готова? — От хриплого голоса табуны мурашек прокатились по всему телу, от кончиков волос на голове до кончиков пальцев на ногах. Они пробудили меня словно от продолжительной спячки. Возрождая тело и душу к жизни. Опаляя волшебным пламенем. Вызывая сладкую истому в груди. И горячую патоку между бедер.

Я с изумлением ощутила, как от восхитительных электрических импульсов напряглись соски. Как запульсировал клитор. Как почти мгновенно намокли трусики.

Во мне обострились все инстинкты.

Эмоции зашкаливали.

Давно позабытое возбуждение разливалось сладостью по телу. Воспламеняя все нервные окончания.

Соски болезненно заныли под кружевным бюстгальтером. Высекая искорки. Которые тут же перерастали во всепоглощающее пламя. Оно растекалось по венам огненной лавой.

Я сгорала и плавилась в давно позабытых ощущениях. Стекая горячей влагой в кружевные трусики. Остро ощущала как набухли половые губки. Как увеличился от стимуляции хлопком клитор. Сжала бедра, и ахнула от восхитительного наслаждения охватившего каждую частичку моего существа. Непроизвольно застонала…

Привлекая внимание вошедшего в палату мужчины.

— Еся? Что с тобой? — Хриплый обволакивающий вкусной истомой голос внезапно послышался совсем рядом.

Я вздохнула, и совсем потерялась… От чисто мужского райского запаха, смеси кофе, сандала, ментола и свежести…

И тут же одергиваю саму себя. Как так получается, что этот мужчина пробудил то, что я с некоторых пор считала мертвым?

Почему, именно на него так отреагировала? Почему, именно сейчас проснулось возбуждение? Страсть или похоть? Не важно что, главное я вновь почувствовала себя живой! Мне вновь захотелось ЖИТЬ! Оставить в прошлом все, чтобы там ни случилось.

Хотелось, именно в объятиях этого мужчины избавиться от панической боязни близости. От ужаса перед чужими прикосновениями.

Меня разрывали на части удовольствие и страх. Жажда вновь почувствовать себя любимой и желанной. И в то же время, настороженность.

Я и желала доверится ему, и опасалась. Словно интуитивно чувствовала исходящую от него опасность.

Руслан…

Поистине мужское имя. Сильное. Гордое. Властное.

Как и его владелец. Обладающий каким-то жутким очарованием и магнетизмом. Звериным притяжением.

Говорят же, что у слепых обостряются все чувства.

Осязание. Обоняние. Слух. Вкус. Воображение.

И сейчас, они все словно взбесились. Перегружая все нервные окончания в моем истощенном теле. Я словно натянутая тетива, замерла на месте. Не желая, чтобы он догадался о бушующем внутри меня урагане.

Со стыдом понимая, что продолжаю истекать влагой. Что давно промокли не только трусики, но и одеяло подо мной. Зажмурилась изо всех сих, когда меня легко подняли на руки вместе я одеялом, и усадили на колени. Услышала его хриплый шепот:

— Ессся, девочка моя… ммм… как же вкусссно ты пахнешшшь. Просссто одуряюще. — И Рус с шумом вздохнул, зарывшись лицом в мою макушку. — Так и хочетссся тебя сссъесссть. Всссю и сссразу… Боже, как же я по тебе сссоссскучилссся, девочка моя. — Рваный шипящий шепот выворачивал наизнанку душу. А объятия обжигали, и в тоже время дарили странное спокойствие. Умиротворение.

Словно я оказалась дома. Как бы странно это ни звучало.

Ведь этого мужчину, я по-сути не знала.

А потому снова напряглась, стоило страхам вернуться.

«Отпусти!» — Взвыла мысленно.

Но Руслан лишь сильней сжал меня в объятиях. Окутал собой со всех сторон.

