Оторвав взгляд от пейзажа, я снова переключаю внимание на окружающих меня людей. И Кейден, и Джейс сидят, широко расставив ноги в типично высокомерной мужской манере, отчего мне приходится поджимать колени. Джейс рассеянно барабанит пальцами по рукояти биты, глядя в окно. Справа от меня Кейден делает то же самое, только вместо этого вертит в руке нож.

Мой взгляд падает на другой клинок, выглядывающий из набедренной кобуры. Незаметно переместив свой вес, я протягиваю к нему руку. Затем замираю на несколько секунд. Убедившись, что никто из них на меня не смотрит, я осторожно вынимаю один из ножен.

Чья-то рука опускается и сжимает мое запястье. Я испуганно втягиваю воздух.

Остальные оборачиваются, чтобы посмотреть на меня, в то время как Кейден поднимает мою зажатую руку. Золотистый солнечный свет сверкает на лезвии, которое я все еще держу.

— Мне было интересно, попробуешь ли ты сделать это еще раз, — говорит Кейден, одаривая меня колкой улыбкой.

Я пытаюсь вырвать свою руку из его хватки. Но когда мне этого не удается, я просто придаю своему лицу беззаботное выражение.

— Ты ожидал этого?

— Одурачь меня хоть раз...

Илай не отвлекается от дороги, но украдкой поглядывает на меня в зеркало. Остальные его братья смотрят на меня глазами, полными предвкушения, как будто им не терпится увидеть, чем все это закончится.

— Как ты это сделала? — Спрашивает Кейден. — В первый раз. Как тебе удалось украсть его так, что я не заметил?

Потому что я химик. У меня невероятно ловкие руки и нежные пальцы, потому что последние десять лет я работала с опасными химикатами. Но пока я хочу оставить эту информацию при себе, поэтому решаю ответить по-другому.

Выдерживая его тяжелый взгляд, я отвечаю:

— Потому что, возможно, я не такая уж и никчемная, как все здесь, кажется, думают.

В зеркале заднего вида я чувствую, как взгляд Илая прожигает дыры в моей голове. Но я не свожу глаз с Кейдена.

— Скажу лишь раз, — медленно начинает он, четко выговаривая каждое слово. — Никто не прикасается к моим клинкам.

Все еще сжимая мое запястье, он отводит мою руку назад, приближая нож в моей ладони к моему горлу. Я пытаюсь остановить его. Не получается. Я даже обхватываю его запястье другой рукой, пытаясь остановить и его движения. Но это все равно что бороться с приливом. И я не могу просто бросить клинок, потому что он упадет прямо мне на колени.

Холодная сталь касается моей кожи, когда Кейден приставляет нож к моему подбородку.

— Поняла? — Требовательно спрашивает он, его взгляд настолько холоден, что я чувствую, как по коже пробегает дрожь, когда он смотрит на меня.

Я снова пытаюсь убрать и его, и свою руку, но когда это не получается, заставляю себя выдавить:

— Да.

Он не отпускает мое запястье. Просто продолжает смотреть на меня.

— То же самое касается и тебя, — внезапно говорит Илай. — Если ты испачкаешь мои сиденья ее кровью, я заставлю тебя отмывать их вручную.

Джейс хихикает.

Это в мгновение ока снимает опасное напряжение. Кейден отпускает мое запястье и выхватывает нож из моей руки, после чего убирает его обратно в ножны. Затем он проводит рукой по своим прямым черным волосам и одаривает меня самодовольной улыбкой.

Выдохнув, я качаю головой и откидываюсь на спинку.

Оставшаяся часть поездки проходит без каких-либо новых угроз.

Я слегка хмурюсь, пока Илай везет нас в жилой район. По обеим сторонам широкой улицы выстроились шикарные дома и безупречные сады. Я наблюдаю за ними, когда Илай начинает сбавлять скорость.

— Выбери дом, — говорит он.

— Что ты имеешь в виду?

— Просто укажи на любой дом.

Поскольку я понятия не имею, к чему он клонит, я просто указываю на случайный дом в середине улицы. Илай останавливается рядом с ним. Он белый, с подстриженной живой изгородью вокруг небольшой лужайки и выложенной белым камнем дорожкой, ведущей к светлой деревянной двери.

Илай опускает окно рядом с Кейденом, а затем поворачивается ко мне.

— Оставайся в машине.

— И что делать? — Спрашиваю я, сбитая с толку.

— Смотри. Слушай. И я покажу тебе, какой силой обладает наша семья.

Прежде чем я успеваю ответить, они вчетвером вылезают из машины и закрывают за собой двери. Я передвигаюсь и оказываюсь рядом с окном, которое открыл Илай.

Мой пульс учащается.

Я почти ожидаю, что они подкрадутся к дому и убьют людей внутри, но они этого не делают. На самом деле, они ничего не делают. Нахмурив брови, я наблюдаю, как они вчетвером выстраиваются у машины.

Илай и Рико, которые находятся посередине, просто небрежно прислоняются к машине, скрестив руки на груди. По обе стороны от них Кейден и Джейс делают то же самое, только Кейден невозмутимо крутит в руке нож, а Джейс прижимает биту к плечу.

Около минуты ничего не происходит.

Близится закат, окрашивая небо у горизонта в темно-красный и фиолетовый цвета. В доме горит свет, а это значит, что кто-то должен быть дома.

Смятение внутри меня растет, пока они просто стоят и смотрят на белый дом.

Затем входная дверь приоткрывается. Я наклоняюсь ближе к окну, наблюдая, как пара лет тридцати пяти переступает порог и выходит на выложенную белым камнем площадку перед домом. Они оставляют дверь за собой открытой, и желтый свет из коридора льется на каменные плиты.

На их лицах отражается страх: мужчина и женщина останавливаются в нескольких шагах от двери. Затем они падают на колени. Илай и его братья просто остаются стоять у машины, ничего не предпринимая.

— Пожалуйста, — говорит мужчина. — Должно быть, произошла какая-то ошибка.

Никто из них не отвечает.

Мужчина указывает на их все еще открытую входную дверь.

— Берите все, что хотите. Мы не будем сопротивляться. Просто... пожалуйста, не причиняйте нам боль.

Хантеры просто продолжают молча наблюдать за ними.

Жар разливается по моему телу. От того, что они полностью контролируют эту пару, не произнося ни единого слова и не двигая ни единым мускулом, мое сердце учащенно бьется, а клитор пульсирует.

— Мы сделаем все, что вы захотите, — взывает женщина, в ее голосе звучит отчаяние. — Но мы уже заплатили взносы за этот месяц. Клянусь. Пожалуйста, позвоните мистеру Морелли.

Илай достает из кармана телефон и затем двигает большим пальцем, как будто кому-то звонит. Но с этого ракурса я вижу, что экран черный. Он подносит телефон к уху.

Сделав вид, что слушает несуществующего человека на другом конце линии, он кладет телефон обратно в карман и говорит:

— Все в