свою «светлую» половину. А значит, не иронизировал, а говорил абсолютно серьезно.

   Подобный финал меня устраивал, поэтому я решила закончить спектакль. Тем более, на часах было уже без пятнадцати девять.

   - Бабушка,ты не будешь возражать, еcли я вас покину? - повернулась я к ней. – Воздух Воральберга способствует здоровому сну. Хочу лечь пораньше…

   - Наш замечательный воздух! – воздел палец доктор Карвер.

   - Конечно, Эвелинн,иди, – бабуля коснулась моей руки.

   - Я вас провожу, леди Эвелинн, – вдруг поднялся маркиз. – Ваша Светлость, вы позволите? Я скоро вернусь .

   - Идите, - несколько удивленно ответила бабушка.

   Уходя из гостиной под руку с маркизом, я ощущала плотоядный взгляд Шарлот, буквально поедающий наши с Кендриком спины. Мне, видимо, придется перестать заботиться о репутации с такими подругами, как у бабули. Как говорил мой частный преподаватель магии, профессор Сноворс : «Поздно наколдовывать дождь, если вы уже сгoрели».

   Мы вышли на улицу. Здесь меня должен был ждать Бреннон, поскольку я не собиралась встречаться с Рори наедине. Но секретаря не было.

   - Уделите мне пару минут, - сказал Кендрик, неумолимо уводя меня по дорожке в сад.

   - Коңечно, маркиз, – я делала вид, что любуюсь цветущими кустами роз, но на самом деле оглядывалась,ища глазами Расмуса. Где он? Он никогда не подводил меня!

   - Все эти разговоры об ужесточении законов насчет артефактов… - пробормотал Кендрик, ускоряя шаг. - Вы думаете,конфискация – реальность?

   Он уже почти тащил меня за собой. А я весьма некстати вспомнила подозрения на его счет и остановилась так резко, что едва не упала. Если бы не сильная рука маркиза, крепко ухватившая меня за плечо. Наверняка, останутся синяки…

   У пострадавших девушек тоже были синяки, ведь кто-то крепко держал их… за плечи!

   Замерев, как мышь перед змеей, я разглядывала Саймона Кендрика, который смотрел на меня с непонятным выражением лица.

   - Что с вами, маркиз? - спросила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул. - О чем вы хотели спросить?

   - Вы… знаете, что душа может оказаться в ловушке, Эвелинн? - хрипло произнес он. В его лице происходила какая-то борьба.

   - Я читала о «ловцах душ», но никогда не видела их, – ответила я, не совсем понимая, о чем именно oн говорит. - Или вы о чем-то другом?

   - Ловцы душ! – воскликнул он. - Я именно о них! Считаются ли они артефактами?

   - Ну конечно, - я постаралась разжать его пальцы и поняла, что он слишком силен. - Господи, маркиз, что происходит? Вы делаете мне больно!

   Несколько мгновений он смотрел на меня с выражением, которое заставило меня поверить,что он – тот самый маньяк-невидимка, укравший покой нашей провинции. Поскольку Бреннона не было, мне следовало думать о защите самостоятельно. Стараясь успокоить дыхание, я копила в руках ту небольшую часть маны, что была мне доступна. Ее хватит на заклинание типа «вспышки», чтобы ослепить маркиза на какое-то время и побежать к поместью, зовя на помощь.

    Кендрик вдруг резко отпустил меня, упал на колени и… заплакал.

   Если вы видели плачущего у ваших ног седеющего мужчину в самом расцвете лет, считайте, что вы видели все.

   Закрывая лицо сильными красивыми руками, он всхлипывал и раскачивался из стороны в сторону, как плакальщицы на пoхоронах.

   Я смотрела на него, остолбенев от изумления, как вдруг из кустов близь дорожки показалась прозрачная фигура в старинном платье и чепце.

   Подплыв к маркизу, она зависла рядом.

   - Он кается искренне, дорогая, - печально произнесла тетушка Агата, глядя на склоненную голову и трясущиеся плечи Кендрика. - Он кается в том, что сделал.

   - Но что он сделал? - воскликнула я.

   Маркиз поднял на меня красные глаза и переспросил:

   - Что я сделал? Я сотворил неслыханное! Я похитил душу своего брата, надеясь,что он не умрет!

   И он снова зарыдал.

   - Седрик тоже опечален, - вздохнула тетя, достала из призрачной сумочки призрачный платок и прижала к бельмам. - Он не винит брата в содеянном, но воспарить не может. Как и я!

   Издав очередной вопль, она исчезла, а маркиз перестал рыдать и вскочил, озираясь.

   Едва я отняла ладони от висков, пронзенных болью от крика тетушки, мое сознание удивительным образом прояснилось.

   - Я слышала, что ваш брат погиб, но не знаю, как это произошло, - мягко сказала я,коснувшись руки Саймона. - Расскажитė мне все.

   - Что… что это было? - тяжело дыша, выпалил он. - Я что-то слышал! Что-то ужасное!

   - Это ветер с Неверийского кряжа, - успокаивающе улыбнулаcь я. – Лето заканчивается, скоро наступит осень – пора ураганов.

   - Да… Вы правы, - маркиз отер мокрые щеки. – Ее Светлость, герцогиня, не скрывает ваши способности. Поэтому я решился, наконец, поговорить с вами. Несколько лет назад Седрик был тяжело ранен на охоте : вепрь вспорол ему живот. Брат умирал мучительно, но быстро. Так быстро, что целитель не успел до нас доехать. Я был с ним каждую из его последних минут, держал за руку. Он не хотел умирать. Он умолял меня придумать что-нибудь… Вы знаете, что у близнецов особенңо сильна родственная связь, леди Эвелинн?

   - Вы были близнецами? - изумилась я. – Простите, не знала.

   - Я родился на две минуты раньше него, поэтому всегда принимал решения за двоих, - тяжело вздоxнул он. - Мы жили душа в душу. Теряя его, я терял по кусочку своего сердца с каждым его вздохом. И тогда я вспомнил…

   - Про «ловца душ», который много лет хранился в вашей сокровищнице? - спросила я, уже зная ответ.

   - Именно, - простонал маркиз. – Я обещал брату, что он останется со мной,и не уйдет в смертную темноту. Я думал , если заключить душу в «ловца»,тело останется жить. И я придумаю что-нибудь, заплачу любые деньги, найду лучшего целителя… Но…

   Саймон потерянно покачал головой.

   - Но брат умер. Его бездыханное тело лежало передо мной, а я держал в руках артефакт, в ловушку которого попала его душа.

   - Артефакт все ещё у вас? – взволнованно спросила я.

   - Да. И я не знаю, что мне с ним делать!

   Я