Я отрицательно качнул головой. Шарин сдернула с головы шляпу, освободив свою великолепную косу. Ей явно не нравилось, что её теория пока что не принесла никаких результатов.

— Ага! — донеслось до нас из дальнего конца зала. Подпрыгнув на скамейке, Шарин неприязненно покосилась на чудаковатого сеньора с моноклем. Как раз в этот момент, он, не отрываясь от чтения, энергично ковырял в ухе гусиным пером.

— Давайте пересядем. — Предложила принцесса, вновь складывая книги и выбирая место дислокации в противоположном конце библиотеки. Подальше от чудаковатого сеньора.

— Ну вот. — Облегченно выдохнула она, присаживаясь и расправляя ладонями юбку.

— Попробуем теперь обратиться к природной магии, — в её руках мелькнул очередной пухлый том. — Согласно энциклопедии, как и все эльфы, от рождения вы обладаете как минимум тремя видами чародейства: бытовой («Лайтелин»), боевой («Файтелин») и лечебной («Хейтелин»). Поскольку вы владеете грамотой, нельзя исключить вашу принадлежность к высшей крови эльфийских арханди. — Шарин прочистила горло. — То есть теоретически вы могли бы владеть каким-нибудь другим видом магии. Например, стихийным («Эльмаин») или даже ментально-астральной («Майделин»). Хотя последняя встречается редко даже среди арханди.

Подстёгиваемая азартом, Шарин подняла на меня лихорадочно горящие глаза.

— Осталось выяснить, что доступно вам, сеньор эльф. Сейчас найдем методику проверки способностей... — Принцесса с энтузиазмом уткнулась в книги.

Однако вскоре стало ясно, что энциклопедия ничего полезного не подсказала. Шарин встала и отправилась к соседнему стеллажу за новыми книгами, внимательно их проштудировала, недовольно поджала губы и сходила за дополнительной партией литературы. Наблюдая за её активными перемещениями, я почувствовал, что глаза начинают слипаться. Время неумолимо приближалось к рассвету.

Отчаянно зевая и пытаясь не заснуть, я начал заигрывать с кончиком косы Шарин. Если опустить скучнейшую обстановку городской библиотеки и яростное желание немедленно заснуть, то мне, пожалуй, даже нравилось смотреть как она увлечённо работает. Как хмурятся её тонкие брови, когда она слегка морщит лоб, бормоча себе под нос и водя кукольным пальчиком по строчкам. Я отметил, что на шее у нее тоже обитали те самые забавные пружинки волос. Только в этом месте они лежали воздушными облачками, а не торчали озорными рожками, как надолбом.

— Не мешайте, пожалуйста, — внезапно строго потребовала она, отбирая у меня шёлковую метелочку из волос.

Не знаю сколько ещё прошло времени, когда Шарин неожиданно с громким хлопком ударила по столу ладонью под очередное звонкое «так, так, так!», в идеальной тишине прекрасно доносившееся даже из другого конца библиотечной залы.

— Ну совершенно невозможно сосредоточиться! — она кинула испепеляющий взгляд в сторону источника звука, затем прижала пальцы к вискам и помассировала. — Ох уж этот мне сеньор! — она не глядя махнула рукой в указующем жесте и осеклась, почувствовав, что во избежание столкновения с моим носом, я небрежно поймал её ледяную ладошку в свою.

— Так может прихватим книги и просто сбежим отсюда? — предложил я заговорщическим тоном, склонившись к её лицу. — Найдём более уютное место для будущей тренировки.

Шарин моргнула, глядя мне прямо в глаза — это ваша магия, да? — Обиженно спросила она, осторожно освобождая свою лапку и отодвигаясь от меня ещё на несколько сантиметров. — Давайте без ваших эльфийских штучек. Тренироваться мы будем исключительно в лабораторных условиях, во дворце. — С расстановкой выговорила она.

