— как представительницы своего Рода и личный. Ведь, как бы то ни было, девушка свои действия всегда соотносит с Родом, хоть и старается быть самостоятельной. Это я довольно чётко чувствую.

— От таких приглашений не отказываются, — улыбаюсь. — Как раз после, дворцовый слуга и проводил.

— И?

— И я снова ученик Академии, — улыбаюсь. — Так что после выходных я опять на уроки.

Говорю, а сам не могу отделаться от ирреальности происходящего. Вот буквально восемь-десять часов назад был в бою, продираясь через разорванных врагов, а сейчас — сижу с красивой девушкой под стенами Новгородского Кремля. Словно и нет и не было никаких боев, будто видел плохой сон. Уроки, опять же. Да и еще весна.

— … Ну вот. А прокладку дороги Его Величество мне сказал обсудить с полковником, который как раз напротив меня сидел за столом, — рассказываю, смакуя каждый глоток. — Ведомство сейчас в его ведении.

— Якубов. Да я знаю этого военного. — говорит Ольга. — В каком-то смысле, человек моего дядюшки.

— А! Поэтому на вашей стороне сидел, — киваю.

— Нет. — качает головой Ольга. — Прозоровские тут совсем не при чем. Рассадкой занимается служба дворца. Мы на нее никак не влияем. Думаю, в этом был какой-то смысл. Сам как считаешь?

— Согласен, — пожимаю плечами. — Рассадка была совершенно не просто так. Михаил Александрович мне как раз сказал больше общаться. И посмеялся.

— А Румянцев? — спрашивает Ольга. Сейчас на первый план выходят интересы Рода, это хорошо ощущается.

— Неожиданно тоже полезное в будущем знакомство, кажется. А ты была?..

— Как раз с дядюшкой, — пожимает плечами Ольга.

— Я так и подумал.

— Да я и идти-то не хотела. Дядь Миша бы не обиделся. — улыбается Ольга, вспоминая желание императора, что бы она его так называла. — Но мой дядюшка настоял. Я сейчас вынужденно либо в Академии, либо в Родовой усадьбе в Новгороде. Приходится считаться. Вообще, сразу было понятно, что во время войны, любой завтрак превратится в обсуждение военных вопросов, что и произошло. Никаким это «выходом в свет», — чуть передразнивает девушка кого-то из своих родственников, — не является. Я как от свадьбы смогла отказаться, так и в этот «свет» больше ни ногой. А тут пришлось. Но я была рада, что тебя там встретила, пусть даже поговорить и не получилось.

— Да, я видел, что с тобой общаться не рвуться…

— Пфф. А что нам обсуждать? Поднявшиеся цены на найм охотников в Пятне? Сбыт ингредиентов? Или новые военные тенденции в платье за авторством мастера Эймана? — усмехается Ольга. — Так первые две темы им вообще не знакомы, а третью, скорее, Сабурова бы поддержала, а не я. На завтраке же все жёны важных чиновников были, дочерей не пригласили — все же не официальный прием. А то что мы выглядим на один возраст — ни о чем не говорит. Доступ к высшим целителям у всех есть. Так что им сильно за… И здесь воспитанный человек обычно останавливается.

— Будем считать, что я воспитанный, — усмехаюсь. — Хотя, конечно, где я, а где воспитание.

— Прибедняешься. Рассказывай давай.

— Там рассказывать особо нечего, — пожимаю плечами. — Служба дворца усадила меня рядом с графом Румянцевым и как раз напротив полковника Якубова. Как сказал Михаил Александрович — поскольку ты свой хутор активно отстраиваешь.

— Я же там была всего три с половиной месяца назад! — удивляется Ольга. — Там даже стоянки под дирижабль не было. Привязывали к колышку возле деревянного тына.

— Да, всё так. Только у меня сейчас там маги работают и пятьдесят человек поселенцев, а будет больше. Планируется туда перевезти семьи. А это, при пятидесяти активных бойцах — минимум в четыре раза больше населения.

— У тебя же там маленький хутор. Там вроде никак содержать большое поселение не сможешь — земли маловато. И прямой дороги туда нет — через Пятно не считается. Продовольствие так не провезешь. Не так?

— Так. Но с дорогами, получается к Якубову, а вот с землей мне Белозерский поможет. Времени прошло достаточно. Договориться мы с ним успели, — киваю. — Так что, думаю, с землей вопрос решу. Мне действительно не продадут и не поменяют. А вот ему — вполне есть шанс.

— Да, он в Академию сейчас ходит. Встретишь, как появишься. Княжич сначала все беспокойный ходил, потом пропадал на пару дней, — прикидывает Ольга. — И вроде бы сейчас вернулся опять таким же самоуверенным. Разве что задираться по пустякам уже перестал. Внимание к нему после вашей дуэли было пристальное. Пару раз его вызывали — все же проигрыш первокурснику очень сильно повлиял на внутренний рейтинг. Но княжич, как и до проигрыша, жестоко победил своих оппонентов, опять отправил их в больничку, и вроде бы слухи утихли. А он вернул себе негласное второе-третье место. Зато про тебя теперь ходит куча всяких слухов. Готовься. Кстати в рейтинге с этой победой ты резко взлетел в середину списка и исчез.

— А про меня, что может быть интересного? Я ж никого почти не успел узнать.

— Ну как же? Ученик Кошкина побеждает завзятого дуэлянта и таинственно исчезает с начала учебного года, — усмехается Ольга.

— А теперь, ещё не менее таинственно появляется прямым распоряжением Его Величества, — подхватываю тему. — Ну да, ну да.

— Тебя восстановили и направили обратно на обучение? — уточняет Прозоровская.

— Да. Я решил эти свои проблемы. И это действительно были проблемы, но позволь не касаться. — Соглашаюсь с девушкой. Тут же слегка покачиваю рукой. — Просто, не всё так однозначно. В общем, история ещё не закончена, но она на хорошей паузе.

— Такой таинственный, что аж тошно, — усмехается Прозоровская. — Но это и неплохо, пожалуй.

— Наверное, — говорю.

— А что у тебя с приёмом? — напоминает Ольга. — Ты же не только на приёме Васильчиковых и Сабуровой не был, но и свой организовать не успел? Что будешь делать?

— Тут, сама понимаешь, ситуация, которую я контролировать не мог. Но зато мои люди, насколько я знаю, дом облагородили, от стазиса пробудили. Так что нужно хотя бы посмотреть, что у меня сейчас есть, и можно будет планировать. Я ж еще даже не заезжал.

— Я тебе помогу с организацией? — предлагает Ольга.

— А я даже сопротивляться не буду, — выставляю руки. — Очень это дело для меня непривычное. Так что любая помощь будет кстати.

— Сабуровой ничего не скажу, — тут же добавляет Прозоровская. — Имей ввиду.

— Хорошо. Слушай, — кидаю пробный шар. — Ты со мной на прием к графу Румянцеву хотела бы сходить? Если ты не против научных дискуссий.

— К Румянцеву? — удивленно переспрашивает Ольга.

— Так то я не очень понимаю, кто он, и чем интересен его прием. Не ориентируюсь. — добавляю. —