ответ. Усадил довольных донельзя детей, Денёк напросился на переднее сиденье, я позволил, пока мамка не видит. Не знаю почему, но дети меня всегда любили, в отличие от жён друзей, хоть и своих у меня не было. Я как-то легко находил с ними общий язык.

До места домчали с ветерком… Сказал бы я, если бы не пробки. Как ни крути, а это Москва. Ей хоть Игра, хоть апокалипсис, хоть всемирный потоп, она всё равно будет стоять в пробках. Пашка добрался раньше нас, Гришка с семьёй уже были дома. Я поздоровался с ещё одним другом, обменялся кивками с его женой, которую звали Ира, из всех них она ко мне относилась лучше других, но всё равно как-то холодно.

Хорошая, в принципе, женщина Гришке досталась. Умная, воспитанная, довольно привлекательная внешне. Явно следит за собой, наверняка, чтобы соответствовать мужу, который из нас из всех всегда считался самым красавчиком, но при этом был же и самым стеснительным, поэтому, когда раньше мы знакомились с девчонками, он всегда оставался в стороне и что-то невнятно мычал во время первого разговора. Ирка тогда сама его в оборот взяла, и ей удалось пробить эту стену. С тех пор они не разлей вода. Живут душа в душу, насколько я знаю.

Дети были под большим впечатлением от поездки и сразу побежали хвалиться Ване, сыну Гришки и Иры. Ему недавно исполнилось восемь.

Последними приехали Володя с Лизой, и по его недовольному лицу я сразу понял, что по дороге они успели поругаться. Бывший друг поздоровался со всеми, потом подошёл ко мне и протянул руку, я пожал.

— Олег, отойдём на пару слов? — спросил он, я кивнул, и мы отошли немного в сторону, чтобы нас никто не слышал. — Я хочу извиниться. Был сильно не прав тогда. Сейчас бы точно поступил иначе, но ничего уже не вернуть, так что прости дурака.

— Да ладно тебе, — я как-то не ожидал таких слов от него, поэтому несколько растерялся, — я тоже был хорош. Ультиматумы ставить. Проехали. Я зла не держу, да и ты меня тоже извини за резкость.

— Ну и отлично! — обрадовался Володя, и мы даже обнялись, как раньше, — Я, кстати, с ней всё. На развод подал. Это невыносимо просто стало. Вечные скандалы, постоянное недовольство, тихий ужас, короче.

— А чего с собой взял? — удивился я.

— Да как-то… Даже не знаю. Макс сказал, что это буквально вопрос жизни и смерти, и я решил поступить по-человечески, — признался он, — всё-таки нас многое связывает, и смерти я ей точно не желаю.

— Ну и правильно тогда, — наверное, я бы тоже так сделал. — Пошли в дом, будем вводить вас в курс дела.

Гостиная комната у Гришки была более-менее просторной, так что мы кое-как уместились все. Вводную часть взял на себя Макс. Он уже неплохо освоился в теме. Говорил он медленно, вдумчиво, давая время всем на осознание важности того, что мы собрались сделать. Мужики сразу поверили, впрочем, это и не удивительно. Когда-то нас всех объединяла любовь к фэнтези. А вот на лицах женщин я видел самый натуральный скепсис.

Дети же… Даже не знаю, они всё воспринимают по-своему. Несколько раз они порывались что-то сказать, но были остановлены матерями. Старшее поколение вообще смотрело на нас с Максом, как на идиотов.

— Бродский, и мы должны поверить во всю эту чушь? — спросила Пелагея своим излюбленным издевательским тоном. — И вот ради каких-то сказок вы выдернули нас всех с работы? Я всегда знала, что ты безответственный, но не настолько же!

— Паля, остынь, — охладил её Пашка, надо же, какое интересное сокращение, первый раз слышу, — я вот верю. Вы же видели все, что в интернете пишут. Да что там, у нас на работе люди уже пропадали. И незачем далеко ходить, вы все прекрасно знаете, что случилось с Людмилой, — он бросил виноватый взгляд на Макса, но тот качнул головой, мол, всё нормально, говори.

— Можете верить или не верить, мне, в принципе, всё равно, — чего-то такого стоило ожидать, но меня дико раздражало подобное отношение ко мне. Что я ей сделал вообще? — Я просто решил помочь друзьям и их семьям. Если кто-то не хочет обезопасить себя и детей от внезапного исчезновения, я никого не держу, — и уставился сердитым взглядом на Пелагею. Она несколько стушевалась и отвела глаза. То-то же.

— Спокойно, Олег, не сердись, — вмешался рассудительный Паша и многообещающе посмотрел на жену, — мы все останемся. Что нам надо делать?

— Пока ничего, не пугайтесь, сейчас я призову боевого товарища, — ответил я и достал стазисный куб.

— Пушистый, выходи из группы и принимай новую, — скомандовал я ему, когда кот появился.

— Ки-и-иса! — радостно закричала маленькая Настя, а все остальные впали в шок. Особенно округлились глаза у Пелагеи и Лизы, которая пока старалась не отсвечивать. Васька же от луркеров ещё не до конца отошёл, поэтому на автомате спрятался за меня, когда услышал детский голос.

— Так, спокойно всем, это Васька, он разумный и говорить умеет, — я попытался разрядить обстановку, — Усатый, скажу что-нибудь?

— Мяу? — ответила мне эта наглая морда и сделала вид, что не понимает. В этот момент на меня снова посмотрели, как на идиота.

— На варежки пущу! — пригрозил я наглому манипулятору, — Не позорь меня, кошак!

— Прости, хозяин, — каджит осознал свою ошибку и даже поклонился. Вот тут уже проняло абсолютно всех, даже стариков. — Просто пошутить хотел, не удержался.

После этого расспросы вспыхнули с новой силой. Теперь сомневающихся не осталось, и народ реально забеспокоился. До этого момента, как я понимаю, они ситуацию всерьёз не воспринимали.

— Значит так, — говорил я, подходя к каждому и дотрагиваясь до них, включая в новую группу, — скоро мы перенесёмся на задание от системы. Там на нас попрут монстры, постарайтесь не сильно пугаться и не паниковать. Ваша задача — не мешать мне и держать детей под контролем. Им, кстати, желательно не видеть сражения, оно может быть довольно кровавым. Не переживайте, мы с Васькой со всем справимся, проблем возникнуть не должно, эти монстры для меня будут довольно слабыми.

Мой инструктаж слушали нервно, явно до конца не верили. Ну ничего, мне всё равно, главное, чтобы во время