сейчас на троне никакого влияния на политическую жизнь государства не имеет. Под руководством отца произвел два государственных переворота, меняя правительство, разгоняя скупщину, ставя во главе правительства фаворитов папаши Милана. Последний переворот состоялся в прошлом году. Управление государством находится в состоянии развала. Кроме основных партий стали фиксировать многочисленные группировки, которые защищают интересы весьма ограниченных групп. Коррупция — просто зашкаливает.

— Камо грядеши?[1] — задал вопрос Сандро.

— Петр Карагеоргиевич. С четырнадцати лет жил за границей Сербии. Военное образование получил во Франции, служил в Иностранном легионе. Участник франко-прусской войны, Боснийско-Герцоговинского восстания, отметился в сербско-турецкой и русско-турецкой войнах. Был огульно осужден Миланом Обреновичем по обвинению в государственной измене. Заочно приговорен к смертной казни. Имел проавстрийскую ориентацию. Под влиянием тестя, черногорского князя, взял курс на сближение с Россией. Поддерживается рядом офицеров и крупных промышленников. Черногорский владыка Никола Петрович активно вербовал сторонников Петра в Сербии, выделил для этого немалую сумму денег. Мы пока что в данный конфликт не вмешивались. Опора оппозиции в лице Петра Карагеоргиевича — это националистически настроенное офицерство. «Чёрная рука» пока еще не создана — Драгутин Димитриевич слишком молод, но около него уже крутятся националистически настроенные офицеры, существует небольшой кружок патриотической направленности с явными идеями «Великой Сербии». Скажу откровенно, задрали меня эти националисты. Практически в каждой стране сейчас наблюдается всплеск этих идей «мы самые крутые, круче нас только вареные яйца». — невесело пошутил под конец доклада Полковников.

— К сожалению, эту тенденцию мы никак не можем купировать. Идея национальной самости — это идея простенькая, в чем-то и примитивная, но действует она на обывателя безотказно. Приятно осознавать свою принадлежность не к какому-то захудалому королевству, а к великой нации. Вот только величие дутое — практически у всех. Но это закономерный противовес идеи интернационализма, причем не пролетарского, а аристократического. Заметь, что аристократы из разных стран свободно переезжали из страны в страну. Становились под знамена то одного, то другого монарха и никто не считал это предательством. Норма вещей, что датчанин становится начальником Большого Генерального штаба Германии. Один немец служит русскому монарху, другой — австрийскому. Многие государства появляются в итоге не союзного гражданского договора, а вассалитета к власти конкретной династии! И на этом фоне оформляются национальные, точнее, преимущественно мононациональные государства. Особенно бурно этот процесс идет на Балканах, откуда удалось подвинуть Османскую империю. Так что мы с этого пирога еще наедимся, вдосталь! Главный вопрос: насколько заговор по свержению Обреновичей созрел, и стоит ли нам вписаться в эту замятню? Поддержка Сербии слишком дорого обошлась России в ТОЙ реальности. Нужно ли нам это? Судя по твоему докладу, что Обреновичи, что Карагеоргиевичи — они стремятся только использовать нас в собственных интересах. Нужно ли нам это? Насколько для России важно сохранять свое влияние на Балканах? Вот в чем вопрос!

— Влияние на Балканах нам необходимо. Но я считаю, что пока что нам Болгарии достаточно. Не надо стараться охватить все. Достаточно кушать слона маленькими кусочками.

— Да, Пёт Фёдырыч, аппетиты у вас — подавай слона на ужин! — пошутил Сандро.

— Каков я, таков и аппетит! — заявил Полковников и выдвинул нижнюю тяжелую челюсть поелику, возможно, вперед. Дурость аристократической Австрии во всей красе предстала пред Сандро, который грустно на это усмехнулся.

— Паяц вы, Ваше Превосходительство! — заметил император.

— Сами много лучше? –отпарировал собеседник государя. И тут же перешел от шутливого тона на деловой.

— Мне кажется, лучшей стратегией станет оказание помощи перевороту, к Петру будем приглядываться, потенциал у него, как правителя, имеется. Но влезать в Сербские дела по самые ляжки не будем. Пусть учатся сами выкарабкиваться из своего же дерьма. Можно отправить к ним небольшую группу консультантов, советников. Но это уже как пойдет. Потому как пояс — Молдова-Болгария-Сербия-Черногория очень может не понравится европейским так называемым «партнерам». Как бы противу нас опять коалицию не стали сбивать. Пока что против всей Еуропы мы не выстоим.

— Надеюсь, что пока что. Сам видишь, нам противостояния с этим, слишком уж цивилизованным миром не избежать. И надо, чтобы это противостояние проходило на наших условиях, а не наоборот. Кстати, там к Шикельгруберу присматриваются?

— Обязательно. Такой себе активный мальчик растет. Конечно, ресурсы на это тратятся, но тут экономить не надо. Пусть все идет, как идет. Может, никогда он не всплывет, посмотрим. А если начнет мелькать, то очень интересно, кто его будет на плаву поддерживать. Хорошо, по Сербии мы решили. Разрешаю оказать им негласную помощь. И финансовую — прежде всего! Продумать надо — может быть, есть смысл опутать Белград кредитами? Но что-то не хочется, если честно. Знаю я этих балканцев, деньги возьмут, а потом предадут. Или будут делать вид, что нам помогают. Но так… в меру, чтобы не надорваться.

— Помогать или делать вид? — уточнил Полковников.

— Делать вид, конечно же, ты что, не хватает еще шевелиться! Там, на югах, с шевелениями не сильно торопятся.

— Так что, Александр Михайлович, с Богом?

— С Богом!

[1] На старославянском «Куда ты идешь, Господи?» фраза принадлежит апостолу Петру.

Глава двенадцатая

Убийство в Белграде

Глава двенадцатая

Убийство в Белграде

Королевство Сербия. Белград

3 октября 1895 года

Политический язык нужен для того, чтобы ложь звучала правдиво, чтобы убийство выглядело респектабельным, и чтобы воздух можно было схватить руками

(Джордж Оруэлл )

Ни один государственный переворот не обходится без крови. К изменению структуры власти в королевстве Сербия готовились тщательно, тем более что у заговорщиков появились «добровольные помощники» из-за бугра. И не надо думать, что спецслужбы королевства совсем-совсем ничего не подозревали. Еще как подозревали, а у сербской тайной полиции в среде заговорщиков (но не в руководстве) были свои агенты. Но тут заговорщики сумели обыграть и короля, и его папашу и многих других не заинтересованных в смене власти лиц. Среди руководства заговора как раз оказались и несколько высших полицейских руководителей, и первый заместитель начальника полиции Белграда, да и сам руководитель Полиции Безопасности Сербии, полковник Драган Викчич состоял в числе основных сторонников мятежа. Самым сложным было обеспечить безопасное прибытие в страну нового короля. Всё дело в том, что единственной силой, которая могла бы помешать успешному перевороту оказывалась австрийская разведка, которая чувствовала себя на землях Сербского королевства более чем комфортно.

Ситуация противостояния Обреновичей и Карагеоргиевичей для королевства Сербского была чем-то вроде семейного проклятия. Два самых влиятельных рода стремительно меняли