После одной такой пробежки она обнаружила в доме Ульяну, красивую рыжеволосую девушку, а на следующий день та и вовсе привезла Ягине Берендеевне своего сына на три дня. Алена сразу решила, что у Ульяны не все дома. Что за родитель доверит ребенка старой ведьме? Возможно, такими мыслями она беду-то и накликала!

Баба-яга от Андрюши все три дня не отходила, спала вместе с ним на печке, гуляла по лесу, зверюшек, паучков всяких ему показывала, осенние листочки в букетики собирала. Мальчик был чудесный, улыбался всем, ничего не боялся и во все совал свой маленький гномий нос.

Вечером второго дня Ягиня заявила:

— Твои бестолковые родители тебя плохо кормят. Ты вон какой умненький, но слишком уж маленький!

Ягиня отогнала Аленку от печи, где та пекла пироги, и начала варить зелье, пахло оно подозрительно сладко, а вот на вид напоминало детскую неожиданность, но Андрюша был неопытным, нерадивые родители еще не объяснили ему, что всякую каку в рот тянуть нельзя, поэтому он за обе щеки умял подозрительное варево.

Аленка этого не видела, за водой ходила, а когда пришла да нашла пустую плошку, заволновалась:

— Ягиня Берендеевна, ты что натворила? Что за зелье ты ребенку скормила?

— Все нормально, Аленка, не вмешивайся! Оно полезное, там витаминчики, минералы да клетчатка, все на пользу…

Договорить она не успела, потому что сидящий на лавочке румяный Андрюша неожиданно начал увеличиваться в размерах.

— Хорошо пошло! — обрадовалась бабуся, но когда малыш уперся головой в потолок и, больно ударившись, начал плакать, отчего затряслись стены, Ягиня неожиданно запричитала, — Ой, мне же к Горынычу нужно, он меня уже заждался… Ты это… того… Алена, завтра приедет Ульяна, ты ей Андрюшу отдай… Я все… Убежала.

Ягиня шустро смылась из домика, Аленка даже возразить не успела. Ее же теперь казнят! Иван, муж Ульяны, брат царя.

«Меня точно обвинят в покушении на жизнь царского племянника!» — в ужасе думала девушка, поглаживая темечко Андрюши, вскарабкавшись на его плечо.

Под приятный мелодичный голосок Аленки гигантский малыш уснул, только девушка всю ночь проворочалась, прощаясь с жизнью и Матвеем.

К счастью, Ульяна и Иван были так потрясены видом собственного сына, что Аленке даже полслова не сказали, а вот про Ягиню все поняли.

Оставшись одна после потрясений последних дней, Аленка решила, что ей не помешает выпить забродившего ягодного сока, что томился за печкой у Ягини. Она себе на день рождения много запасов наделала. Отлив в кружку ароматного напитка, Аленка очень быстро осушила ее и пошла за новой порцией, а потом и еще за одной. От приторно-ягодного вкуса во рту захотелось чего-нибудь солененького. Девушка отрезала себе ломоть хлеба, полезла за солью, а нет ее.

— Опять мне за солью идти, — икнув, обреченно воскликнула девушка и решила, что завтра же отправится в столицу, там как раз осенняя ярмарка проходит. Где денежки Ягуся хранит, Аленка уже знала, сама хозяйка неизвестно где шатается. Может, она и не заметит, что работница в город отлучалась.

Про магическую связь Аленка забыла…

Утром у девушки немного болела голова, поэтому прогулка до города пришлась как нельзя кстати. Во время пути Аленушка вспоминала Матвея, не было ни дня, чтобы она его не вспоминала. И все чаще она задумывалась о будущем. Когда через год Алиса снова станет девочкой, расскажет ли она отцу, кто помог ей снять заклятие Яги?

— Если расскажет, это будет значить, что Алиса больше не испытывает ко мне неприязнь и, возможно, примет меня, и тогда Матвей, если я ему не безразлична, придет за мной… А если только из чувства благодарности придет? — перепугалась собственным мыслям девушка.

До города идти было часа три, очень быстро Аленка вышла на большой широкий тракт, а там ехали крестьяне со своим урожаем, один из них подвез путницу на своей телеге, так что девушка в город приехала рано и прямо на торговую площадь. Несмотря на ранний час здесь уже было шумно и многолюдно. Купцы со всего света зазывали на свой манер взволнованных прохожих. Торговец тканями обещал красавицам богатых мужей, продавец фруктами устроил настоящее представление, жонглируя ярким апельсином, длинным бананом и огромным ананасом одновременно, но большинства просто горланили во всю глотку, пытаясь перекричать соседа.

Прохожие тоже были разные: кто-то из них деловито и целенаправленно шел за покупками, точно зная, что ищет; кто-то смеялся и больше глазел, а были и подозрительные личности с хитрыми лицами, которые безошибочно определяли самых рассеянных и богатых. От таких нужно было держать свои кошельки подальше.

Аленка впервые была на ярмарке, соль она купила сразу, а больше ей ничего и не нужно было. Поэтому она просто шла по торговой площади и рассматривала людей. Все были такие разные, особенно заморские гости удивляли своими пестрыми шелковыми нарядами и огромными странными шапками. К красивой девушке часто обращались, кто-то заигрывал, кто-то льстил в корыстных целях. Но Аленка была хоть и наивной, доверчивой глупышкой, но денег-то своих у нее не было, так что и выгодно продать ей бусики или брошь так никто и не смог.

Устав от суеты, девушка пошла обратно в сторону центральных ворот, да проходя мимо одного переулка, чуть не споткнулась, случайно увидев странную картину: ее сестра Маша прижималась к каменной стене трактира, а над ней возвышался сын старосты Петр. Он поставил свои здоровенные ручищи по обе стороны от головы Маши и что-то ей выговаривал, вид у него был при этом весьма решительный.

Аленка не могла допустить, чтобы ее сестру обижали, она смело кинулась к парню, размахивая тяжелым мешком с солью.

— А ну, отошел от нее, нахал! Думаешь, если сын старосты, так тебе все можно? — зашипела она взбешенной змеей.

Петр растерянно отступил, а Маша, наоборот, пошла навстречу сестре приговаривая:

— Алена, милая, не надо на него сердиться. Петр ничего плохого не делал. Наоборот, это я его обижаю…

— Ты? — удивилась младшая сестра.

Маша кивнула, бросив виноватый взгляд на парня. Тот тут же оказался рядом, прижал ее хрупкое тело к своему богатырскому и заговорил, обращаясь к Алене:

— Да, твоя сестра свела меня с ума, а свататься не разрешает! А я все решил! Мой отец меня поддержал, сказал, что Маша хорошая девушка. Он уже обещал Андрею Федоровичу завтра в гости заглянуть.

— Но он не говорил, зачем придет! Пусть просто о погоде посудачат! — взмолилась Маша, извернувшись в крепких объятиях парня.

— Не бабы они, чтобы зазря судачить! Я все решил. Если не хочешь