Второзаконии, — кивнула Райан. — Пятая книга Танаха. Вы ее знаете? Я обнаружила, что молодые люди больше не читают Библию. Предпочитают играть в видеоигры и смотреть всякую дрянь по телевизору.

— Три проповеди Моисея перед израильтянами, — ответила Джеймисон. Это заставило с удивлением взглянуть на нее не только мужчин, но и Райан.

— Мой дядя был священником, — пояснила Алекс. — Я помогала ему преподавать в воскресной школе. Израильтяне были на равнинах Моава и собирались вступить на Землю обетованную после сорока лет скитаний, истолкованных в первой проповеди.

— Я поражена, деточка, — вымолвила Райан.

— Ну, если память мне не изменяет, — продолжала Джеймисон, — в третьей проповеди говорится о том, что, если Израиль не будет благочестив и утратит свои земли, сие постигнет его ровно до тех пор, пока он не покается. Полагаю, это их весьма утешило.

— Почему? — яростным шепотом спросила Райан, вперившись в нее взглядом.

— Ну, как и мы, израильтяне были всего лишь людьми. Совершали ошибки. Бог это понимал. Так что, если они упадут, у них будет еще шанс подняться. Покуда они не раскаются, не раскаются во всех своих грехах. Постараются исправить кривду. Для такого нужна настоящая сила. И настоящая вера.

Замолчав, Джеймисон пристально посмотрела на Райан.

Старушка медленно закрыла Библию, отложила ее на столик у кровати и, сцепив ладони на коленях, спросила:

— Какого рода у вас ко мне вопросы?

Бросив на Джеймисон восхищенный взгляд, Декер повернулся к Райан:

— Вам известно, почему ваш муж находился так близко от церкви в тот вечер, что после взрыва оказался на месте теракта одним из первых? Насколько мы установили, в округе множество домов, из которых люди наверняка выбежали сразу же после взрыва. Не привели ли его туда некие особые причины? Он не говорил об этом?

Райан откашлялась, потом уделила минутку, чтобы отпить воды из стакана, который поставила рядом с Библией.

— Натан был хорошим человеком. Хочу, чтобы вы это понимали. Он был хорошим человеком, — произнесла она с бо́льшим напором.

— Ничуть не сомневаюсь, — сказал Декер.

— Миссисипи в те времена разваливался. Дьявол, да весь Юг разваливался. С сороковых по шестидесятые и дальше. Беспорядки, линчевание, стрельба, взрывы и поджоги. Людей убивали. Федеральные маршалы сновали повсюду. Национальная гвардия. Цветные… — она осеклась, бросив взгляд на Марса, — …то есть афроамериканцы предъявляли белым требования. Это все потрясало нас до глубины души. Этот Терджуд Маршалл[411], выигрывавший все эти судебные дела. Доктор Кинг, марширующий туда-сюда, как Шерман к морю[412]. Многие воспринимали это как апокалипсис.

— А вы воспринимали это таким же образом? — поинтересовалась Джеймисон.

— Я была напугана, — призналась старушка. — Знакомый мне мир встал с ног на голову. Только поймите меня правильно. Это не удивляло меня. Дьявол, да на их месте я тоже требовала бы те же треклятые вещи. Но, видите ли, я не была на их месте, если вы способны это понять. — Бросив взгляд на Марса, она тут же отвела глаза. — К тому же я была воспитана определенным образом, и меня учили таким вещам, которым, благодарение Господу, больше не учат. Во всяком случае, открыто, — добавила старушка, бросив в сторону Марса очередной тревожный взгляд.

Она притихла, и воцарилось молчание, нарушить которое никто не осмеливался.

— Пастором этой церкви был преподобный Сидни Хьюстон, — наконец продолжила Райан. — Умел проповедовать, как никто другой, скажу я вам.

— Откуда вы знаете? — тут же спросил Декер. — Вы посещали службу?

Глаза ее за линзами очков широко распахнулись.

— О мой Бог, нет! Меня бы вымазали смолой, изваляли в перьях и изгнали бы из города. Но, видите ли, преподобный Хьюстон порой проповедовал на улице, на лужайке перед церковью. И голос его разносился далеко. Глубокий и звучный. И, ну, некоторые из нас подходили достаточно близко, чтобы слышать. Этот человек знал Писание. И доносил свое послание с истовой страстью. По сравнению с ним церковь, которую я посещала, казалась откровенно скучной.

— Хорошо, — подбодрил Декер.

Райан заговорила быстрее и увереннее:

— Он был смутьян, вот так вот. Он вещал перед Кейном, как Кинг в Сельме. Как тот человек, Маршалл, делал в каждом суде на Юге. И это настроило против него очень могущественных здешних людей.

— Вам известно, кто эти люди? — осведомился Декер.

— Натан работал в офисе мэра. На самом деле в то время он был заместителем мэра.

— А мэром был Турман Хьюи… — начал Декер.

Она лишь пренебрежительно отмахнулась:

— Эту должность Турман Хьюи получил только благодаря своему папочке. Едва закончил колледж, был еще совсем мальчишкой. По праву мэром должен был стать Натан, но раз Тревис Хьюи сказал, значит, быть по сему, — с нескрываемой горечью добавила Райан. — Знаете, ведь Тревис Хьюи многим из нас тогда представлялся героем. Мы видели в нем защитника.

— А сейчас? — спросила Джеймисон.

— Он был ложным пророком, изрыгавшим зло и ненависть, — Райан указала на Библию. — И насилие, — помолчав, присовокупила она.

— Как по-вашему, не имел ли он какого-то отношения к теракту в церкви? — задал вопрос Декер.

— Только не Тревис Хьюи. Он бы ни за что не стал пачкать руки.

— А его сын?

Райан словно скукожилась еще больше. И покачала головой:

— Не могу сказать ни да, ни нет.

— А ваш муж?

Она испустила долгий вздох.

— По-моему… по-моему, у Натана были какие-то подозрения. Какие-то… — Голос ее пресекся, и в глазах всколыхнулась паника, словно эти давние воспоминания внезапно обступили ее со всех сторон и нигде от них не скрыться.

— Он догадывался, что должно произойти что-то плохое? — предположил Декер. — Поэтому и находился рядом с церковью в тот вечер?

Старушка кивнула едва заметно, и ее хрупкие плечи затряслись. Протянув руку, Джеймисон утешительно положила ладонь ей на запястье:

— Миссис Райан, всё в порядке. Мне кажется, ваш муж пытался поступить правильно.

Шмыгнув носом, Райан потянулась за салфеткой и высморкалась.

— Он был хороший человек. Но работал с не такими уж хорошими людьми.

— Вам известно, что он предоставил залог в пятьсот долларов за человека по имени Чарльз Монтгомери?

Она утерла нос салфеткой.

— Он мне говорил. Деньги, конечно, не от него. Мы не располагали такими средствами, чтобы швыряться наличными. И уж определенно не на залог за человека, с которым мы даже не были знакомы.

— Значит, ему велели так сделать? И дали деньги на это?

— Да.

— Вам известно, кто?

— Он был заместителем мэра. Не нужно быть гением, чтобы догадаться.

— Значит, Турман Хьюи?

— Может, деньги ему дал папочка. Не знаю. Тревис был диксикратом[413], — добавила Райан. — И в Вашингтоне он нашел хорошую компанию. Едва не расстроил избрание Терджуда Маршалла в