чувствуя распирающую меня изнутри твердую плоть. Пальцы на моих бедрах сжимаются по мере его погружения, и я снова радуюсь легкой боли, как проявлению наслаждения Кайда. Ерзаю бедрами, стараясь насадиться как можно сильнее и морщусь от другой, сладкой боли, когда он упирается в самое основание. Приподнимаюсь и снова медленно опускаюсь, растягивая удовольствие проникновения. Кайд едва заметно изменяет положение, толкается еще глубже, и я не сдерживаю первый стон. Черт, он такой большой, что голова едет, когда представляю его в себе. Не сдерживаюсь и опускаю взгляд вниз, выгибаюсь дугой, чтобы увидеть место, где сливаются наши тела, и от увиденного внутри все сжимается, провоцируя Кайда со стоном толкнуться бедрами навстречу еще раз.

Приподнимаюсь, и он почти покидает мое тело, чтобы снова заполнить. Утыкаюсь лбом в его плечо и слышу собственный громкий стон. На ягодицы ложатся сильные руки, прижимают к паху и мне кажется, что я слышу сумасшедший стук его сердца. Снова приподнимаюсь и опускаюсь, ловлю ритм и двигаюсь уже без пауз. Клитор потирается о жесткие, короткие волоски Кайда, добавляя острых ощущений, и я оказываюсь близка к оргазму слишком быстро. Хочу оттянуть его и продлить сладость момента, но мышцы неконтролируемо сжимаются, и я уже не в силах остановиться.

— Давай, маленькая, — шепчет рвано и это становится последней каплей. Комок напряжения, что копился где-то внутри меня, взрывается, пуская в кровь щекочущие пузырьки, которые распространяются по всему телу, делая его невесомым, вытесняют, нет, вышвыривают мысли из головы. Следом за мной Кайд толкается последний раз, до хруста прижимает к себе и с хриплым стоном кончает. И от ощущения пульсирующего внутри члена продлевается мой собственный оргазм, растягивается, словно густая патока.

Как же хорошо. Как же мне сейчас хорошо…

Я прижимаюсь губами к влажной коже на его шее и пытаюсь восстановить дыхание. Какой-то бесконечный сексуальный марафон.

* * *

Тридцать минут уходит на то, чтобы сходить в душ, переодеться и заварить крепкого чаю.

А потом мы продолжаем наш «урок», словно и не было паузы. И только периодически подвисающие взгляды Кайда и мои розовеющие в этот момент щеки напоминают о случившемся.

Он уже рассказал так много всего, что голова идет кругом от обилия информации, но я все равно слушаю, запоминаю и жалею, что не могу вести конспект. Когда я говорю об этом, Кайд только смеется и напоминает, что рядом со мной теперь всегда будет очевидец и ходячий справочник по драконам, чародеям, мирам и всему остальному.

И, кстати, не озеро виновато в моих снах, а моя память, спровоцированная тем, что я познакомилась с Кайдом. Считывать информацию из воды еще нужно уметь, и пока это кажется мне чем-то невыполнимым.

Глава 7

Когда я впервые попала в университет, то думала, что теперь самое сложное в моей жизни — это этап с изучением нового языка. Сегодня Кайд объяснил, что как раз это не является проблемой и когда я познакомлюсь с другими чародеями, то через какое-то время смогу понимать языки, считывая их из подсознания человека, с которым разговариваю. Это подводит нас к совершенно новой теме.

— Когда чародеи открыли другие миры, то не случайно именно десять драконов отправились в экспедицию.

А потом он снова говорит много, но исключительно факты, сдобренные аналогиями и примерами.

— Нас окружает информационное поле.

— Эфир?

— Нет, эфир — это некая субстанция, которую невозможно пощупать, на которую невозможно повлиять или изменить, а поле — это потоки информации, которые можно считывать и изучать. Чародеи в большинстве своем тратили целые жизни на изучение окружающего мира, не ограничиваясь физическими или тонкими слоями и уже давно научились усваивать и обрабатывать информацию, расширяя собственные возможности. — Я слушаю, с удивлением понимая, что магия, это не заклинание с волшебной палочкой и «абракадаброй», а нечто близкое к науке. Кайд продолжает: — После изучения информационного поля и расширения своих возможностей, чародеи поделились на десять видов. Каждый имеет особенности, отличающие его от остальных. Например, в твою ауру вплетена способность оборачиваться. То есть ты носитель этой способности, остальные чародеи смогут пробудить вторую ипостась только после того, как проведут рядом достаточное количество времени.

— Не совсем понимаю, — признаюсь в итоге.

— Ты училась на программиста, да? — Я киваю, а Кайд улыбается. — Тогда объясню на твоем языке. Представь, что ты программа, но можешь иметь только какую-то одну функцию.

— И я программа, которая может оборачиваться драконом? — спрашиваю с улыбкой и Кайд кивает. — А ты?

— Я программа, которая может изменять плотность воздуха. Другими словами, я умею ставить щиты и границы.

— И после инициации я смогу так же, как и ты?

— Для этого достаточно просто находиться рядом какое-то время.

— Передается воздушно-капельным путем? — с губ срывается усмешка.

— Что-то вроде того, — Кайд ухмыляется, — попадая в поле действия моей ауры, ты перенимаешь и мои способности.

— Вай-фай, — перевожу на свой язык и подумав мгновение, Кайд кивает. — А для чего тогда инициация?

— После инициации ты сможешь соединиться с остальными чародеями в одну цепь. — Подумав, добавляет: — Законектиться, если на твоем языке.

Я прыскаю от смеха, так непривычно слышать от Кайда компьютерный сленг.

*Законектиться — подключиться к какому-то устройству или объединить несколько устройств.

— И что будет после того, как мы «законектимся»?

— Тогда сила увеличивается от одного к другому по экспоненте.

— А зачем тогда вообще инициация?

— Во-первых, для того, чтобы изменить… то есть прости, конвертировать чистую стихию в физический объект. Обычная магия рано или поздно растворится в эфире. А во-вторых, чтобы сделать из тебя программу, способную законектиться с другими программами, — поясняет со смешинками в глазах, и я заражаюсь от его веселья.

— Апдейт устройства?

— Именно.

*Апдейт — обновление программы до последней версии.

— Я дракон, а ты просто огонь, Кайд, — не удерживаюсь, и он смеется.

— Ты дракон, но ты тоже огонь, Мина, — отвечает тем же, и я не могу стереть с лица широкую улыбку.

Это вот вообще не романтично, но это наши первые взаимные признания, и они кажутся мне просто идеальными. И пусть признание совсем не в чувствах, но я совершенно точно понимаю, что сберегу этот момент до самого конца.

Мы еще какое-то время не можем оторвать друг от друга искрящихся весельем глаз, и я уверена, что мои приняли форму сердечек, но смакование момента не может длиться вечно. Кайд прочищает горло и продолжает рассказ.

Когда он говорит, что чародеи особенно берегли именно меня, потому что ипостась дракона заменить невозможно, я не могу удержать нервный смешок.

— Что смешного? —