батареи. Как он ни пытался облегчить свой и без того тяжёлый рюкзак, но выхода не было — запасные батареи для рации придётся брать. И у Самары ноша не получалась лёгкой; помимо воды, оружия, медикаментов, ей приходилось нести ещё и коптер с запасными батареями к нему.

Они вернулись в лагерь, когда солнце начинало заметно припекать.

И снова сели есть, а после он проверил и свой, и её рюкзак. С оружием и патронами его ноша переваливала за двадцать килограммов. Это не считая канистры с водой и фляги. Но и её рюкзак был тяжёл, килограммов тринадцать, плюс коптер, плюс винтовка с патронами и ружьё. Самаре, конечно, не придётся идти несколько часов по барханам, ей нужно протащить всё это всего пять километров, тем не менее… Тем не менее…

В два часа дня, по страшной жаре, когда все люди прятались в палатках с кондиционерами, приехал в лагерь человек. Тот самый, который уже приезжал к Горохову от Людмилы Васильевны.

«Шестьдесят два градуса на термометре его не остановили, хороший у него кондиционер в квадроцикле. Мало того, что Люсичка сама может себе позволить такой транспорт, так она даже своим людям такую роскошь предоставляет. Богато живет девушка».

Инженер вышел наружу, щурясь от ослепительного солнца, а мужичок вылез к нему на жару из прохладной кабины и говорит:

— Людмила Васильевна просила передать, что всё складывается именно так, как она и планировала.

— Людмила Васильевна в этом уверена? — уточнил Горохов, не сильно надеясь, что на это вопрос он получит хоть какую-нибудь внятную информацию.

Так и вышло: посланец не удостоил его ответом вообще, повернулся и полез в прохладную кабину. Инженер поглядел вслед уезжающему квадроциклу и, чтобы не жариться на солнце, тоже пошёл к себе.

Даже тут, в тени скалы, под толстым брезентом палатки, было жарко, кондиционер едва охлаждал воздух. Самара то и дело поливала себя из маленькой миски.

— Жарко, — сказал Горохов, присаживаясь возле неё.

— Для этого времени года — нормально, бывали годы и пожарче.

Он глядит на её красивое тело под тонкой мокрой тканью рубахи и спрашивает:

— Ты сможешь завтра, на такой же жаре, просидеть там, где мы сидели, когда проводили разведку?

Он не был уверен, что ей это под силу. Ему и самому будет непросто, он уже думал, где ему пережидать дневной зной. Но Самара только хмыкнула в ответ на его сомнения:

— Десять литров воды с собой возьму и весь день просижу, если тень хорошая будет.

Он рад был это слышать, иметь глаза в виде камеры коптера ему никак не помешало бы. Тем более, она будет нужна, да просто необходима, если вдруг что-то пойдёт не так.

— Так что, снова пойдём на тот берег? — спросила казачка, пока он сидел задумавшись.

Инженер поднял на неё глаза:

— Да, надо решить этот вопрос.

— И что это за вопрос? — спросила она. И, подумав, спросила: — Или не скажешь?

— А тебе это и вправду интересно?

— Конечно. Дело, чай, не шуточное, раз за него ты столько денег обещаешь. Непростое дело, опасное.

Горохов усмехнулся:

— Да, непростое, опасное. А ты, что же, боишься?

— Я роду казацкого, — гордо отвечала Самара, вся приосанилась, красивая стала, — я в степи родилась, чего же мне бояться? Разве что детей полными сиротами оставить, так и то — общество пропасть не даст. Так что не боюсь я.

— Ну и правильно, — сказал инженер. — От страха руки дрожат, он стрелять мешает.

— Так что, не скажешь, зачем идём? — не отставала она.

— Из того дома, что мы видели, нужно кое-что забрать, — отвечал он, подумав, — а без одного человека это забрать невозможно. И этот человек завтра как раз туда собирается. Вот я туда и хочу попасть, с ним там повстречаться.

— Убьёшь того человека? — сразу спросила она.

— Хотелось бы его с собой забрать, — ответил он, и она поняла по выражению его лица, что если не получиться его забрать… то…

— Как же ты его заберёшь, если там четверо даргов? — она всё хотела знать; как только у неё выдержки хватало до сих пор не задавать ему вопросов.

— Даргов я убью, — коротко отвечал инженер.

— Четверых? — она даже головой покачала: "это невозможно". — Дарги — это тебе не сколопендры, и даже не прыгуны. Ты хоть одного дарга за свою жизнь убил?

— Убил, — он кивнул головой.

— Одного?

— Больше.

— Больше? — она опять не верила. — Это сколько?

— Может, двадцать.

Тут казачка скривилась и махнула на него рукой:

— Дурой меня считаешь? Смеёшься надо мной?

— Нет, не считаю и не смеюсь. Первого дарга я убил, когда мне было четырнадцать.

— И с тех пор двадцать их набил?

— Ну или около того.

— У нас во всех окрестных куренях нет такого казака, чтобы даже полстолько даргов побил бы. Это что ж, ты лучше любого нашего казака?

— Ну это уж ты сама решай.

Может, она и хотела, но не могла с собой совладать. Не могла поверить, что сидящий перед ней мужчина мог убить столько опасных и злых врагов. Она прищурилась и спросила с заметным сомнением:

— А что ты за герой, кто же ты есть?

— Ох и бестолковая ты баба, Самара, — с усмешкой отвечал ей Горохов, доставая сигареты. — Ну сколько раз тебе можно повторять, я горный инженер, у меня и диплом есть.

Она всё равно смотрит на него недоверчиво, даже губы поджала чисто по-женски.

— Что? Не веришь? Вон, в сумке бумага лежит, можешь посмотреть.

⠀⠀

Глава 44

Одежда казачья, сделанная вручную, в некоторых аспектах была лучше одежды, сделанной на фабриках. Обмотки и чуни на завязках были намного легче сапог, к которым привык инженер. Но обмотки были лёгкой дорогой к телу для песчаного клеща. Чуни мягкие, удобные, в них легко забираться на барханы, но тот же клещ, а может даже, и паук мог легко проникнуть под эластичную кожу этой обуви. А уж к платку, обмотанному вокруг головы, он никак не мог привыкнуть. Фуражка с козырьком и тряпкой, прикрывающей шею, казалась ему намного более комфортной. Но у казачьей одежды перед тем, что он носил всегда, было два преимущества. В одежде степняков зной переносился, кажется, попроще. Кажется. А вот второе преимущество было неоспоримо. Эта одежда была легче. Килограмма на полтора. Тяжёлые сапоги и большой пыльник были неплохой зашитой и от жары, и от раскалённого песка, но весили они много. А теперь для него был каждый килограмм на счету. Путь предстоял неблизкий. И всё