Расплетателей Душ – ухитрился соорудить из своей души нечто несусветное: сверху сплел ложную душу светлого бога, внутри поместил истинную суть монстра, которая чернее Тьмы Межуровнья. Он сбежал в другую инкарнацию, прицепив цепочку перерождений к нити судьбы своего ученика – паренька, более всего жаждавшего быть простым кузнецом, а ставшего воином и телохранителем своего мучителя. Как думаешь, Элия, кто это был?

– Нрэн?

– Он самый. Неизвестно, когда именно Алый планировал сбросить с себя личину «белокрылого ангела», наверное, об истинной сути ему должен был напомнить ученик-жертва. А только что-то пошло не так. Тиран не вспомнил себя ни в следующей жизни, ни в последовавшей за ней, ни в остальных. Начался странный процесс. За истекшее время белая оболочка ложной души успела набрать силу, а черная тень, таящаяся в глубине, частично утратила свой первозданный мрак, заразившись от светлой маски. Четкие границы между страшной правдой и ласковой ложью стерлись. И только когда переплет истинных и поддельных нитей души стал поистине близок к соприкосновению, проклятье настигло Алого Бога, – Связист помолчал немного и закончил: – Произошло что-то, запустившее процесс проявления сути, погребенной под ложью о свете. Вот почему я и говорю, того Лейма, которого вы знаете, бога романтики и техники, не существует, он маска для того, перед кем ваш Энтиор – не более чем заигравшийся с солдатиками мальчишка. И мне страшно!

– Вы уверены в том, что считали истинную информацию, а не фальшивку, прикрывающую ячейку охранным щитом? – переспросил Эйран.

– Уверен, – обронил Связист, буквально прибитый добытой информацией, и закончил: – Дар Творца – Чувство Истины – у нас работает безотказно, к сожалению.

Силы питали самую искреннюю симпатию ко всем без исключения членам королевской семьи, даже к Энтиору, который не так давно подряжался их убить. Обрушившаяся на лоулендцев беда глубоко расстроила Связиста, он даже оставил свой неизменно бравурный пошловатый тон.

– И почему именно сейчас у парня крыша поехала… – пробормотали про себя Силы.

«Причина? – подумала Элия. – Возможно, я знаю ответ. Виной всему стала карта Ферзя Координатора из Колоды Либастьяна, найденная Леймом в музее урбанизированного мира. Не в этом ли портрете, как в зеркале, кузен увидел скрытую часть темной сути, таившейся за ширмой тысячелетий? Но если таков Промысел Творца, значит, мой брат не обречен. Он идет правильным путем…»

Склонившаяся голова принцессы вновь поднялась. Элия приободрилась, жалея лишь о том, что не может поддержать встревоженных родичей и Силы, дав им основанную на логике надежду. Но информация о Колоде не предназначалась для свободного оглашения вне надежно защищенных магией Межуровнья стен гостиной.

– Ты хочешь сказать, Сила-Посланник, что моему сыну уготован горький путь: он вспомнит о своей сути черного бога, отбросит наскучившую личину светлого романтика и тем самым обречет меня на исполнение приговора во имя Равновесия? – глухо спросил Моувэлль, лицо его было воплощенным бесстрастием, но в голосе слышалась неподдельная мука.

Тяжелый вздох Связиста и его многозначительное молчание стало красноречивым ответом. Источник ограничился лишь молчанием, стараясь не привлекать к своей персоне лишнего внимания, тем более внимания «слегка» расстроенного Жнеца.

– Надо что-то делать! Не будем же мы сидеть и ждать такого конца! – горячо воскликнул Элегор, встряхиваясь, точно волк после купания. Пока бог не имел готового плана действий, да что греха таить, у него не было даже никаких предположений касательного этого самого плана, зато мужчина знал наверняка: действовать надо обязательно!

– Вы прочли в ИК то, что должно было произойти по расчетам Алого Бога, – промолвил Эйран, кривя рот. – Но что произойдет на самом деле? Отслоится с черной души в назначенный час светлая часть божественной сути нашего родича, бога романтики, как скорлупа с разбитого ореха, и исчезнет без следа или есть шанс на другой исход?

– Мы не знаем, – уныло резюмировал Связист, имея в виду себя и Источник. – Души столь тонкие структуры… Единых Законов Преобразования так мало, а случай Лейма выходит за все рамки. Не просчитаешь, не угадаешь.

– О каком исходе ты говоришь? – живо поинтересовался Элегор, развернувшись к приятелю всем телом.

– Возможно, искусственно сформированный светлый божественный дар за долгие тысячелетия своего существования развился настолько, чтобы стать истинным, и теперь он не отторгнется темной душой Лейма, а смешается с ней? – предположил маг, задумчиво потирая подбородок. Пусть он мало знал о путях душ, но зато обладал изрядным багажом знаний о божественных дарованиях, их развитии и взаимодействии.

Никто из Сил и живых, несмотря на глубину неприятия души древнего монстра, которая должна была заместить душу дорогого им знакомого бога, не смел и помыслить о том, чтобы вернуть Лейма к прежнему существованию светлого романтика, ничего не подозревающего о своих темных корнях. Ведь черную часть души принца нельзя было отсечь одним махом, словно чересчур длинный ноготь, или уничтожить с помощью подвластных Повелителю Межуровнья темных демонов-расплетателей. Равновесие, право души быть такой, какой суждено, даже если это чревато наказанием Сил, право на собственное развитие – этот закон являлся незыблемым и существовал вне зависимости от желания и нежелания богов. И они принимали его. Принц Лоуленда подошел к черте, за которой открывалась страшная неизвестность. Его друзьям оставалось только одно – помочь Лейму сделать правильный шаг к собственной сути и не погубить себя.

– Но если это произойдет, не поглотит ли темная сторона души свою белую оболочку без следа? – сделал очередное мрачное предположение Моувэлль, боясь поверить в лучшее и испытать горечь разочарования.

– Может, поглотит, а может, и нет, – пожала плечами принцесса, покрутив в воздухе рукой. – Полагаю, все зависит от условий, которые мы создадим для процесса сего исторического синтеза! Мероприятие, бесспорно, опасное, но с другой стороны, когда это мы затевали что-то невинное, как букет ромашек?

– Никогда, – с искренним сожалением поддакнул осмелевший Источник, имевший богатый опыт созерцания невозможных проделок богов.

– Что надо делать? – с надеждой на то, что раз у него плана нет, то он непременно имеется у хитрой леди Ведьмы, спросил Элегор.

– Да, сестра, какие у тебя соображения по проведению интеграции души кузена? – деловито поддержал любопытство друга Эйран, готовясь к плодотворной дискуссии.

– Пока никаких, – огорошила всех Элия, пожав плечами.

– Тогда что ты предлагаешь? – подскочив к богине, возмутился обманутый герцог. Он испытывал страстное желание немедленно придушить вредину, но кое-как сдерживал праведный гнев в вербальных рамках.

– Вызвать смену или даже оставить на хозяйстве Связиста на пару с Источником и отправиться спать, а уж они, если что, тревогу подымут, – демонстративно зевнула женщина и, пресекая очередной возмущенный вопль приятеля о постигшей его на почве переживаний бессоннице, до отвращения разумно продолжила: – Нам нужно отдохнуть, дать сознанию и интуиции шанс проанализировать