завибрировал телефон. И кто такой умный додумался мне позвонить во внерабочее время?

Странно, незнакомый номер…

— Алло.

Некоторое время в трубке была тишина, и лишь затем я услышал до боли знакомый голос, который уже столько лет пытался забыть.

— Рустем.

По спине пробежали мурашки, сердце ушло в пятки.

— Маша?

Глава 18

Рустем

Воспоминания о моей первой настоящей любви накатили на меня и накрыли с головой. Только вот странное дело: я ждал, что мне будет больно, но я ничего не почувствовал. Только пустоту.

— Как ты? — спросила она.

— Нормально, — горько улыбаясь, ответил я, все-таки наливая в стакан вискарь. — А ты?

Я услышал какое-то шуршание, прежде чем она выдохнула. Мы оба прекрасно знали, что спрашивать бессмысленно.

— Все хорошо, Рус. Я наконец счастлива. Отучилась в педе. Работаю с детишками. Как и хотела тогда.

— Здорово.

Вновь повисло неловкое молчание.

— Ладно, Рус, ты, наверное, догадался, почему я звоню, — наконец сказала Маша. Было слышно, как дрожит ее голос, не только мне тяжело давался этот разговор. — Я видела статью…

— Маш, послушай…

— Нет, дай мне закончить, Русик, прошу тебя, — резко оборвала меня Машка и судорожно вздохнула. — Прошло уже столько лет, что я успокоилась и практически забыла обо всем, что произошло. Того же я желаю и тебе. Рус, послушай, я тебя не виню, что случилось, то то случилось. Прошлого не вернуть.

— К чему ты ведешь?

— Я хочу тебе помочь, — выпалила она. — Я знаю, что для тебя это важно. Поверь, я никому ничего не скажу, и наше прошлое останется только между нами.

— И что ты собираешься сделать?

— Я уже все придумала. Твоя задача отвлечь прессу, а остальное я сделаю сама. Ты же мне доверяешь?

Я молча уставился в стену. Похоронить прошлое — запачкать руки по самый локоть. Доверится Маше — попытка сохранить их в чистоте.

В конце концов я ничего не теряю. Лишь бы это соглашение не сыграло со мной в итоге злую шутку.

— Хорошо, Машка, — ответил я, переходя на шепот, будто бы боясь, что нас услышат.

— И, Рус, пожалуйста, знай, что ты заслуживаешь счастья, как никто другой. Не ставь на себе крест. Я тебя очень прошу.

Я ничего не ответил, а просто положил трубку. Наверное, стоило бы поблагодарить Машку за заботу, но в моменте я об этом не подумал.

Все, что мне нужно сделать, — переключить внимание прессы на Еникееву. Что ж, это я сделаю без особых проблем. Кстати, о ней…

Отставив полупустую бутылку в сторону, я открыл ноут и принялся искать тот документ, который она прислала мне сегодня утром.

Это были условия, по которым мы будем жить до подписания контракта с Широковым. Я прописал их, а Майя должна была утвердить или внести определенные правки. Что ж, посмотрим, чего хочет эта женщина от меня…

Мои глаза начали блуждать по документу. В очередной раз я убедился, что Майя не дурочка: она строго выдержала все пункты и соблюла структуру. Была бы моей ученицей, гордился бы, честное слово.

1. «Совместное проживание».

Обе стороны обязуются жить в квартире Щеголева Р.М., расположенной в жилом комплексе «Лазурные небеса». У каждой стороны будет собственная комната, вторгаться в которую без личного приглашения нельзя.

К счастью, Майя согласилась на это. Я уже отправил водителя помочь перевезти ее вещи. Они должны скоро вернуться.

2. «Профессиональное поведение».

Никаких физических прикосновений, если ситуация того не требует. На публике возможны объятия, поцелуи в щеку и держание за руки.

Я удивленно приподнял бровь и тихо хмыкнул. Что же, хотя бы на людях смогу греться в ее объятиях. И, если что, этот пункт — ее инициатива, так что будет, к чему апеллировать.

3. «Комендантский час».

Обеим сторонам запрещается шуметь после 19:00, т. к. это мешает отдыхать, как следствие, является вторжением в частную жизнь.

4. «Обязанности».

У обеих сторон отсутствуют определенные обязанности по дому, однако при желании их можно выполнять.

Хм, странно, но да ладно. Хочется ей убираться, пускай. Все равно я привык, что раз в сутки ко мне заходит помощница, которая наводит чистоту и готовит. Но, если честно, я буду не против, если Еникеева сделает мне завтрак или ужин.

Я продолжил бегло просматривать документ, одобряя те правки, которые внесла Майя. Наконец я остался доволен результатом. Единственное, дату оставил открытую: никто не знает, сколько старик еще проваляется на больничной койке!

До моих ушей донеслись шаги. Ага, кажется, водитель привез Майю ко мне на ПМЖ на неопределенный срок. Мы заранее договорились с Максимом, что он проведет небольшую экскурсию для Еникеевой по дому. А уже потом я выйду к ней поздороваться.

— Майя Владимировна, смотрите, — послышался голос Максима совсем недалеко от моего кабинета. — Это спальня Рустема Мурадовича, здесь находится его рабочая зона. Ваша спальня будет чуть дальше по коридору, пойдемте, я помогу расположиться.

— Спасибо, Максим.

— Кстати, не советую проходить мимо кабинета шефа, когда он работает, если не хотите люлей в панамку получить.

Вскоре они затихли. Собравшись с мыслями, я вновь сел за комп. Макс совершенно прав: нечего мне мешаться, когда я занят делами.

Время шло, буквы и цифры в бумагах становились все более мелкими и начали потихоньку расплываться. Я потер уставшие глаза. Так, где мои очки?

Только я вышел в коридор, как до моих ушей донесся приглушенный женский смех. По какому поводу веселье? Я смотрю кое-кто быстро освоился в чужом доме!

Сжав кулак, я тихонько постучал в дверь.

Ответа не последовало. Я попробовал еще раз. Никакой реакции. Ладно, хрен с тобой, золотая рыбка, мы пойдем другим путем. Плечом я надавил на дверь, и она с легким скрипом открылась.

Картина, открывшаяся моему взору, была… удивительной.

Моя помощница и по совместительству фиктивная невеста была замотана в большое махровое полотенце цвета барби и прыгала в таком виде на кровати, пытаясь достать с люстры предмет одежды. Интересно, как он там оказался?

Она знатно охренела, когда заметила, что я здесь. Спустя мгновение ее зеленые глазки стали еще шире, ведь мой взгляд был прикован к аккуратному телесному бюстгальтеру, призывно свисающему со светильника.

От осознания, что это предмет одежды на люстре, а у нее под полотенцем ничего нет, мой дружок почувствовал прилив сил и энергии.

— Ты что тут творишь?!

— А ты? Почему ты в моей комнате без разрешения?

— Да потому что я подумал, что тут кого-то убивают, — пробурчал я. — Так что один-один по нарушениям. Уже десять минут восьмого.

Майя ничего не сказала, лишь посмотрела на меня как на