– Придумай что-нибудь! – Искренне верили в меня.

А я в себя – нет!!!

«Может, покормить чем?» – Сбросил я одну из сумок и залез внутрь.

– Они не едят нашу еду! – Подсказали мне до того, как я надорвал пакет с дневным пайком.

А, ч-черт! Рука рванула к ранцу с маскировочной тварью, но я отдернул от него руку. Во-первых, это козырь.

Во-вторых, что сделает ящерица, когда внезапно обнаружит меня на спине?.. В-третьих, Агнес и Марла непонятно как поступят, если я исчезну из виду.

Есть и в-четвертых: вдруг приписка к письму – это изощренный способ убийства, и метод, там описанный, не сработает?..

Слишком много числительных против этого действия. Не подходит.

«Но что делать-то?!» – Начал я раздражаться.

И уже интуитивно провалился в черно-белое зрение. В котором ящерки исходили прямо-таки аппетитным зеленым цветом.

Поймав взгляд «моей», я облизнулся, а как та попыталась отодвинуться, резко шагнул в сторону – как хищник обходит добычу – и та испуганно замерла.

– Тебе же хуже будет, – мягко пообещал я тоном, от которого два других недодракона развернули крылья-пузыри из желез на боку и рванули вверх и в стороны. – Стой на мест-ш-шше, – сливался голос в низкий рык, пока я медленно подходил к прижавшемуся к поверхности созданию. – Не съемм-м. Не сс-сейчас-сс, – обещал я, дойдя почти до нее.

Включил вид-проекцию, чтобы не упустить ее товарок – те тревожно кружили над нами, пока ничего не предпринимая.

Я опустил руку на тварь, и та рухнула на ослабших лапах, дав удобно забраться сверху со всеми сумками и приобнять.

– Что стоим? – Буднично шепнул я. – Полетели. Или сс-емм-м, – добавил я, раздражаясь из-за испуганного дрожащего тела подо мной.

Ящерица, стремительно напузырив крылья, рванула вверх.

– Полегче там! – Рыкнул я, чуть стукнув пятками.

И та, словно понимая, угомонилась, закружив вместе с соплеменницами.

А потом, словно успокоившись, все три резко набрали высоту и рванули куда-то на юго-запад через весь город.

Глава 9

Пожалуй что, настолько неловко я себя давно не чувствовал.

– Сломал, – обходила Агнес прижавшуюся пузом к бетонной площадке ящерицу. – Сначала кровать испортил, потом служебный транспорт. Худеть тебе надо!

Три крылатые ящерицы доставили нас на закрытую с четырех сторон бывшую баскетбольную площадку – с одной стороны высился серый храм в готическом стиле, рядом с которым была, по всей видимости, школа при церкви, а замыкал контур высокий забор, за которым виднелись крыши двухэтажных построек – то ли частных домов, то ли еще непонятной надобности зданий. Как слезли с транспорта, Агнес шустро отдарилась за перевозку очередной партией лакомств, которую ее тварюга и тварюга Марлы подхватили с воздуха и умяли с превеликим удовольствием. Лакомство, подкинутое для моей ящерки, упало на бетон.

Собственно, уже тогда было ясно, что мой транспорт засбоил – а уж когда две рептилии махнули в небо по своим делам, а третья осталась… В общем, ко мне появились вопросы.

– Да отойдет, – уверенно заявил я.

Кто ж знал, что они такие впечатлительные…

– А ну не пинай ящерку! – Заметила Агнес движение моей ноги.

– Да даже думать не думал, – возмутился я, выполняя аккуратное «па» правой ногой.

– Она и так тебя тягать устала, дай отдохнуть бедному созданию.

– Какое «бедное создание»?! Вы ее пасть, вообще, видели?! И что значит «отдохнуть» – оно ж в полете даже ничем не махает!

Я, пока летели, убедился – ящерица надувает огромный пузырь вокруг себя, которым ловко подхватывает потоки воздуха. Причем, все три твари как-то наловчились объединять пузыри и маневрировать синхронно. Короче, зверушка не устала, просто со слабой психикой.

– Кровать тоже ничем не махала!

– А вот кстати, вы чего важную информацию зажимаете? – Перешел я в нападение.

Еще недавно меня костерили за фразу сестры Бернарды, из-за которой все это стремительное отбытие и произошло – и там, видите ли, я важную информацию задержал. А тут!..

– Это какую? – Нахмурилась Агнес.

– То, что за нами прилетят три зеленые хреновины!

– Тайна ордена!

– Так разбирайтесь тогда сами, что «тайна» настолько шуганная, что на нее даже топнуть нельзя! – Ругался я поверх ящерицы, отчего та стремилась вдавиться в бетон.

– Они вообще ничего не боятся! – Экспрессивно махнула Агнес рукой. – Мы иногда стреляли, когда они были рядом! На машине гнали прямо на них!

– Значит, оформляйте возврат! Эта – бракованная! – Ткнул я пальцем в ящерицу, и та зажмурилась.

– До тебя нормальная была! И мы их сами выращиваем! Что я коммодору скажу?!

– Хватит! – Рявкнула Марла, и мы недовольно посмотрели на нее. – Вы ящерку совсем зашугали!

– Вот, я же говорю – у вас ящерка больно нежная, – смягчился я и снизил тон.

– Ящерка?! Нежная? Вот эта хрень наглая?! – Агнес сама замахнулась на наше транспортное средство ногой, но под укоризненным взглядом блондинки сдулась. – Там не психика – там каменный монолит! Два рефлекса – жрать и искать, чтобы сожрать! Там страха нет! Вот ты слышал, чтобы по нам палили в пути? – Обратилась шеф ко мне.

– Нет. Но мы ж высоко…

– Высоко, – передразнила она. – Да из любви к искусству бы пальнули! Тут у банд «Стингеры» валяются, а самолеты не летают. Знаешь, как им тяжело? Деньги потрачены – удовольствия ноль!

– Мне им соболезновать? Или зачем это все? – Не понял я.

– Да не видно этих дур зеленых в небе! Никому не видно!

Странно, я же видел. Хотя не глазами – талантом, так что язык лучше прикусить.

– Агнес! – Снова возмущенное от Марлы.

– Да не буду я ее пинать.

– А почему нет? – Недоумевал я. – Она ж придуривается. Пнем – полетит. Все летает, если пнуть!

Законы физики, между прочим.

– Это, в первую очередь, подотчетное имущество! И оно сломалось!

– Да не сломалось, – прикусил я нижнюю губу. – Просто… Ну… В депрессии, – почесал я затылок, глядя на чудовище перед собой.

– Из-за тебя! – С торжеством постановила Агнес.

Как будто кому-то от этого легче.

– Дай эту еду, которую ты ей кидала. Попробую покормить, – буркнул я.

– Она же не хочет, ты видел.

– У меня все захотят. – Прищурился я на ящерку.

Та принялась медленно отползать от меня.

– О! Шевелится! Живая! – С торжеством ответил я.

– Генри, реакция на корм – это когда к корму идут, а не пытаются свалить.

– Сначала выдайте корм, а потом это вот все ваши обидные слова. – Протянул я ладонь к Агнес, и та, взглянув скептически, все-таки положила не нее нечто компактное, но тяжелое.

Присмотрелся – муравей, только какой-то слишком крупный для нынешних мест. Из преимуществ – муравей был