class="p1">Я не ошибся в своих догадках. Она заперла двери изнутри. Вот только она еще не знает, что для меня не существует закрытых дверей. И справиться с этим замком, как и с любым другим, для меня обычное дело.

Девчонка так вжалась в подушку, стоило мне только приблизиться к ней, что сразу стало понятно — она не просто боится, в панике. Блть, неужели я такой страшный?

Она пахнет молоком и невинностью. И еще чем-то вкусно-сладким. Хотелось хотя бы потрогать это чудо, которое по странному стечению обстоятельств стало моей женой. Но ее слова ударили больнее кувалды, осели в животе, раздирали грудь на части.

— Ты можешь купить моих родственников, заставить меня выйти за тебя замуж. — Голос ее звенел от напряжения. — Можешь даже взять меня силой. Но ты никогда не заставишь меня полюбить тебя.

Никогда раньше я не мечтал о любви до гроба, и о семье не думал. Но ее слова ранили больнее ножа, обожгли, словно каленым железом, заставляя руки сжиматься в кулаки.

Взять силой? Что за бред она несет! Хотел бы — давно так и сделал бы, и отсутствие штампа в паспорте меня бы не остановило. Мне хотелось просто побыть с ней, почувствовать бархат ее кожи под своими пальцами. А еще мне дико хотелось того ощущения единения и душевного трепета, которое было у меня во время нашего ночного ужина на кухне. Но ей было все равно, чего мне хочется. Она просто не хотела даже находиться рядом со мной. И я разозлился.

— У меня было много женщин, — прошептал, склонившись к ее уху и вдыхая ее запах, от воспоминаний о котором мне теперь не уснуть, — но ни одну из них я не брал силой. Они все приходили ко мне сами. Ты тоже придешь.

Понимал я, что перегнул? Да, понимал. Но тогда, в тот самый момент я об этом и не думал. Непривычный оставлять обиды безнаказанными, я просто дал сдачи. А когда услышал ее всхлипы за закрытой дверью, едва сдержался, чтобы не вернуться и не начать вымаливать прощение. Совсем не этого я хотел, совсем не этого.

* * *

Возвращаюсь в кабинет, наливаю себе виски. Выпиваю залпом. Спать так рано я никогда не ложусь, дел всегда по горло. Но сегодня я просто сижу в кабинете, постоянно проигрывая в голове наш разговор с Алисой.

Слышу сигнал, сообщающий о том, что ко мне кто-то пришел. На видео с камер наблюдения вижу машину Князева, поэтому без промедлений открываю ворота и иду встречать Максима.

— Привет, — говорит он, встречая меня в холле.

— Привет, — отвечаю ему и протягиваю руку, которую он тут же жмет.

— Только сейчас получилось выбраться, — говорит Макс, — я не мог не поздравить тебя, друг.

— Спасибо, — отвечаю ему. Вот только с чем? Если отношение Алисы ко мне не измениться, то этот брак останется просто очередной сделкой, коих в моей жизни и раньше было много.

— Что будешь делать с товаром? — спрашивает Максим о партии оружия, которая должна прийти со дня на день.

— Нужен склад. — Говорю задумчиво. — Помещения Торонина подходят идеально, но он вцепился в них зубами.

— А ты поговори с ним. Но сначала напомни владелице сети салонов «Клеопатра» о долге Князю. — Советует Макс. Вот только при чем тут эти салоны красоты? И какое мне дело до этого бабского бизнеса?

— Напомнить — дело недолгое. Не вижу связи со складами Торонина.

— Если я прав в своих догадках, то связь есть. — Говорит Максим, изогнув губы в подобии улыбки. — А если даже нет, ты ничего не теряешь.

— Хорошо, сделаю. Спасибо. — Отвечаю ему. Я знаю, что Максим не станет ничего советовать просто так. Да, теперь мы по разные стороны баррикад. Но это только публичная сторона вопроса. Нашу многолетнюю дружбу не сломать такими условностями.

В этот момент я замечаю движение на лестнице и понимаю, что это может быть лишь один человек. Алиса. Не знаю, зачем она вышла из комнаты в столь поздний час, но сейчас девушка наблюдает за нами. Я ощущаю на себе ее взгляд. И, конечно, она узнала Максима. Надо быть совсем не от мира сего, чтобы не узнать в лицо мэра города, а Алиса совсем не глупа.

Я мог бы увести Максима в кабинет, чтобы она не видела нас. Но не стал. Теперь она моя жена и имеет право знать, что происходит и в ее доме тоже. А, если уж быть честным перед самим собой, то мне хотелось, чтобы у нее был повод для разговора со мной завтра. Уверен, что после того, что мы наговорили друг другу в спальне, она сделает все, чтобы отдалиться от меня. Поэтому делаю вид, что не заметил ее.

— Твои дела-то как? — спрашиваю Максима. — Как Лена?

— Работы по горло. Но мне не привыкать. — Отвечает друг. — Лена уже лучше. Утренняя тошнота уже не беспокоит. Она тоже передавала тебе свои поздравления. И просила не задерживаться. — Говорит с улыбкой. О своей жене Макс всегда говорит с улыбкой. И сейчас мне дико захотелось, чтобы у меня тоже так было. Чтобы спешить домой к любимой женщине, и чтобы всегда знать, что дома меня ждут.

— Тогда не смею задерживать. — Максим уже идет в сторону двери, а я иду за ним следом. — Жене привет передавай. — Макс согласно кивает. — И спасибо за поздравления.

Мы жмем друг другу руку, и он уходит.

Я возвращаюсь назад, поднимаю глаза и встречаюсь с испуганным взглядом Алисы. На ней махровый халат, который на ее хрупкой фигурке кажется огромным. Она выглядит маленькой, робкой и сбитой с толку. Подавляю в себе порыв подбежать к ней, чтобы обнять и успокоить. Отвожу взгляд в сторону и иду в кабинет.

* * *

Когда утром захожу на кухню, с удивлением обнаруживаю там Алису. Она настороженно поднимает на меня взгляд, но потом отводит глаза в сторону своего стаканчика с йогуртом.

— Доброе утро, — говорю ей. Она молчит, будто не замечая меня.

Делаю себе кофе и с чашкой направляюсь в кабинет. Девушка явно не хочет со мной говорить, а у меня слишком полно работы, чтобы раздумывать над ее настроением сегодня.

— Ты уже получил, что хотел. — Говорит она мне в спину. — Когда я получу свободу?

Разворачиваюсь к ней лицом. Она отставила свой йогурт и смотрит мне в глаза. Какие же ярко-голубые, словно кристально-чистые у нее глаза. Сейчас, без косметики и с небрежно собранными в пучок на затылке волосами, она выглядит красивой и по-теплому притягательной