Это был удар молнии, который пронзил меня с макушки до пяток, промчался лавой по венам и зажег огонь там, где я чувствовал мертвый камень. Сердце, ставшее чужим с того дня, как мне вырвали крылья, вдруг забилось. Дико, яростно.

Хлоя Бурджес – чужая невеста. Враг моего рода и ключ к свободе. Оказалась моей истинной парой. Единственной.

Я шел, держа ее на руках, и чувствовал, как дыхание обжигает шею. Внутри разгорался огонь. Мои глаза наверняка изменились.

Она увидит…

Проклятие!

Но я лишь крепче прижал ее к себе, чувствуя, как по рукам бегут мелкие молнии. Моя сила текла в нее, подпитывая и исцеляя. Потому что была создана лишь для нее.

И как мне теперь с этим жить?

Чуть не рассмеялся, но вовремя остановился. Пусть поспит. Пусть подольше не видит, что со мной стало…

Не сдержался, посмотрел на ее лицо, прижавшееся к моей груди. Прямо там, где бешено колотилось сердце.

Она такая бледная, почти прозрачная. С темными ресницами, отбрасывающими тени на щеки.

Мой ключ к свободе. Мое проклятие.

Моя.

Глава 9

Хлоя

Очнулась я от мерного покачивания. Оно было необычным, не как верхом или в повозке. Удивленная, открыла глаза и увидела впереди далёкие, яркие звёзды на чёрном небе.

– Дождь кончился, – подумала вслух и вздрогнула, когда ответ прозвучал прямо надо мной:

– Совсем недавно.

Я подняла голову.

Лицо Авенара оказалось очень близко. Всё ещё пребывая на грани между беспамятством и возвращением к яви, я не почувствовала испуга. Напротив, начала его пристально разглядывать.

Высокий лоб, прорезанный вертикальной морщиной. Прямой нос, выдающий благородное происхождение. Скулы, впалые щёки, твёрдая линия подбородка. Губы были плотно сжаты. А глаза на меня не смотрели, позволяя и дальше бесстыдно разглядывать их обладателя.

Глаза… Едва скользнув по ним взглядом, я уже переметнулась дальше, но нечто заставило вернуться. Нечто другое, изменившееся, неправильное.

Несколько минут я пыталась понять, что именно меня зацепило. А затем увидела. Они были алыми. В его глазах пылало живое пламя, зрачки из точек превратились в тонкие серпики. Словно кто-то зажег в нем огонь.

Воспоминания ко мне вернулись вспышкой. Измученная Ильза. Окровавленные ладони Авенара, накрывающие мои. Пульсация, сопровождающая передачу жизненной силы от дракона к умирающей роженице.

А я считала его бесчувственным сухарём.

От этой мысли мне стало стыдно.

Я смущенно опустила взгляд, наткнулась на грудь дракона и замерла в ужасе. Там, где наши тела соприкасались, сверкали маленькие алые молнии.

Он не просто нёс меня на руках по раскисшей тропинке, он ещё и делился со мной своей силой.

– Поставь меня на землю, – потребовала я.

Слова прозвучали хрипло, но чётко. Хотя обычно после целительства я была способна лишь на невнятное блеяние. К тому же сейчас я не чувствовала себя истощенной. Не считая пересохшего горла, со мной всё было в порядке.

Дракон подчинился.

На мгновение крепко стиснул меня в руках, прижимая к себе, и отпустил. Я застыла, покачиваясь на нетвердых ногах, а он сделал шаг назад, не сводя с меня странного взгляда.

Мне бы обрадоваться, ведь раб моего жениха беспрекословно исполнил мою волю. Однако я ощутила бескрайнее одиночество. Не дракона, своё. Без его рук мне стало холодно.

Пытаясь скрыть смятение, я резким движением закуталась в плащ, который так и не высох, и мысленно себя отругала.

Что за глупости лезут мне в голову? Авенар еле стоит на ногах от усталости, а я тут вздумала тосковать по его рукам!

И тут же ужас прошелся мурашками по позвоночнику.

Он же дракон. Враг людей! Я вообще не должна о нём думать!

Щёки опалил жар. Наверняка они стали красными, как глаза дракона, в которые я теперь боялась смотреть.

– Тебе не стоило нести меня и делиться жизненной силой, – проговорила в сторону, потому что так было проще.

Да, не стоило, но он это сделал, и мой долг – поблагодарить за помощь. Но язык отказывался произносить это вслух. Пришлось заставить себя. Сжать кулаки, вдавить ногти глубоко в кожу, чтобы взять под контроль рвущиеся наружу эмоции, и произнести ровным тоном:

– Однако я благодарна тебе за спасение Ильзы и её сына.

Авенар смотрел на меня. Его обжигающий взгляд я ощущала всем телом. Смотрел и молчал. Будто ждал, что я скажу еще что-то. Но я не хотела ничего говорить, наоборот, хотела как можно быстрее избавиться от его взгляда.

Не выдержав, повернулась к нему. Наши глаза встретились. В его – вспыхнуло жгучее зарево. Что он увидел в моих – не знаю. Однако губы дракона скривились в усмешке, а его лицо замкнулось, приняв нечитаемое выражение.

– Рабов не благодарят, госпожа. Это приказ господина – сохранить вашу жизнь и доставить в Минрах живой и здоровой.

Его голосом можно было заморозить дальнее озеро, в котором били горячие ключи и не позволяли поверхности даже в самые суровые зимы покрыться льдом.

Мои слова, похоже, его задели. Но что я сделала или сказала не так? Я не понимала.

Авенар, который в доме Гаспара раскрылся совсем с другой стороны и даже на миг показался мне живым человеком, опять превратился в бесчувственную статую. Он будто отгородился стеной – сколько ни прыгай, через верх не заглянешь, что там у него в душе творится. И есть ли вообще у драконов эта душа?

Я уже открыла рот, чтобы извиниться, но вдруг рассердилась.