Атропос. — Это исключительно ее личная инициатива и ответственность. Вы сами говорили, что она предлагала разобраться с Васнецовым раз и навсегда. Вы ее благоразумно отговаривали от поспешных действий. Но с ней подобные уговоры, как правило, совершенно бесполезны. Если упрямая Горгона что-то серьезно вбила себе в голову…

Ее слова неожиданно прервал настойчивый дверной звонок. Мы многозначительно переглянулись с Атропос. Я молча кивнул, и девушка послушно отправилась открывать входную дверь. Вернулась она через несколько минут в сопровождении хорошо знакомой Горгоны.

Галина Семецкая имела откровенно удрученный и даже, я бы не побоялся сказать, виноватый внешний вид.

— Ну давай, рассказывай подробно, — спокойно предложил ей я, уже интуитивно понимая, что произошло что-то серьезное.

Та тяжело и обреченно вздохнула, повинуясь моему приглашающему жесту, села в кресло напротив меня.

— Я хотела окончательно убрать Васнецова, повелитель, — виновато призналась она.

— Зачем именно? — искренне недоуменно вырвалось у меня. — Разве я тебе не запретил подобные действия?

— Простите великодушно, повелитель, но… — она хотела было продолжить свою речь, но внезапно замолкла, умоляюще глядя на меня.

Я многозначительно покосился на молча севшую рядом со мной Атропос. Та, встретившись с моим красноречивым взглядом, только философски пожала плечами, как бы молча говоря: «Я же это прекрасно знала заранее. Что еще можно взять с этой непредсказуемой Горгоны?»

— Но, как я правильно понял по твоему унылому виду, что-то пошло не совсем так, как планировалось? — тем временем осторожно уточнил я.

Горгона медленно подняла голову и уставилась на меня. Видимо, не ожидала подобной спокойной реакции с моей стороны. Скорее всего, именно так. Ну что ж, пусть привыкает к новым реалиям.

— Он каким-то образом нейтрализовал мою мину, — глухо и обреченно сообщила Горгона. — Не знаю точно, каким именно способом… Но, судя по всему, это определенно аватар кого-то невероятно могучего бога.

— Нейтрализовал, говоришь? — весьма озадаченно уточнила Атропос. — А какого именно типа мина была заложена?

— Огненная. Я не пожалела магической энергии для ее создания, — мрачно ответила Горгона.

— Тогда дела действительно плохи, ты абсолютно права, это настоящий тяжеловес… — еще сильнее нахмурившись, заметила моя телохранительница. — Ты смогла хотя бы понять истинную природу той магии, которая обезвредила ловушку?

— Да… К сожалению, ее создатель совершенно точно связан с Тартаром, — с тревогой в голосе ответила Горгона.

— Неужели сам Аид? — еще больше нахмурилась Атропос, и на ее лице отразилось искреннее беспокойство. — Этого нам действительно сейчас не хватало для полного счастья.

— Ну, вряд ли это лично он, скорее всего, кто-то из его наиболее приближенных слуг, например, Минос или же Радамант… — с некоторой неуверенностью предположила Горгона. — И, по моему твердому убеждению, он каким-то образом понял, что это именно я заложила эту злополучную бомбу.

— Так, стоп, — решительно хлопнул я ладонью по столу, привлекая внимание обеих женщин. — Пока что останавливаемся на этом моменте и не паникуем раньше времени. Вряд ли сегодня ночью Васнецов побежит активно мстить, даже если он действительно знает, кто именно заложил мину. Завтра обязательно выясним, чей точно этот аватар и с чем нам предстоит иметь дело. И уже тогда будем решать возникшую проблему. А ты, Горгона, пока что затаись и не высовывайся. Только телефон свой обязательно оставь включенным и постоянно будь на связи с нами.

— Да, повелитель, — с явным и неподдельным облегчением выдохнула та. — Конечно, именно так и поступлю!

На этих словах мы распрощались с ней. После чего я был вынужден выслушивать «всепокорнейшее» возмущение своей телохранительницы, которая выражала совершенно неподдельное изумление по поводу моей, по ее мнению, чрезмерной мягкости.

— Вы обязательно должны были ее серьезно наказать, повелитель! — эмоционально закончила она свою весьма проникновенную речь на важную тему необходимой суровости могущественных «олимпийских» богов.

— И что именно это изменило бы? — довольно саркастически хмыкнул я в ответ. — У нас сейчас верных союзников — раз, два и обчелся, если честно. Да и каким образом я ее здесь накажу? В этом мире? Можешь конкретный способ придумать? Мы же находимся не на Олимпе!

Надо же… Похоже, я действительно окончательно и бесповоротно вжился в непростую роль величественного Громовержца. Не знаю точно, хорошо это или все-таки плохо для дальнейших перспектив.

Судя по растерянности девушки, та ничего дельного придумать не смогла. Поэтому благоразумно предпочла промолчать и не продолжать спор.

В этот раз я сознательно лег спать значительно раньше обычного и, несмотря на все последние тревожные события, сумел отлично выспаться.

До школы мы добрались быстро. Народ уже с самого раннего утра пребывал в состоянии предвкушения сегодняшнего боя. Обычные уроки до обеда, можно смело сказать, прошли практически впустую. Слишком уж сильно были возбуждены и взволнованы все ученики без исключения. А преподаватели, прекрасно понимая сложившуюся ситуацию, особенно не зверствовали и не требовали невозможного. Но вот наконец-то настал долгожданный «час Х».

Команда «Огненные Барсы» прибыла ровно за час до начала решающего боя, когда мы уже вовсю энергично разминались в спортивном зале. От моего внимательного взгляда не укрылось то обстоятельство, что Сабуров и Вересов дружески приветствовали вежливыми кивками именно тех самых парней из вражеской команды противника, что присутствовали на недавней вечеринке.

И это заметил не только я. Данное обстоятельство не укрылось от зоркого взгляда Черта. В результате чего на небольшой пятиминутке непосредственно перед началом ответственного боя он высказался по этому поводу.

— Вересов, Сабуров, — строго посмотрел он на сразу же насторожившихся парней. — Вижу, что вы хорошо знакомы с нашими сегодняшними соперниками?

Те быстро и несколько растерянно переглянулись между собой.

— Нет, Андрей Андреевич, то есть да… — несколько сбивчиво ответил Сабуров. — Так, шапочно знакомы, не более того.

— Шапочно, говоришь? — с явным подозрением посмотрел на него опытный тренер. — Ну что ж, хорошо, что именно шапочно. Искренне надеюсь, что на ринге вы это убедительно докажете своими действиями.

— Конечно, Андрей Андреевич! — горячо и воодушевленно заверили они его дружным хором.

— Тогда смело вперед! — энергично хлопнул он в ладоши. — Все на ринг!

* * *

— Аид? Ты это серьезно? — Харон с нескрываемым изумлением уставился на Геру.

Сидевшая рядом с ним Мелиноя с не меньшим неподдельным удивлением смотрела на богиню.

Сама же Гера сознательно решила собрать двух своих самых верных и преданных слуг не в рабочем кабинете, а в уютной гостиной своего роскошного особняка. Подальше от всевозможных любопытных глаз и нежелательных свидетелей.

— Серьезней просто некуда, — с явным раздражением фыркнула она. — Этот наглец завалился ко мне сегодня поздней ночью! Просто разломал входные двери без всякого предупреждения. Да и вообще вел себя совершенно по-хамски и вызывающе!

— Это же Аид, — осторожно подала голос Мелиноя. — Он ведь всегда именно