— Октавия, — вздохнула Камилла и покачала головой, — так и знала, что ты о ней скажешь. Напомнить о списке ее проступков? Или сколько раз она пыталась тебя убить?

— Это не имеет значения, — пожал я плечами, — в итоге она сделала правильный выбор и пожертвовала одним источником ради второго.

— И как легко ей это далось? Сколькие, по-твоему, поступят также на ее месте? — сощурилась Камилла.

— Полагаю, таких будет не меньше, чем тех, кто выберет путь Януса, — развел я руками, — а может и больше. В любом случае, счет по прецедентам 1:1, но ты пытаешься меня убедить в обратном. И вот чего я не могу понять. Какая тебе от этого польза? Почему тебе так важно, чтобы я считал всех одаренных с двумя источниками злом?

— Это важно не мне, — отмахнулась рыжеволосая, — это важно человечеству. Клан Астрала уже совершил эту ошибку и поплатился. Ведь как ты мог заметить, оба одаренных с двумя источниками наполовину одаренные Астрала.

— То есть ты подтверждаешь, что вторым источником Януса был Астрал?

— Глупо это отрицать, — ответила рыжеволосая.

— И как же так вышло, что мужчина смог унаследовать вашу Стихию? — подался я чуть вперед от любопытства.

— Боюсь, я не могу ответить на этот вопрос, — подняла ручки Камилла.

— Ну конечно, — улыбнулся я.

— Честно, Маркус. Я правда не могу рассказать всего. Просто не могу. Даже если бы хотела.

— Но при этом хочешь, чтобы я поверил тебе на слово, — хмыкнул я.

— Я лишь хочу, чтобы другие Стихии не повторяли наши ошибки, — обреченно выдохнула Камилла, — ведь риск этих ошибок слишком велик. На одну Октавию, может прийтись десять Янусов.

— Наоборот это тоже работает, — напомнил я, — на одного Януса может прийтись десять Октавий, и будь так, мир бы сейчас имел полный состав боеспособных Паладинов.

— Ты правда веришь, что она согласится стать Паладином после всего? — удивилась рыжеволосая.

— Ты тоже в это веришь. Иначе не пришла бы сюда именно сегодня. И если ты не можешь назвать мне реальную причину, почему ты так настойчиво пытаешься меня убедить, нам не о чем больше говорить. Я опираюсь только на факты, и сейчас их недостаточно.

— Я тебя услышала, — разочарованно вздохнула Камилла и, отряхнув свое платье цвета солнца от хлебных крошек, поднялась на ноги и покосилась на спящую Викторию, — и что ты собираешься делать с ней? Ты ведь заметил, что она открыла два Пути и что именно ей помогло открыть второй?

— Заметил, — кивнул я.

— И что ты будешь делать с этой слабостью? — игриво наклонила голову рыжеволосая.

— Верить в других не всегда слабость, — не согласился я.

— Весь накопленный опыт Обители говорит об обратном, — с вздохом покачала головой Камилла, после чего вернула взгляд на меня и добавила, — но я искренне надеюсь, что ошибаюсь.

После чего помахала рукой и растворилась в пространстве так быстро, словно ее тут и вовсе не было.

Лишь витающий в воздухе слабый остаточный след доказывал, что Княгиня Астрала была здесь. Виктория не проснулась и за весь разговор даже не пошевелилась. Разбудить ее точно не выйдет, даже если очень захочется. Но и оставлять здесь нельзя.

Поэтому я взял девушку на руки и поудобнее уложил ее голову себе на плечо. После чего направился к выходу из вагона.

Снаружи стояла суета и толкучка. Эта крепость явно была не рассчитана на такое количество посетителей, и перрон сейчас едва справлялся с нагрузкой. Но хоть снаружи и была толпа, увидеть возвышающуюся над всеми хмурую морду было не сложно.

А поскольку я стоял прямо в проходе вагона, этой морде было не сложно увидеть меня, и уже через несколько секунд в метре передо мной стоял растолкавший всех на своем пути Хребет.

Его взгляд был одновременно злым, благодарным, обеспокоенным и растерянным. Я видел, как Хребет буквально мечется между желанием укрыть свою Княгиню от опасности, расспросить меня что случилось и втащить мне, чтобы отобрать девушку силой.

И судя по тому, как напряглись мышцы природника, и потекла энергия по каналам, выбрал он в итоге последнее.

— Спокойно, приятель, — максимально миролюбиво произнес я, — я и так собирался передать ее тебе.

— О, — чуть расслабился Хребет и виновато потупив взгляд, протянул руки и принял в них спящую Княгиню.

При этом в его глазах не было ни похоти, ни чего-либо подобного. Лишь искренняя забота. И судя по лицам других природников за его спиной, они разделяли это чувство.

Хорошее Вика себе подобрала окружение, молодец. А ведь наше знакомство с ней начиналось с того, что ее планировал убить собственный отец.

— Она в порядке? — осознав, что Виктория не просыпается, спросил Хребет.

— Да, ей нужен покой и сон. А еще восстановительные процедуры после пробуждения, — поразмыслив, добавил я, — рекомендации я скину.

— Хорошо, — облегченно выдохнул Хребет, — спасибо.

— Пожалуйста, — хлопнул я его по плечу, после чего он вместе с остальными природниками умчал в дальний конец перрона, где стоял подготовленный кортеж.

Не прошло и двух минут, как из крепости уехали все до единого природники. Не осталось никого. Кажется им на терки, награды за захват, и все остальное, о чем сейчас бурно спорили Диана и Лекса было совершенно плевать.

Природники находились здесь лишь с одной единственной целью, иметь повод встретить свою взбалмошно сбежавшую Княгиню как можно раньше и в безопасности доставить домой.

Приятно, когда о тебе так заботятся. Все-таки из Виктории выйдет отличная Княгиня. Хотя ее людей ждет знатный сюрприз, когда они узнают, что она теперь еще и Паладин. Хотел бы я посмотреть на их лица в этот момент.

Но, увы, у меня и без этого полно дел.

И первое из них прямо сейчас беззвучно левитировало с обратной стороны вагона, куда я, пользуясь суматохой и зашел, обогнув состав с задней стороны. Тут было темно. Скальные стены находились практически вплотную, а на первый взгляд тут не было ни души.

Но мы оба знали, что я находился тут не один.

Глава 8

— Сам выйдешь или тебе помочь? — произнес я в пустоту.

Пустота мне не ответила. Впрочем, это было ожидаемо.

— Нет,