сторону немецкой колонны. Охраны там немного, захватим всю технику, на которой сюда прибыли фашисты. С уничтожением немцев проблем не возникло, перевес был на нашей стороне, быстро всех зачистили, после чего я переправил их в Аргентину. Ни о каком продолжении операции не могло быть и речи.

Само собой, делать вид, что ничего страшного не произошло, я и не подумал. Это просчёт советской разведки и сразу же мчаться в Москву и требовать ловить работающего на немца шпиона даже не собирался. В первую очередь допросил советских разведчиков. Как я и думал, никакого отношения к сливу информации никто из них не имел, все верные служаки, без гнили. Сергей сразу же начал требовать, чтобы я вернул его в Москву, но после моего грозного окрика заткнулся. Понял, наконец, что шутить я не намерен и вроде как перестал доверять советскому руководству. Пусть немного подумает, скоро меня в Москве прямо в кабинете Судоплатова убить попытаются.

Можно подумать, что поступаю как ребёнок, но я так не считал. Я гражданин Аргентины, коммунистам не служу, я сам по себе, а мне даже не могут обеспечить безопасность. Павел Анатольевич уверял, что все люди проверены, враг о нашем рейде не узнает, однако узнали. Всю информацию передавали почти сразу же, даже координаты места, где мы остановились, смогли передать. Правда, об этом я растрепался, но разведчик сам об этом попросил. Ох, кто-то прямо у него под носом работает на немцев.

Если до этого мы просто хотели перебить некоторые карательные отряды, пусть и с помощью магии, но без всякой жестокости, то теперь я поменял своё решение. Всю группу немцев, которые напали на меня и пережили бой, я просто и без затей превратил в нежить. Пусть тупые мертвяки шатаются теперь по лесу, вреда они явно не нанесут, а вот своим видом всех впечатлят. Уверен, от фашистов здесь скоро будет не протолкнуться, всё же в лесу пропало элитное подразделение. В любом случае узнают о том, что это моих рук дело, да и плевать, нечего было ко мне лезть. Скоро их медики будут сбиваться с ног, пытаясь выяснить, как это так, человек шевелится, ходит, а сердце не работает, при этом тело медленно разлагается.

За суетой и допросами я как-то позабыл о том, что отправил часть раненых разведчиков в Москву, они уже доложили о том, что угодили в засаду. Правда, о шпионе ничего не знают, тем не менее, Павел Анатольевич развил бурную деятельность и даже почти взяли шпиона, но узнал я об этом, когда встретился с контрразведчиком лично.

Как и было задумано, я показывал своё недоверие к советской власти и лично к Судоплатову. Не верилось мне, что он работал на немцев, но ему об этом знать незачем, пусть работает лучше. Именно из-за этого я отправился не в Москву, а в небольшой подмосковный городок, взяв с собой многочисленный отряд. Так и помчались на грузовиках к местному отделу НКВД, они имелись в любом городке.

Наверное, сотрудники НКВД были сильно удивлены, когда увидели несколько грузовиков с вооружёнными до зубов людьми. Без стрельбы не обошлось, благо, что у моей охраны уже имелась зачарованная форма, а в ответ они не стреляли, просто скрутили наиболее деятельного вояку. Жаль, что Судоплатову просто так не позвонишь, сначала нужно дозвониться до его секретаря, потом он найдёт самого разведчика, вот и в данной ситуации поступил так же, бесцеремонно войдя в кабинет местного особиста.

— Здравствуйте, Павел Анатольевич, — с контрразведчиком меня связали довольно быстро, он как будто ждал моего звонка.

— Здравствуйте, Константин Сергеевич, странно разговаривать с тобой по телефону, обычно сам ко мне прибывал, — сказал он и, судя по тону, понял, что ничего хорошего от меня не услышит.

— Раньше так и было, — согласился я, — да только теперь всё изменилось. Вы в курсе, что нашу группу ждали, хотели меня убить? А ведь я только Вам говорил о маршруте и о том, где мы в данный момент находимся. Вы уверяли, что все ваши люди проверены, никакой утечки не будет.

— Давайте я сейчас к вам приеду, и мы поговорим, — предложил Павел Анатольевич. — С глазу на глаз.

Ему не нужно было говорить, где мы находимся, об этом сообщил местный сотрудник, точнее откуда звонок. Он и сейчас активно «грел уши».

— Только не стоит тащить сюда толпу ваших бойцов, — предупредил я, всячески показывая своё недоверие. — Если вдруг вы попытаетесь меня убить, то мне придётся уйти и уверяю, больше ни на какие контакты с вашими властями я не пойду. Немцам помогать не буду, но и вы от меня помощи не дождётесь.

— Скоро буду, — буркнул Павел Анатольевич. — Дайте трубку капитану.

Видно капитану Судоплатов сказал, чтобы не дёргался и никому ничего не говорил, ну и чтобы успокоил своих людей. В ответ сотрудник заявил, что должен доложить своему начальству, после чего выслушал в свой адрес много интересного. Контрразведчик не скромничал и выражения не выбирал, даже перешёл на угрозы. В результате капитан пообещал ждать начальство и никому ничего не говорить, хотя вокруг уже начали стягиваться отряды, не понравился местным наш визит. Гнев Судоплатова можно понять, подчинённый вражеский шпион, за подобное и его голова могла запросто слететь. Прибыл он через два часа.

— Давай, проверяй, — заявил Павел Анатольевич, едва зашёл в кабинет. — Не хочу, чтобы ты и дальше мне не верил.

Дважды мне повторять не нужно, проверил его с помощью магии. Как и думал, никакого отношения к предательству этот человек не имеет.

— И кто слил нашу группу? — Полюбопытствовал я.

— Да есть одна тварь, другом его считал, а оно вон как бывает. Только взять его живьём не получилось, яд принял, как только понял, что запахло жареным, — сообщил мне разведчик и горестно вздохнул. За пару дней он как будто постарел на десяток лет. — Где мои люди?

— В Аргентине, — как само собой разумеющееся сказал я. — Сергей очень к вам просится, соскучился, наверное.

— Ты же умный человек, должен понимать, что мы никакого отношения к данному инциденту не имеем, — сказал Судоплатов. — Советское руководство высоко ценит твою помощь.

— Даже не знаю, как нам дальше вместе работать, — вздохнул я. — Что если что-то подобное опять случится, это ведь не первый случай.

— Больше не случится, мы проводим проверку, самую строгую.