— Я бы с удовольствием пошел, — со скрещенными на груди руками хмурится Даниэль. — Только вот ты неплохо устроился с краю, и твою тушку черт сдвинешь с места. Не могли бы вы, уважаемый, поднять свою прекраснейшую задницу и пропустить меня?

— Сейчас все будет, Ваше Высочество! — со смешком приподнимает руки Терренс и быстро встает из-за стола.

Даниэль встает вслед за Терренсом, который продолжает тихо хихикать, когда они направляются к выходу из кафе.

— Терренс, да хватит уже ржать, твою мать! — чуть громче требует Даниэль. — Лично мне сейчас не очень-то смешно, и я чувствую себя паршиво !

— Э-э-э, да и мне тоже, если честно… — медленно выдыхает Терренс и резко проводит рукой по своим волосам. — Просто я не очень хочу постоянно думать о проблемах… Ведь если все время думать об одном и том же, можно запросто с ума сойти. По крайней мере, я точно к этому близок… Если я не буду отвлекаться хотя бы на пару секунд, то у меня самого начнется депрессия.

— Ну это тоже верно. Хотя мне на ум не приходит ничего хорошего.

— Ха, ты же несколько минут назад ухмылялся и улыбался!

— Да, но мне не становится легче. Хотя я и стараюсь верить в лучше… — Даниэль резко встряхивает головой, чтобы убрать маленькую прядь волос. — Правда после того, как я узнал, что Питер режет себя еще со школьных времен, мой позитивный настрой начинает потихоньку пропадать.

— Согласен, это и меня выбило из колеи…

— Я и подумать не мог, что все оказалось настолько сложно. Предположить не мог, что он резал себя.

— Конечно, я слышал о тех, кто делает то же самое, но никогда не понимал, в чем смысл всего этого. — Терренс открывает дверь и выходит из кафе вместе с Даниэлем. — Как будто если ты возьмешь лезвие и вскроешь вены, то от этого решатся все проблемы.

Уже через несколько секунд Терренс и Даниэль подходят к машине, которая стоит на довольно большой парковке недалеко от кафе. Можно заметить, что в нескольких метрах от парней припаркованы еще несколько автомобилей разных размеров, цветов и ценовых категорий. А указательные знаки помогают разобраться, где можно останавливаться, как можно от сюда выехать, и с какой скоростью допустимо ездить по всем этим дорогам.

— О да, те типы здорово грохнули твою тачку, — подойдя к машине Терренса, которую он рассматривает со всех сторон, говорит Даниэль. — Все настолько плохо, что народ удивленно пялится на нее, когда проходит мимо.

— Ничего, сегодня я отвезу ее в ремонт, и моя девочка будет как новая, — уверенно отвечает Терренс, открывая машину с помощью ключа и убеждаясь, что ему это удалось, когда слышит характерный короткий звук. — Если бы нам не надо было забирать девушек, то я бы поехал в сервисный центр прямо сейчас и договорился о ремонте.

— Полагаю, он отнимет много времени, — задумчиво предполагает Даниэль, открывая дверь машины и садясь на пассажирское сиденье. — Ведь сейчас твоя тачка похожа на деформированный кусок метала. Удивляюсь, как она еще ездит после такого приключения.

— Ездит, но с двигателем что-то точно произошло. — Терренс садится на водительское сиденье и закрывает за собой дверь. — И дверь плохо закрывается… Из-за этого на табло высвечивается надпись, что мне надо закрыть ее.

— Да, походу, у твоих друзей и невесты будут « веселые » деньки. Им придется делиться с тобой своей машинкой, ибо на некоторое время ты останешься без своей раздолбанной старой клячи.

— Надеюсь, уже через неделю или две машину отремонтируют, и я с гордым видом снова буду рассекать на ней по городу.

— Ох, приятель, а не проще ли не тратить деньги на ремонт этого корыта и купить себе новую? Съездил бы в автосалон и посмотрел новые тачки! Кстати, некоторые новые модели просто конфетки, а их характеристики отпадные .

— Спасибо за совет, приятель… — Терренс вставляет ключ в замок зажигания, дабы завести мотор. — Но мне и эта машина нравится. И да, прекратите вы все называть ее старой клячей! Сначала Эдвард мою ласточку оскорбил, а теперь до тебя очередь дошла.

— Да вы с Локхартом любите все старье! — восклицает Даниэль. — Тачка Эдварда вообще была выпущена еще в девяностые года прошлого века, когда я еще лежал в люльке с соской во рту. Удивляюсь, как это корыто вообще может передвигаться. Не удивлюсь, если однажды его колымага развалится где-то посреди дороги.

— Это уже будут его проблемы. — Терренс проводит руками по рулю своей машины, как бы лаская ее как любимую девушку. — Я не собираюсь отдавать этому мелкому крысенышу свою девочку ни за какие красивые глазки.

Даниэль ничего не говорит и лишь пожимает плечами, пристегнув ремень безопасности, положив руку на дверцу машины и удобно устроившись на пассажирском сиденье. А спустя пару секунд, когда машина уже заведена, у Терренса, который тоже собирается пристегнуть свой ремень, неожиданно начинает звонить мобильный телефон, лежащий в кармане его кожаной куртки.

— Ох, как не вовремя, — устало бубнит Терренс, отпускает еще не пристегнутый ремень, кладет руку в карман и, даже не смотря на сенсорный экран, проводит по нему пальцем, чтобы ответить на звонок. — Алло.

— Привет, Терренс, — произносит чей-то мужской, подавленный голос. — Это Питер…

— Питер?

Терренс бросает округленные глаза на Даниэля, который мгновенно реагирует на имя Питера, посмотрев на своего друга с надеждой услышать от него хоть что-нибудь.

— Э-э-э… — запинается Терренс. — Привет, Питер…

— Привет… — очень тихим, слегка охрипшим голосом, что сильно дрожит от волнения неуверенно отвечает Питер. — Скажи, ты сейчас не очень занят?

— Нет-нет, я не занят…

— Я бы хотел кое-что сказать тебе… Если это возможно…

— Да, конечно, я тебя слушаю… Что произошло?

— Скажи, а Даниэль сейчас не с тобой? Если нет, то я потом позвоню ему сам, потому что хочу тоже поговорить с ним.

— Да-да, он со мной… — Терренс неуверенно бросает взгляд на Даниэля, который начинает нервничать, немного побаиваясь того,