Уголки моих красных губ лезут вверх. Это лучший подарок, который мне когда-либо делал Сандро. Хотя погодите, он ведь никогда и не дарил мне подарки. Его секретарша обычно отправляет мне что-то на годовщину свадьбы и день рождения, иногда даже на Новый год. У нее хороший вкус, так что я не жалуюсь.

Разве что мысленно.

– Ты на него смотришь, ублюдок. – холодно отвечаю я, выдыхая дым и закидывая одну ногу на другу.

Его черные глаза щурятся, а челюсти сжимаются. Очевидно, недоверие в нем смешивается с гневом. Едва ли он любит, когда его зовут ублюдок. Особенно, если это делает женщина.

Вико делает шаг ко мне, и я качаю головой.

– На твоем месте, я бы этого не делала.

Из его горла вырывается смех, и двое мудаков за его спиной его подхватывают.

– Слышали?Puttana (итал. «шлюха»)мне угрожает. – качает головой, и его взгляд становится диким.

Волоски на затылке встают дыбом. Сандро определенно точно знал, кого посылать. Вико как никто другой умеет запугивать. Сначала он может показаться обаятельным, но уже в следующую секунду ты почувствуешь, как из горла хлещет твоя собственная кровь. Именно поэтому с ним стоит быть осторожней.

Не хочу, чтобы кто-то из моих людей пострадал.

– Ты хоть знаешь, с кем разговариваешь? – спрашивает он, склонив голову на бок.

Лениво скольжу взглядом по его спортивной высокой фигуре.

– Очевидно, с глухим ублюдком без манер. – тот факт, что язнаюоб опасности еще не значит, что я буду ее избегать.

Какое в этом веселье, верно?

– Я же сказала, мы закрыты. – произношу по буквам, точно говорю с ребенком.

Головорезы за его спиной недоуменно переглядываются, и атмосфера в зале резко меняется. Вико кивает своим людям, и те тянутся к оружию, но мои девочки быстрее.

Слава, нахрен, богу, они прислушались ко мне.

Те трое, что уже переоделись в обычные джинсы, достают из-за пояса по пистолету, а те, что безоружны встают им за спины. Прям как мы и тренировались. Еще один ствол оказывается рядом с моей головой. В целом по всему клубу припрятано много разного оружия, но и того, что есть, достаточно, чтобы капо моего мужа напрягся.

Медленно подношу сигарету к губам, сердце колотится в груди как бешеное, и я говорю себе, что все дело в никотине.

– Тебе повезло, – выдыхаю я дым. – У меня сегодня хорошее настроение. Так и быть, я выслушаю, что ты там хотел сказать.

Его кулаки сжимаются.

– Ты…

– Я передумала. – стряхиваю пепел. – Мне глубоко насрать на то, что ты там собирался мне сказать. Сейчас ты будешь хорошим мальчиком и выслушаешь то, что тебе скажуя.

Ох, как же сильно он сейчас хочет размазать мое лицо по этому блестящему полу.

– Я так понимаю, что твой босс хочет поиметь меня и забрать это место себе. – продолжаю, слегка покачивая ногой, глаза Вико сужаются. – О, да, мне известно о вашем скромном семейном предприятии. Можешь передать Ломбарди, чтобы закатал губу обратно. Это нейтральная территория, и я никуда не денусь. Если кто-то из вас итальянцев будет плохо себя вести, я заключу сделку с русскими и поделюсь с ними теми ресурсами, что приобрела за последнее время.

– Кто ты нахрен такая? – цедит он сквозь зубы.

Я широко улыбаюсь и выдыхаю дым.

– Можешь звать меня «моя госпожа». Я не привередлива.

Что-то в нем буквально срывается с поводка. Он делает шаг вперед, но Кара уже вкладывает пистолет мне в руку. Раздается выстрел, и один из чуваков Вико падает на колени, зажав плечо рукой. Кровь хлещет сквозь его плацы, и я наставляю дуло на капо.

– Еще шаг, и следующая полетит тебе в голову. – в моем голосе больше нет прежней легкости и веселья, и Вико вряд ли его узнает, потому что в обычной жизни я говорю выше. – Не люблю, когда мне угрожают.

Ублюдок застывает на месте, дыша как бык перед атакой.

– Повторюсь, считайте меня Швейцарией. Нужна информация? Она имеет цену. Нужно кого-то устранить? Я пришлю вам свой прайс. Не будете лезть ко мне, и я оставлю вас в покое. Поверь,Вико, ты не захочешь видеть меня в гневе.

Он ничего не отвечает.

Секунду.

Две.

Затем молча, не сводя с меня глаз, кивает своим людям, и спустя мгновение они наконец-то покидают мой клуб. Но я знаю, что Вико еще вернется. Я его оскорбила, и теперь он захочет крови. Много крови.

Моя рука с пистолетом слегка дрожит, и я сжимаю оружие крепче, пока от этой неприятной встречи не остается только лужа крови на полу.

Ябыла к этому готова. Все здесь знали, во что ввязывались. Многие носят фальшивые парики, линзы и рисуют себе ненастоящие татуировки – все, лишь бы скрыть свою настоящую личность, чтобы их нельзя было узнать на улице или выследить.

Ради их безопасности я даже обустроила студии и квартиры этажами выше, чтобы не нужно было посреди ночи выходить наружу. Все это здание целиком и полностью принадлежит мне, и я просто так его не просру.

– Чего встали? – произношу легким, уверенным голосом и опускаю оружие. – Вытрите кровь, и кто-нибудь, пожалуйста, закройте, нахрен уже входную дверь.

10

Елена

Смотрю на себя в зеркало гардеробной и недовольно качаю головой. Сегодня кошмары были ярче, и мне удалось поспать от силы всего пару часов. Если бы не макияж, я бы выглядела чересчур уставшей для той, кто спит до обеда.

Поправляю пучок на затылке и платье, надеваю элегантные серьги и обручальное кольцо. Забавно, я думала, Сандро не станет его носить, но вот уже как три года он свое не снимает.

Порой я вообще не понимаю своего мужа.

Натянув черные туфли-лодочки, беру сумку и находу печатаю ответ Каре. Судя по всему, «Порок» попал на страницы одного крупного журнала. Пока читаю статью, спускаюсь вниз в столовую.

Прорыв года.

Лучшее шоу в городе.

Взгляд цепляется за отдельные слова, и в груди расцветает тепло. Этоя сделала. Я построила. Не как дочь Карлоса Эспасито и уж точно не как жена Сандро Ломбарди. Я сделала это как Елена.

На периферии замечаю движение и резко вскидываю голову.

– Твою мать. – выдыхаю,