ласково гладит по спине. — Ты права, Лиса, ты как всегда права.

Быстро чмокаю сестру в макушку и выхожу в коридор. Здесь разобрались, теперь другая страдалица — Лит.

Захожу в комнату к Литере.

Волчица сидит на кровати, словно каменное изваяние. Заплаканная, растрепанная, неживая.

— Лит, — зову осторожно.

Литера отрывает взгляд от стенки и смотрит на меня. Взгляд осмысленный, отчаянный, живой. Взгляд существа, которое загнанно в смертельную ловушку.

— Я все понимаю, Лиса, — глухо произносит сестра.

— Ты ни черта не понимаешь! — фыркаю раздражённо.

— Лис, поговори со мной. Хоть ты поговори, — просит волчица жалобно. — На меня ведь никто из наших даже не посмотрит. А ты моя семья, пожалуйста, не бросай меня!

Сажусь на кровать и обнимаю Литеру за плечи. Прижимаю к себе. Никогда между нами таких нежностей не водилось, а вот сейчас что-то нашло.

— Прости, — шепчу сестре на ухо. — Прости, я правда пыталась повлиять на бабулю.

— Зачем? — Лит удивляется. — Ты же меня ненавидишь.

— Это ты меня ненавидишь, — смеюсь. — А я отношусь к тебе как и ко всем. Бесишь ужасно, но всё-таки своя, родная.

— Я завидую тебе, Лиса, — признается Литера внезапно. — У тебя есть все! Ты сразу стала любимицей вожачки, тебе все разрешали! А я… Мое дело слушать старших. Все. Думаешь приятно жить, зная, что твоя судьба в чужих руках. Любящих, но чужих! Вот я и решила взять ее в свои. Да, вот так, по-дурацки! Но я хотела быть как ты! Ты всегда берешь и делаешь! Идёшь и забираешь то, что тебе нужно.

— Лит, я делаю это не наобум, я делаю это с умом, — грустно вздыхаю. — А ты в свои восемнадцать так этому и не научилась!

— А когда бы я научилась с мозгами? — Литера пожимает плечами. Убийственно спокойная, смирившаяся, почти сломленная уже. — Я ведь волчица, Лис. Самая обычная волчица! Не распутная девка, которой вы меня выставили!

Я семью хочу, мужа любимого, волчат! Я же не хожу, не соблазняю всех подряд! Мне только Михруш мой нужен! Родной, любимый, желанный!

Я когда его увидела, я пропала! Он брат моей подруги. Приехал за ней на учебу, мы познакомились. Потом стал приезжать каждый день. Мы начали общаться.

Я так хотела быть с ним, Лиса! Поэтому стала наряжаться, на учебе, в туалете переодевалась. Потому что красивых девушек много. А я хотела, чтобы он смотрел на меня одну!

— Дуреха! — глажу Литеру по голове. — Ну почему ты раньше не пришла ко мне? Я бы выцарапала тебе этот брак! Богиней Всевоплотящей клянусь, выцарапала!

— Лис, я не хотела через тебя, — вздыхает сестрёнка. — Я хотела быть как ты. Сильной, смелой, умной. Я же ничем не хуже тебя!

А теперь… Я сижу запертая в комнате, семья больше никогда в мою сторону не посмотрит, я не знаю, что будет дальше… И я даже закурить от отчаяния не могу!

— Курить хочешь? — спрашиваю удивлённо.

Литера кивает.

— Михруш курит. У него в машине всегда пахнет табаком.

Вскакиваю с кровати и бегу к себе в комнату. Достаю запечатанную пачку сигарет из сумки, шоколадку из ящика стола и возвращаюсь к Лит.

— Держи, — кидаю шоколад сестре. Распаковываю сигареты, достаю из пачки одну, сую Лит в рот. — Втягивай в себя, только осторожно, — отдаю приказ и подпаливаю сигарету на затяжке.

Лит кривится, но осторожно делает пару вдохов.

— Лис, в доме же курить нельзя, — смотрит на меня удивлённо.

— Тебе в этой комнате все можно, — пожимаю плечами.

— Как живому трупу, — глухо смеётся Литера.

— Как живому трупу, — соглашаюсь.

Падаю на кровать рядом с сестрой, тоже закуриваю. Смотрю в стену, стараюсь ни о чем не думать. Просто побуду сейчас рядом с Литерой. Хоть немного. Потому что не могу сейчас оставить ее одну.

— Лис, а если у Эрхана получится отменить мой брак? — с надеждой смотрит на меня сестрёнка.

— Я в это не особо верю, — признаюсь честно. — Но даже если выйдет, надо смотреть по обстоятельствам. Ты разозлила бабулю. Она так просто тебя не отдаст. Тут много нюансов Лит, но я обещаю, если будет шанс тебе помочь, я им воспользуюсь.

— Спасибо, — Лит утыкается мне в плечо. — И прости меня за все.

— И ты меня прости, — бормочу сквозь подступающие слезы.

Идиллию прерывает звонок магофона.

— Эрх? — подпрыгивает Литера.

— Не Эрх, — беру трубку. — Да…

На другом конце наш партнёр, кентавр Ратим.

— Лиса, ты где? Нам срочно надо на место преступления. Мы нашли гоблинов, которые залезли в дом к фее. Но они мёртвые.

Обожаю мертвых гоблинов!!!

— Я дома, заедешь? — подпрыгиваю радостно.

— Да, — коротко отвечает Ратим и отключается.

— Лит, прости, — виновато смотрю на Литеру.

— Все хорошо, — Литера улыбается сквозь подступающие слезы. — Только что мне сейчас делать?

Действительно, что?

— Молись богине Всевоплотящей, — отвечаю самое разумное, что приходит в голову. — Без ее помощи не вырулить!

Обнимаю Литеру и прижимаю к себе крепко-крепко, как прижимаю обычно Рей. Только Рей я могу сказать самое главное — что все будет хорошо. А вот Лит сейчас не могу.

Выбегаю из комнаты и во весь опор мчусь на улицу. Подальше от всего. От этого сумасшедшего дома, от дурацких волчьих обычаев, от своей совести!

Глава 6 (Эрхан)

— Я тюфяк и тряпка! — заявляю парням, как только мы отъезжаем от дома медведей.

Идея помочь Литере с ее медведем уже не кажется мне такой привлекательной. Вот что мы сейчас будем делать? Как убеждать старого волка в том, что молоденькая жена ему ни к чему?

И ведь ни слова лишнего нельзя сказать! Поймет мужик к чему клоним — скажет, что клан Зоркоглазых от своих слов отказывается. Сначала пообещали невесту, теперь отдавать не хотят. Ещё пойдет слушок про Лискин клан — Мелисса меня не простит!

— Чушь несёшь, — замечает Рамшах, лениво развалившись на пассажирском сидении. — Я тебя, дурака молодого, чему учил? Что врагов надо бить до конца, а слабых защищать. И плевать на все ваши традиции. Мужик должен быть мужиком. Увидел, что кому-то нужна помощь, приди и помоги.

Слова друга успокаивают. Рамшах стал для меня самым настоящим наставником на войне. Я тогда, совсем молодой волк, попал в крупную передрягу, а Шах вытащил. Так и получилось, что я ехал воевать за бедуинов, которых наш континент поддерживает, а попал в армию к песчаным духам. И воевал в ней верой и правдой одиннадцать лет.

Вместе со мной там ещё были леший Дубовик и кентавр Ратим. Они отбились от отряда, бродили по пустыне. Мы с Шахом на них наткнулись и