких зануд.

Я пытаюсь что-то сказать, но слова не находят дорогу. Александр улыбается:

– Посмотрим, – отвечает он, слегка наклонив голову. – Всё зависит от обстоятельств.

Когда он прощается и уходит, его шаги растворяются в шуме улицы, а я всё ещё стою, глядя ему вслед. В груди странное чувство: смесь облегчения, смущения и чего-то, чему я пока не могу дать названия.

– Так, Лариса, выкладывай, – Лида хватает меня под руку, её голос на два тона громче обычного. – Кто он? Откуда? Что ты скрываешь?

– Лида, перестань, – говорю я, но знаю, что это бесполезно.

Мира мягко, но точно вставляет:

– Ты вроде выглядела, как будто тебе неловко. Уж не тот ли это случай, о котором ты мне рассказывала? Курортная дружба?

Я отвожу взгляд, чувствуя, как внутри всё сжимается. И вот надо было мне им все рассказывать…

– Это он, да? – продолжает Мира, но без напора, просто как факт.

Я киваю, чуть усмехаясь, чтобы не выдать всей своей растерянности.

– Да. Это он.

Лида хлопает в ладоши.

– Ну всё, Ларка. Это судьба. Раз он здесь,