может не состояться, хотя вычислительные мощности все равно будут потрачены на расчеты. Я спрашивала экспертов — считается, что, если гиперпрыжок в прошлое может нарушить что-то важное, то он не состоится. Но кто или что определяет это важное, непонятно.

— Может, сама вселенная включает предохранители, и это просто физические законы? Вроде как гравитация не дает нам сорваться в космос, несмотря на вращение планеты, или магнитное поле Земли, отклоняющее солнечные ветра…

Я поиграл желваками, раздумывая, что же делать. Если прыгнуть вслед за тем шаттлом в то же время не получится, это все меняет. Вполне возможно, его уже и след простыл. Но это только с одной стороны. С другой — во-первых, да’ари рассказывал, что после похищения они вместе со своими юяй тупо валялись в шаттле, так что вполне возможно, и те юяй, если они другие, что похитили Ирвина, Юто, Шака и Хоуп, тоже сейчас в отключке. Во-вторых, какой смысл совершать серию прыжков, если можно сразу прыгнуть в нужную точку? Сколько бы времени ни прошло, друзья могли все еще быть по тем же координатам — возможно, где-то в родной системе юяй.

— Картер? — напомнила о себе Лекса.

— Извини, задумался. Короче, ничего не меняется. В любом случае, первым делом — за друзьями. Ты их не знаешь, но они… как бы тебе объяснить… Они по-настоящему хорошие люди, которые не побоялись встать со мной плечом к плечу в столкновении с вооруженными бандитами. Могли остаться в стороне, переждать, но не стали этого делать. И, как лидер боевой группы «Тигры», предупреждаю, что обсуждению это не подлежит. Особенно теперь, когда я знаю, что они могут уцелеть. Да’ари с кур’лыком похитили раньше, но оба уцелели.

— Хорошо, — сказала Лекса и провела рукой по моему лицу. — Ты хороший, ты знаешь?

Поморщившись, потому что расценил ее слова и жест как попытку манипуляции, я потребовал:

— А теперь расскажи, что тебе известно о фрегате.

Лекса закусила губу, тяжело вздохнула.

— Слушай, Картер, я тебе за все благодарна, но это долгая и личная история. Фрегат, который в то время считался космической яхтой, принадлежал одному близкому мне человеку…

— От которого ты сбежала на Сидус?

Не ответив, она продолжила:

— …и он подарил его своему другу — Хангу, с которым, как я понимаю, ты знаком.

— Воин Ханг Ли? — изумился я. — Он владелец фрегата, не юяй?

— Он. Да’ари Ри’кор и рапторианец Хва Лангва были пилотами «Слейпнира». Вместе с Хангом они избороздили с два десятка систем в ясном пространстве галактики, пока Хва Лангва вместе со своим другом, рапторианцем Рангитом Мерангом, не угнал фрегат. То есть, так считалось, что угнал. Никто тогда не подумал на юяй, потому что никто о них и не слышал. Ханг и Ри’кор набрали команду и устремились в погоню на зафрахтованном военном судне, но никого не нашли и вернулись восвояси. А потом, когда пропал и да’ари Ри’кор, Ханг решил, что оба его пилота изначально были в сговоре и обратился ко мне. Он знал, что я провожу много времени в… э… злачных местах Нидума, а потому попросил выяснить хоть что-либо.

— Почему он решил, что его пилоты в сговоре?

— Видишь ли, несмотря на земное происхождение фрегата, технически он в чем-то даже превосходит стандартные корабли, производимые на Сидусе. — Он вгляделась в мое лицо, развела руками. — Вижу недоверие, но извини, доказать или объяснить это не могу.

— Ну ладно. Ханг обратился к тебе и…

— Тогда-то я и раскопала, что на Сидусе появилась новая раса, которая, по слухам, владеет ментальным контролем, причем может брать под контроль только тех, у кого низкий показатель «Разума»… — она запнулась, а я улыбнулся:

— Похоже, юяй плевать на показатель «Разума». Или мы с тобой тупее, чем себе льстим.

— Ни Ри’кор, ни Хва Лангва не относились к категории глупых, — согласилась Лекса. — Просто до сегодняшнего дня я не думала, что похитили обоих пилотов «Слейпнира»… Короче говоря, вот и вся история.

На мой взгляд, в этой истории было еще полно белых пятен, вроде загадочной личности бывшего владельца фрегата и культа пробужденных, но лезть в душу Лексы я не собирался. Захочет — сама расскажет. А сейчас нужно приниматься за дело.

Но сразу приступить к поискам друзей не удалось — у Лексы тоже был вопрос:

— Ты «Вида своего первый», да? То есть, это ты активировал артефакт Предтеч на Марсе, верно?

Увиливать и уклоняться от ответа не хотелось, потому что Убама уже раскрыл меня при ней, да и доверие девушки терять не хотелось.

— Да. Мы охраняли ученых, которые его исследовали, когда нас атаковали внепространственные паразиты. Погибли все. Я бы тоже погиб, но моя кровь попала на артефакт, и он проснулся и уничтожил всех паразитов.

— Так вот что на самом деле там случилось! — воскликнула Лекса. — Я знала! Первая Марсианская все засекретила, даже для своих… — запнувшись, она сменила тему. — Твой статус как-то помог тебе договориться с паразитами на Агони?

— Помогло, — кивнул я.

— Сейчас… — Она растерянно покрутила головой, тряхнула конским хвостом и спросила: — Сейчас они здесь?

— Нет, остались на Агони, — ответил я, почти не соврав. — Первая Марсианская не только закрыла доступ к тому, что произошло в той пещере с артефактом Предтеч, но и убила моих друзей. Ты можешь помочь найти тех, кто был ответственен за это?

Лекса отвела взгляд. Не глядя на меня, ответила:

— Не знаю. Ты просишь многого. Мне придется… В общем, к чему ворошить прошлое, Картер? Давай договоримся так: если мы благополучно вернемся на Сидус и закроем контракт с Тукангом Джуаланом, я сделаю все, чтобы тебе помочь. Договорились?

— Договорились, — кивнул я. — Тогда довольно вопросов. Идем, пока те двое без нас не улетели.

Шутка вышла так себе, но Лекса улыбнулась.

Как только мы покинули ангар, голос да’ари внезапно заполнил пространство:

— Направляйтесь к мостику, хомо. Включаю корабельного гида, следуйте маршрутом, отмеченным на полу, затем зайдите в переместитель.

Под нашими ногами зажглась синяя линия, уводящая нас вглубь коридора. Она приглашающе пульсировала, и когда мы пошли по ней, она гасла позади нас.

Все больше деталей подсказывали мне о происхождении корабля — настоящая деревянная кадка с лимонным деревом, указатели и надписи на стенах, даже гравитация была земная.

Когда мы дошли до поворота, синяя линия завела нас прямо к стене, в которой открылся проход в небольшую кабину — просторную и высокую, обшитую деревом. Управляющей панели не было видно, но она не понадобилась.

— Переместитель, — опознала Лекса и приказала: — Капитанский мостик.

Кабина, постоянно меняя направление и заставляя