просторным балахонам, скрывающим тело и лицо каждого, нельзя было понять, кто именно это — мужчины или женщины.

Прямо в самом центре обширного зала на возвышении стоял невысокий, но массивный белокаменный постамент, покрытый древними письменами. Похоже, это и был тот самый священный алтарь, о котором говорила Мокошь. На нем покоился прозрачный хрустальный сосуд изящной работы, в котором находилась темно-красная, почти бордовая густая жидкость, которая слабо мерцала в свете факелов.

— Это кровь аватаров, тщательно смешанная с вашей божественной кровью в определенных пропорциях, — вполголоса объяснила мне Мокошь, заметив мое внимание к загадочному сосуду и его содержимому. — Именно на этот алтарь и будут направлены все наши объединенные силы во время ритуала. Вы, — она обратилась уже к всем моим спутникам, — вы, пожалуйста, вставайте вдоль стен зала. Постарайтесь распределиться на одинаковом расстоянии друг от друга.

Они молча выполнили ее указания, заняв назначенные позиции. Атмосфера становилась все более напряженной и торжественной.

— А ты, могущественный Зевс, — продолжила Мокошь, теперь обращаясь персонально ко мне с особым почтением в голосе, — займи, пожалуйста, свое место непосредственно напротив алтаря, лицом к нему. Ты будешь центральной фигурой в этом ритуале, через тебя пройдет основной поток божественной энергии.

Я кивнул и направился к указанному месту, ощущая на себе взгляды всех присутствующих. Перун занял позицию справа от меня, а Мокошь встала у самого алтаря, явно готовясь руководить всем процессом.

— Итак, мы начинаем, — торжественно произнесла она, и ее голос эхом разнесся по каменным сводам древнего зала. — Прошу всех максимально сосредоточиться и в точности следовать моим указаниям. Малейшая ошибка может иметь непредсказуемые последствия. Когда я подниму правую руку — это будет сигналом для первого этапа. Все поняли?

Мы согласно кивнули. Напряжение нарастало с каждой секундой. Факелы на стенах вдруг заплясали ярче, словно реагируя на концентрирующуюся в помещении магическую энергию. Фигуры в белых балахонах начали тихо, едва слышно что-то напевать на непонятном языке — монотонное, завораживающее пение, от которого мурашки бежали по коже.

Мокошь закрыла глаза, сосредотачиваясь, а затем медленно подняла обе руки к небу. Жидкость в сосуде на алтаре вдруг начала светиться ярче, пульсируя в такт пению.

Ритуал начался.

Глава 24

Первые минут пятнадцать все протекало достаточно спокойно, а потом, ритуал неожиданно начал набирать обороты, словно невидимая рука повернула какой-то тайный рычаг. Кровь в сосуде, который стоял на постаменте, начала буквально бесноваться и бурлить с невероятной силой.

Я невольно покосился на Мокошь и Перуна, пытаясь понять, что же именно происходит. От них обоих к сосуду тянулись тонкие, едва заметные глазу полупрозрачные лучи, которые переливались и мерцали в полумраке зала. У обоих славянских богов, были закрыты глаза, словно они полностью отрешились от внешнего мира. Да и вообще, складывалось впечатление, что оба погружены в какую-то глубокую, почти трансцендентную медитацию, находясь где-то очень далеко отсюда.

Да чего там говорить — у меня самого от этого заунывного, монотонного пения здешнего «божественного» хора, которое разливалось по залу непрерывными волнами, глаза начали невольно слипаться. Сбросив усилием дремоту, я покосился на своих спутников.

Похоже, что здесь в состоянии бодрствования пребывал только я один, поскольку и Горгона, Асклепий и даже Атропос, которая обычно всегда оставалась начеку, тоже, как оказалось, погрузились в глубокую медитацию, покинув на время этот мир.

В этот момент Мокошь подняла руку, подавая мне знак, и я, последовав ее команде, выплеснул свою силу на сосуд с кровью. Он практически мгновенно вспыхнул ярким золотистым светом, озарив все вокруг, и жидкость в нем забурлила еще сильнее, чем раньше.

Насколько я помнил из врученной мне ранее памятки с инструкциями, это действие мне надо было повторить четыре раза на протяжении всего ритуала. Причем, что интересно, сила, которую я направил на сосуд, меня совершенно не ослабила, не истощила мои ресурсы, а, скорее, наоборот.

Я отчетливо чувствовал, как во мне постепенно начинает собираться и концентрироваться энергия, накапливаясь где-то глубоко внутри. Но при этом она не рвалась наружу неконтролируемым потоком, она приятно омывала все тело каким-то животворящим, целебным потоком, наполняя силой и бодростью.

Но, как это часто бывает, мое хорошее настроение длилось к сожалению, совсем недолго. Я с изумлением и даже некоторым ужасом увидел, что в зале появились незваные гости.

* * *

— По-моему, это была очень плохая идея с самого начала, — недовольно проворчал Харон, осторожно опуская на землю тело усыпленного охранника, стараясь не производить лишнего шума.

Гера хмуро посмотрела на него и приложила указательный палец к плотно сжатым губам, требуя абсолютной тишины.

Ее рискованный план совершенно не понравился соратникам, но ей в итоге все-таки удалось их убедить в его целесообразности. На самом деле, сейчас это был единственный разумный вариант решить все проблемы одним махом. Хотя, если бы не неожиданное появление Аида она бы, пожалуй, вряд ли решилась на такое отчаянное предприятие.

С другой стороны, она прекрасно понимала сомнения Мелинои с Хароном, которые они высказывали.

В отличие от них, Персефона не задумывалась о таких мелочах и возможных последствиях, но Гера уже давно знала ее специфический «отмороженный» характер, так что сюрпризов не ожидала. Именно этих троих она сознательно взяла с собой, как самых лояльных и преданных своих соратников, на которых можно положиться.

Проникнуть тайком в хорошо охраняемое имение Перуна и сорвать важный ритуал, который устраивали славянские союзники ненавистного Зевса — это можно было смело считать настоящим объявлением войны, не больше и не меньше. Но именно это обстоятельство Геру абсолютно не пугало.

Тем более что срок заключенного перемирия с Зевсом уже закончился. Так что руки у нее теперь были полностью развязаны для любых действий. А Перун с Мокошью… ну что ж, если они каким-то чудом и уцелеют после этого, то наверняка будут не способны что-то реально противопоставить ей в дальнейшем.

Оставался, правда, еще Аид… Но с ним она обязательно разберется потом.

Сейчас же они стояли непосредственно перед входом в роскошный особняк Перуна, готовясь к решающему броску. По пути к цели им пришлось отправить на тот свет троих бдительных охранников, которые попросту не оставили им выбора, и еще шестерых удалось относительно тихо усыпить магией. Оставалось только добраться до заветного места, где непосредственно проходит ритуал, который, судя по всем признакам, уже начался.

Невидимые для человеческого глаза слуги Мелинои уже заблаговременно выяснили, где именно находится спуск в подземный зал проведения ритуала. Они же, кстати говоря, позаботились об том, чтобы усыпить прислугу, которая могла помешать.

А