всё с маленьким логотипом ястреба. Там еще есть кремовая водонепроницаемая пуховая куртка, но как только я её надеваю, тут же снимаю: в пуловере и так тепло.

Я выхожу обратно в ангар одновременно с Зандером и замираю на месте при виде него. Если у меня одежда бледных, нежных цветов, то его — темная: темно-синие брюки и ярко-синий пуловер, который… боже, ну как его глаза могут стать еще ярче, чем раньше? Хуже того, как он может выглядеть в походной одежде еще привлекательнее, чем в обычной?

Я ненавижу предательский румянец, заливающий щеки, и скрываю его, нахмурившись и ворча:

— Почему мне досталось девчачье? Ты выглядишь так, будто собрался грабить высокотехнологичное хранилище в стиле Джеймса Бонда, а я — будто готова оседлать единорога и скакать по радуге. Не кажется сексизмом, а?

В его невыносимо синих глазах вспыхивает веселье.

— Никогда не слышал, чтобы «Джеймс Бонд» использовали в качестве глагола.

Я хмурюсь еще сильнее, но прежде чем успеваю ответить, подскакивает Эмбер:

— Это моя вина. Они спрашивали о твоих предпочтениях в цветах, когда я давала им размеры. Ты выглядишь потрясающе, Чарли-Медвежонок. Я молодец, если сама так скажу. — Она отряхивает руки, явно довольная собой, а затем переводит взгляд на Зандера. — Ты, конечно, выглядишь нелепо. В самом лучшем смысле.

Уголки его губ ползут вверх, он вешает свою черную (естественно) куртку на руку.

— Спасибо, Эмбер. — А мне говорит: — Она права, ты отлично выглядишь. Любой единорог счел бы за честь скакать с тобой по радуге.

Дразнящий блеск в его глазах только распаляет моё негодование, но я прикусываю язык, отчасти потому, что Эмбер так рада, а отчасти потому, что на самом деле одежда мне нравится. Не наряд заставляет меня так нервничать, а Зандер. На интеллектуальном уровне я признаю, что он хорош собой, но я не ожидала, что он будет… так на меня влиять. Бесит, что мои гормоны пустились в пляс, и я сурово призываю их к порядку.

Благословенным спасением становится вспышка Олли — напоминание о том, что теперь я должна быть осторожна в каждом слове и жесте, и через мгновение Скарлетт зовет нас обратно к столу. Гейб стоит неподалеку, разговаривая по телефону, но не сводит с нас глаз, пока Скарлетт вручает нам с Зандером одинаковые наручные часы. Я застегиваю свои, отмечая аналоговый циферблат, компас и подсветку.

— Не снимайте их ни на секунду, — инструктирует Скарлетт. — В этой поездке мы тестируем нано-дроны нового поколения — камеры настолько незаметные, что вы даже не поймете, что они за вами следят.

Она достает со стола маленькую серебристую коробочку и открывает её, показывая нечто похожее на металлических крылатых насекомых размером не больше ногтя.

— Технология военного уровня, пугающе впечатляющая, — продолжает Скарлетт. — Они снимают в кристально чистом HD, но возможности записи звука у них ограничены. — Она хлопает Зандера по часам. — И тут на сцену выходят эти крошки: они будут работать как ваши микрофоны. Они синхронизируются с дронами через GPS, так что мы запишем всё, что вы слышите и говорите, и при этом камеры не будут летать у вас перед носом.

Зандер с интересом рассматривает свое запястье.

— Я не фанат камер перед носом.

Скарлетт смеется.

— Я так и думала, что тебе понравится. Наша цель — однажды использовать только нано-дроны, но пока это прототипы, так что с вами на земле будет оператор, подстраховывающий процесс. Кстати о нем… — Она машет рукой симпатичному парню с «ботанической» внешностью, которого я часто видела на фото и видео рядом с Хоком. Каштановые взъерошенные волосы, очки в черной оправе, теплые шоколадные глаза, а кожа такая же бледная, как у Хока — темная.

— Всем привет, это муж Райкона, Бентли, — говорит Скарлетт и поворачивается к нам с Зандером: — Он наш главный оператор. Бентли будет с вами всё время, но он почти всегда молчит, чтобы фокус оставался на вас двоих и Райконе. — Она добавляет: — Мы стараемся, чтобы за вами не таскалась целая толпа, разрушая аутентичность опыта, так что, не считая регулярных проверок поддержки, вас будет только четверо.

Меня эта новость радует — это значит, между мной и Зандером будет еще один буфер. Чем больше народу, тем лучше, как по мне.

— Рад знакомству, — говорит Бентли с роскошным британским акцентом, таким же дружелюбным, как и у его мужа. Он указывает на камеру в руках, а затем хлопает по маленькой GoPro на плече. — Постараюсь поймать ваши лучшие ракурсы, но не обещаю. На дикой природе — как повезет.

— Это должно быть слоганом вашей компании, — шутит Эмбер.

— Я пытался, — заговорщицки улыбается Бентли. — Как и многие другие варианты. Но Райкон зациклен на своем «Живи сейчас, а не потом».

Я видела эти слова рядом с логотипом ястреба, так что они мне знакомы, но услышать их вслух оказалось неожиданно весомо. «Живи сейчас, а не потом» — фраза отозвалась во мне и чувством вины, и тоской.

— Мы готовы? — спрашивает Гейб, возвращаясь к нам и быстро представляясь Бентли.

— Почти, — говорит Скарлетт, осматривая нас с Зандером. Удовлетворенная результатом, она сообщает: — У нас есть рюкзаки для вас со сменной одеждой и всем необходимым, мы отдадим их перед самым выходом. А пока… Олли, ты готов?

— Всегда готов! — сияет фотограф. — Нам нужен только Хок.

— Я позову его, — говорит Скарлетт, глядя в сторону выживальщика, который стоит с группой людей в черном, изучая карту на капоте машины. — Начинай с Чарли и Зандера, я приведу Райка через пару минут.

Они с Бентли уходят, оставляя нас с сияющим Олли.

— Сюда, мои дорогие, — говорит он, увлекая нас к выходу из ангара. — Я не представился раньше, я Оливер Артон: творческий гений и контент-менеджер Wild World. Обычно я работаю за экраном, но сегодня воспользовался служебным положением, чтобы быть здесь с вами, милашки. Вы не представляете, как я рад.

Оказавшись на улице, он ведет нас в тихое место подальше от суеты последних проверок снаряжения, жестом просит нас с Зандером остановиться у стены ангара из гофрированного железа, пока Эмбер и Гейб наблюдают со стороны.

— Освещение здесь идеальное, — восторгается Олли. — У меня уже есть отличные случайные кадры, а это для постановочных медиа-рассылок. Постарайтесь выглядеть естественно. Расслабьтесь. Улыбнитесь. Вы же в предвкушении приключения, помните? Поделитесь чувствами со своим новым лучшим другом Олли.

Учитывая хаос в моей душе, это не лучшее предложение. Но у меня есть сделка, которую нужно соблюдать, поэтому, когда Олли просит меня подойти ближе к Зандеру, я делаю это с