себя покровом воды. Себя и Полину, которая стояла напротив. Девушка слегка улыбнулась и зарумянилась.

— Так-так-так, ребят! — снова выступил Саня. — Мы сейчас всё объясним. Юрец — нормальный перец! Отвечаю! Ну косякнул, бывает. Ща всё расскажем!

И он рассказал… Всё рассказал, как они олимпиаду проходили. С чувством, с эмоциями, с подробностями (иногда лишними, так что Антону предстоял серьёзный разговор с Алисой). Но так запутано рассказал, что сбил с толку всех ребят. Даже я немного запутался. Даня нахмурился, но решил никаких замечаний не делать.

Так или иначе, пыл праведного гнева Сане удалось приглушить. Даже Настя с Олегом и Витей потушили ауры, чтобы сосредоточиться на истории и хоть что-то понять, кроме восхвалений Юры и чудесной истории его перевоспитания.

— Ну вот, короче, — заключил Саня. — Юрец — нормальный пацан. Дайте ему шанс!

— Ну и я немного добавлю, — выступил уже я, пока интерес и некоторое замешательство не выветрились из всей этой оравы учеников. — Если вы единогласно согласитесь дать ему шанс, его ждёт очень интересное испытание, в котором каждый из вас сможет поучаствовать! По-моему, очень заманчиво, хех.

Юра глянул на меня со смесью волнения и благодарности. Не уверен, чего было больше.

Но упоминание испытания уже очень заинтересовало ребят. Особенно возможность поучаствовать. Таня хищно осклабилась, Пламенные Братья переглянулись и так взглянули на Юру, что тот явно почувствовал себя немного неуютно.

— Но прежде, — продолжил я, — Юра, давай-ка. Как договаривались.

Парень взглянул на меня, кивнул, поглубже вздохнул, набираясь смелости, и пошагал прямо к Мирону.

Все замолчали. Звуки шагов разлетались эхом по тренировочному залу. Все пристально следили за Юрой. Но Мирон не отрывал от него взгляда.

Когда группа на внеурочные занятия только набралась, Мирон выглядел на фоне того же Юры щупло и откровенно слабо. Но сейчас многое изменилось. Мирон окреп и душой, и телом. Уже прорисовывались мышцы, а во взгляде читалась сталь. Он уже не тот бедняга, которого шпынял на потеху своему самолюбию Юра.

Да и Юра уже не был похож на прежнего себя. Я это чувствовал и магией, и просто интуицией.

— Мирон, — наконец-то произнёс первое за всё время слово Юра. — Прости меня, пожалуйста. Мы поступили как последние кретины. Мне… мне очень жаль.

Голос его был хрипловатым, слабым и нервным, но очень искренним.

Мирон засмущался, сам зарумянился и огляделся, будто в поисках поддержки. Но все остальные ребята молчали. Всё сейчас зависело от него.

— Да ладно, — чуть улыбнулся парень. — Проехали, бывает.

Затем чуть призадумался и протянул руку.

— Спасибо! — заулыбался Юра и ответил рукопожатием.

Кажется, у нас теперь мир и дружба. Без жвачки обойдёмся как-нибудь.

— Вот и отлично! — кивнул я. — А теперь проголосуем. Кто за то, чтобы дать Юрию Баженову ещё один шанс и допустить его к испытанию?

Первыми подняли руки парни, которые были на олимпиаде. Затем Петя, Денис, Макс… один за другим мои бесята из второго «Д» решили дать ему шанс. Даже Пламенные Братья переглянулись, пожали друг другу плечами и синхронно подняли руки.

Последней осталась стоять Настя, и все посмотрели на неё в ожидании. Кроме Юры. Юра старался сдерживать волнение, но это получалось не очень хорошо.

Настя же в ответ мерила Юру суровым взглядом. Затем вдруг сорвалась с места и встала напротив него, оттеснив Мирона. Пристально, очень пристально посмотрела ему в глаза, будто заглядывала прямо в душу. Так, что парень явно занервничал ещё сильнее, если не сказать испугался. Его Источник содрогнулся, но он умудрялся держать его под контролем.

— Ладно, фиг с тобой, — буркнула Настя. — Думаю, каждый достоин второго шанса.

И наконец-то подняла руку.

Только в этот момент Юру будто отпустило. Он с облегчением вздохнул, на глазах проступила влага, а Источник чуть ли не фейерверки запускал несмотря на то, что он маг земли.

— Вот и отлично! — хлопнул я в ладоши. — А теперь приступим к испытанию. Времени у нас мало, и скоро вся внеурочка должна быть на линейке. В полном составе! Так что постарайся, Юрец, оправдать возложенное на тебя доверие!

— Да, Сергей Викторович! — с готовностью кивнул Юра.

— Так что за испытание? — спросил Саня.

Я усмехнулся, скрестил руки, чтобы немного поддержать интригу, а затем повернулся к Насте.

— Запускай нашу новую систему тренировок. На самой высокой сложности.

— Что? Правда? — обрадовалась Настя. — Прям на «Драконовой неистовости»⁈

— Правда-правда! — кивнул я.

— Новая система? — нахмурился Даня. — Что за новая система?

— Д-драконова? — сглотнул Юра. — Неистовость?!!

— Ха-ха-ха-ха-ха! — засмеялась Настя. — Скоро все всё увидите! А ты, — похлопала она по плечу Юру, — готовься! Будет ой как нелегко.

— В… в с-смысле? — нервно заулыбался Юра.

— В смысле, в смысле! — захохотал Олег.

— Походу, тебе кабзда! — добавил Виктор.

И они были очень близки к истине.

━─━────༺༻────━─━

Город Москва, Кремль. Крыло Министерства образования.

Князь Григорий Александрович Орлов вошёл в кабинет министра образования князя Астахова, закрыл за собой дверь и остановился.

— Андрей Станиславович, — чуть поклонился он. — Добрый день.

— А, господин Орлов, — не особо дружелюбно ответил ему Астахов и небрежно махнул рукой, не отрываясь от документов перед собой: — Проходите, садитесь.

Орлов нахмурился. Он не любил такого обращения к себе, но ничего не возразил.

Он держал в руке папку. Дошёл до ближайшего кресла, сел и протянул эту папку Астахову.

— Что это? — недовольно буркнул Андрей Станиславович. — Надеюсь, не жалкое оправдание вашего провала?

— Нет, — с нотками дерзости ответил Орлов. — Провал есть провал. Но здесь — ещё один шанс достигнуть нашей цели. Посмотрите внимательнее.

— И что же там такое? — Астахов чуть прищурился, вздохнул и открыл папку.

— Меня заинтересовал один из учеников Ставрова, и я решил копнуть немного глубже. Копать пришлось очень глубоко.

Пару минут министр внимательно изучал содержимое. Эти минуты Григорию показались очень затянутыми. Особенно потому, что секунды в тягучей тишине отмеряли громкие часы с маятником и в какой-то момент начали заметно раздражать.

— Неужели… — тихо проговорил наконец-то Астахов. — Данила Ермаков… Он действительно сын Макара? Того самого Макара?

— Да, — кивнул Орлов.

— Интересно, интересно, — улыбнулся Астахов. — И у него тоже особый дар гравитации?

— Да, — кивнул Орлов.