«Мы знаем, кто вы. Игра окончена. Свяжемся».

Он перевернул лист — с другой стороны было чисто. Ни подписи, ни контактов. Только угроза.

Марк медленно опустился в кресло. Кто-то был в его квартире. Кто-то, кто знал, где он живёт. Кто-то, кто мог войти, не взломав дверь — замки были целы.

Он перебрал в голове возможных кандидатов. Анжела? У неё были ресурсы, но она вряд ли стала бы действовать так открыто. Она предпочитала собирать доказательства, а не запугивать. Бывшие жертвы? Возможно, но у них не было доступа к его адресу. Партнёры? Он доверял им, насколько вообще можно доверять людям в его деле. Но кто-то из них мог решить, что Марк стал слишком независимым и его пора «опустить».

Он не знал. И это пугало его больше, чем любая конкретная угроза.

Он взял телефон и набрал номер своего основного партнёра — человека, который занимался для него сбором информации и оформлением документов. Тот ответил после третьего гудка.

— Слушай, — сказал Марк. — Кто-то был в моей московской квартире. Оставил записку.

— Какую записку?

— «Мы знаем, кто вы. Игра окончена». Ничего больше.

Партнёр помолчал.

— Это плохо, — сказал он наконец. — Ты знаешь, кто?

— Нет. Поэтому я звоню.

— Я проверю. Ты где сейчас?

— В квартире.

— Уходи. Немедленно. Если кто-то знает адрес, ты не в безопасности.

Марк подумал. Партнёр был прав.

— Я уйду. Свяжусь завтра.

Он быстро собрал самое необходимое: ноутбуки, флешки, блокноты, деньги, два паспорта. Остальное можно было оставить — ничего компрометирующего в квартире не хранилось. Всё важное было при нём.

Через двадцать минут он уже ехал в аэропорт на такси. Он решил улететь в Санкт-Петербург раньше, чем планировал. В Петербурге у него было надёжное убежище — квартира на Васильевском, оформленная на другую подставную личность.

В самолёте он думал о записке. Кто бы это ни был, они не пошли в полицию. Они предпочли запугать его. Это означало, что они либо сами нечисты на руку, либо хотят чего-то большего, чем просто его арест.

Может быть, это были конкуренты. Может быть, жертвы, которые объединились. Может быть, Анжела, которая решила сменить тактику.

Но если это Анжела... она была умнее, чем он думал.

4

В Санкт-Петербурге Марк поселился в своей квартире на Васильевском и взял паузу. Он не звонил Анжеле, не связывался с Ларисой Павловной, не открывал каналы связи с партнёрами. Ему нужно было понять, кто его нашёл и что им нужно.

Три дня он сидел в квартире, выходя только в ближайший магазин за продуктами. Он сменил внешность: снова отрастил лёгкую бородку, надел другие линзы (сделал глаза тёмно-карими), переоделся в одежду, которую раньше не носил в Петербурге.

На четвёртый день он получил сообщение на зашифрованный мессенджер. Номер был незнакомый. Текст был кратким:

«Вы встретитесь с нами. Пятница, 20:00, ресторан "Синь", набережная. Придёте один. Если нет — материалы уйдут в полицию и в СМИ».

Марк прочитал сообщение три раза. Потом набрал ответ:

«Кто вы?»

Ответ пришёл через минуту:

«Те, кому вы должны».

Он убрал телефон. Его сердце билось ровно, но внутри нарастало напряжение. Кто-то знал о нём достаточно, чтобы требовать встречи. Кто-то, кто не был полицией, но имел доступ к компромату.

У него был выбор: пойти на встречу или исчезнуть. Исчезнуть было проще: он мог взять один из паспортов, улететь в страну без экстрадиции и начать всё заново. Но это означало бросить всё, что он построил: налаженные каналы, базу клиентов, наработанные связи. И это означало признать поражение.

Марк не умел признавать поражение.

Он решил пойти на встречу. Но подготовиться.

Он взял с собой диктофон, мини-камеру, вмонтированную в ручку, и тревожную кнопку — устройство, которое при нажатии отправляло его координаты партнёру. Он также оставил запечатанный конверт с инструкциями на случай, если с ним что-то случится.

В пятницу, в двадцать ноль-ноль, он вошёл в ресторан «Синь» на набережной. Ресторан был дорогим, полупустым. За столиком у окна сидели двое.

Один был мужчина лет пятидесяти, в дорогом костюме, с тяжёлым подбородком и холодными глазами. Второй — женщина.

Марк узнал её сразу. Это была Анжела.

Он остановился на секунду. В его голове пронеслась цепь вычислений: Анжела и неизвестный мужчина. Анжела, которая знала о нём всё. Анжела, у которой были связи в охранных структурах. Анжела, которая не пошла в полицию, а предпочла игру.

Он подошёл к столику.

— Здравствуйте, — сказал он, глядя на Анжелу. — Я не ожидал.

— Садитесь, — сказала Анжела. — Это Борис Ильич. Мой детектив.

Мужчина кивнул, не вставая.

Марк сел. Он чувствовал, что ситуация выходит из-под контроля, но не показывал этого.

— Зачем мы здесь? — спросил он.

— Мы хотим предложить вам сделку, — сказала Анжела. — Настоящую сделку. Не ту, которую вы нарушили, переведя Наталье Соболевой только треть обещанного.

— Я работаю над этим, — сказал Марк.

— Вы не работаете. Вы переключились на новую жертву в Сочи. Лариса Павловна Соколова. Пять миллионов уже переведены, ещё два обещаны.

Марк замер. Она знала и это.

— Откуда вы... — начал он.

— У меня свои источники, — перебила Анжела. — Не важно. Важно то, что у нас есть достаточно материалов, чтобы посадить вас на десять лет. И мы готовы это сделать.

— Тогда почему вы не сделали?

— Потому что вы нам нужны.

Марк посмотрел на неё с недоумением.

— В каком смысле?

— Мы собираем информацию о мошенниках, работающих по вашей схеме. Их много. Вы знаете их методы, их имена, их каналы. Вы поможете нам выйти на них. А мы не передаём ваши материалы в полицию.

Марк усмехнулся.

— Вы хотите, чтобы я стал стукачом?

— Я хочу, чтобы вы прекратили разрушать жизни женщин, — сказала Анжела холодно. — И помогли остановить других, таких же, как вы.

— А если я откажусь?

— Тогда завтра утром Борис Ильич отнесёт все материалы в Следственный комитет. И ваша следующая встреча будет не в ресторане, а в кабинете следователя.

Марк посмотрел на Бориса Ильича. Тот молчал, но в его взгляде читалось: «Не шути с нами».

Марк перевёл взгляд на Анжелу. Она смотрела на него без жалости. В её глазах была та же холодная решимость, что и в первую их встречу. Но теперь он видел в ней что-то ещё — не только охотницу, но и женщину, которая когда-то была обманута и с тех пор строит свою жизнь на мести.

— Вы даёте мне время подумать? — спросил Марк.

— Нет, — сказала Анжела. — Ответ нужен сейчас.

Марк опустил глаза. Внутри него боролись два инстинкта: инстинкт самосохранения,