— Нет! Не отпущу! Никогда! — шипящий грозный рык. — Сссвыкайся ссс мыссслью, девочка. Что теперь тебе никуда от нассс не деться. — Бросил внезапно хладнокровно Рус. Я охнула, когда он встал, и куда-то понес меня. — Мы возвращаемся домой, жена. — И добавил мрачно: — И только от тебя зависссит, насссколько комфортным и ссспокойным, ссстанет твое там сссуществование. Мне нужны ответы, Есения. На многие вопросы. И на некоторые из них, пролить свет можешь только ты.

«Но я же ничего не помню!» — мысленно отчаянно прошептала. И покачала головой.

— А ты вссспоминай, девочка, вссспоминай. Мы тебе поможем.

И я вдруг, осознала, что оказалась полностью в его власти.

Абсолютно.

Слепая. Немая. Беспомощная.

Что он может сделать со мной все что пожелает. С легкостью преодолев малейшее сопротивление. И мне внезапно, стало жутко.

Рус лишь хмыкнул, когда я забарахталась на его руках, неосознанно пытаясь вырваться.

Слегка встряхнул, мое бедное тельце.

— Уссспокойся. Если не хочешь свалиться на пол. Поверь, в этом мало приятного. И не бойссся, мы защитим тебя.

Но я лишь задрожала еще сильнее.

Мы? Кто мы? И почему мы?

А кто же защитит меня от вас?

Глава 12

Руслан

Девушка настороженно замерла в моих объятиях. Нахохлилась. Ну точно смешной зверек. Маленький. Пушистый. Юркий. С острыми зубками. Готовая вцепиться в глотку при первой возможности. Это я осознавал довольно четко.

Как и то, что Еся мне не доверяет. Ничего не помнит. И все же не доверяет. Инстинктивно. Умная девочка. И с самосохранением все в порядке.

Хочет сбежать. Да вот не выйдет.

«На этот раз мы позаботимся, чтобы ты никуда не исчезла, малышка», — мысленно усмехнулся. Еще сильнее прижал к себе драгоценную ношу.

Спереди по бокам и сзади от нас шла охрана. Полностью закрывая собой от окружающего мира. Вот так и я хотел ее спрятать. Уберечь. Защитить. Странные желания для того, кто еще совсем недавно хотел свернуть ее хрупкую шейку.

Ильсур, мой начбез, подчистил бардак в кабинете главврача, забрал документы, и немногочисленные вещи. И поравнявшись со мной, зашагал рядом. С абсолютно непроницаемым лицом. Держится. Молодец. Даже несмотря на то, что жаждет задать уйму вопросов.

Волки колдуны, владеющие магией, как оказалось, очень полезны в хозяйстве. Особенно, когда нужно

Но не сейчас. Все потом.

Мы вышли наконец на крыльцо, перед которым уже стоял припаркованный гелик. Охранник открыл мне двери. Я обернулся на видавшее виды здание хосписа.

Заметил, как напряженно замер мой начбез. Огляделся. Нахмурился. Ощущал, что он едва сдерживается. Словно хочет сорваться, и ринуться… Вот только куда? Вопросительно взглянул на начбеза.

— Ильсур, что случилось? — Самого преданного мне волчару редко подводила интуиция. Обычно, спокойного альфу, сейчас не по-детски колбасило. И только сила воли да отменная выдержка бывшего военного, не давала ему сорваться прямо посреди улицы. — Ильсур?

Начбез побледнел. Жадно раздувая ноздри, принюхался. Втягивая какой-то ему одному известный запах. Ибо я ничего не чувствовал.

— Моя пара, — хриплый рык разлетелся эхом по пустынному дворику. — Я чувствую мою пару.

— Вот дерьмо! — Против этого я ничего возразить не мог. Лишь спросить: — Помощь нужна?

— Нет. Я уже вызвал свою стаю. Они прибудут минут через тридцать. — Волчара все так же принюхиваясь, разворачивался на месте. — Затем, разочарованно зарычал. — Не могу найти, где она. Она в опасности.

Снова чертыхнулся. Это хреново.

— Ильсур, оставляю