— Шарин, но я ведь ничего не делал, — поспешил объяснить я, старательно задавив поднимавшийся в груди смех. — Всего лишь предложил вам отправиться...

— Куда? — равнодушно промычала она, не отрываясь от чтения очередной страницы.

— Да куда угодно! Хоть на полуостров, хоть в далёкий Нолгор! — я широко развёл руки, демонстрируя масштабы возможных путешествий. — Весь мир к нашим услугам!

Обдав нас запахом чернил и бумажной пыли, мимо проплыла эфемерная девушка с перьевой метелкой в руках. Ей она периодически обмахивала книжные корешки и полки.

— Кстати, на нолгорца вы совсем не похожи, — пропела Шарин, не обращая на моё представление совершенно никакого внимания. — Они все черноволосые и бледные, как поганки.

И это говорила девушка с кожей цвета свежего молока. Я ухмыльнулся. — Как-то мало о них написано в этих энциклопедиях.

— Их родина расположена высоко в горах, живут обособленными кланами. Ваши земляки называют их дикими варварами, что-то вроде наших степняков. — Тут же завела лекцию Шарин.

— А как люди называют тех, кто проживает на Иллу-Валионе? — Весело спросил я.

Вздохнув, Шарин добавила: — Не знаю. Лично я видела только высокомерных, самолюбивых особ, каждый из которых принадлежит какому-нибудь известному дому и требует, чтобы все вокруг трепетно целовали его аристократические пятки по этому славному поводу.

— Кстати, о великих домах полуострова, пресекая мои дальнейшие попытки продолжить шутливый разговор, Шарин назидательно подняла палец к потолку и плюхнула, между нами, справочник о знатных эльфийских родах. Застонав, я бессильно повалился на стол, подперев чугунную голову ладонью.

— Итак, я взяла издание за последние пять столетий, посмотрите, может узнаете кого-то. — Чинно объявила Шарин и вдруг принялась испуганно меня разглядывать. — Ой, я не ошиблась? Вам же в ряд ли меньше трёхсот? — Осторожно спросила она, заглядывая мне в лицо.

Признаться, меня и самого интересовала сия сакраментальная информация.

Я смерил её многозначительным взглядом и придвинул к себе фолиант, раскрытый на портрете сурового эльфа в мехах. — Глава дома «Трескучего Мороза» — Торжественно гласила подпись. Далее следовали герб и год основания.

На соседнем листе развернулось описание достижений и подвигов славного дома и лишь внизу мелким шрифтом змеились имена других, не столь выдающихся членов рода. Я перелистнул страницу. — Глава дома «Ветряных колокольчиков.» — утонченный эльф держал перед собой два раскрытых веера. Его чёрные волосы и правда были украшены россыпью крошечных бубенчиков разной формы и размеров. Я хмыкнул, представив какой шум вокруг себя создаёт этот славный муж, когда двигается. А когда ворочается во сне?

— Кого-то узнали? — заинтересованно спросила Шарин, видя, что я уже несколько минут разглядываю портрет брюнета.

Кажется, она тоже успела задремать над очередным фолиантом.

— У этого Аэрдила вся прическа — сплошные колокольчики, — рассмеялся я. — Представляю, какая какофония стоит вокруг, когда он ходит или спит. И как он сам не устаёт. Я бы через день подстригся, честное слово.

Шарин тяжело вздохнула:

— Отто, сосредоточьтесь. Иначе нам придется торчать здесь до завтрашнего вечера.

— Да-да! — протяжно согласился из дальнего конца зала господин с моноклем.

Я вновь вперился в лежащую передо мной книгу. На очередном развороте находился статный медноволосый эльф с зелёными глазами. — Глава дома «Златозвонных осин». Жеманного типа я тут же пролистнул. Методично, лист за листом, просматривать пухлый том было откровенно скучно. Наугад открыл книгу в центре. Там, занимая собой сразу два листа,