являла собой полную противоположность Светки. Ее русые волосы, в отличии от всклокоченной львиной гривы на голове подруги, были заплетены в косы и тщательно уложены в замысловатую прическу. На строгом, неулыбчивом лице присутствие косметики было сведено к минимуму. Одежда ее в тон лицу, была строгая, но элегантная. Длинное светло-коричневое пальто, коричневые брюки и такого же цвета изящные полусапожки на невысоком каблуке.

— Ленчик, привет, — кивнула подружке Таня.

— Привет, — откликнулась Лена.

— Не, ну ты глянь, как Алябина за ночь расцвела, — не унималась Светка, стягивая куртку и вешая ее поверх лениного плаща. Под курткой у нее оказалась желтая рубашка с кружевным полупрозрачным воротом, через который открывался роскошный вид на шикарную грудь четвертого размера. — Просто умереть не встать! Ну-ка колись, подруга, чем это ты себя так преобразила?

— Ну чего ты так раскричалась, в самом деле, садись давай, — попыталась урезонить шумную Рогову Лена.

Света наконец шумно плюхнулась на соседнее с Леной место и, усаживаясь поудобнее, нечаянно пихнула локтем проходящую к вешалке Таню.

— Эй, аккуратней! Наела, блин, телеса, — пихнула коленом стул ушибленная подруга и, пройдя к стойке, скинула пальто и повесила на свободный крючок вешалки. Под пальто у нее оказался тонкий свитерок, такой же светло-коричневый, как и пальто, два жалких бугорка под которым, на фоне выдающихся прелестей подруг, казались смехотворно маленькими.

— Лен, ты видела, как эта селедка меня толкнула? — возмутилась неугомонная Светка и, развернувшись обратно к Тане, добавила: — Да я девушка видная, и мужики мне в след оборачиваются, понятно! А если у тебя с этим проблемы, нечего на других озабоченность свою срывать.

— Девочки, не ссорьтесь, — поспешила вмешаться в назревающий скандал Лена. — Тань, не слушай ты ее, это ж Светка, ты ж ее знаешь — у нее не язык, а помело. У тебя симпатичная спортивная фигурка. Садись.

— Тоже мне симпатичная — кожа, да кости, — фыркнула Светка. — И одежда вся на ней, как на швабре, болтается.

— Слышь, Рогова, ты прежде, чем чушь всякую молоть, головой хоть думай иногда! — возмутилась Лена.

— Оставь, Лен, чем ей думать-то, все мозги давно уже жиром заплыли, — наконец нанесла ответный удал Таня, усаживаясь по левую руку от Лены. — Чья бы корова мычала. Прежде чем других оскорблять, ты, Светик, сперва к себе повнимательней приглядись. Вон, жопа жирная какая — на стуле не помещается. И подбородков у тебя гораздо больше, чем у нормальных людей.

— Получи, скелетина! — цапнув из стоящей на столе вазочки пару треугольных салфеток, и кое-как скомкав их в кулаке, Света швырнула получившийся легкий снаряд в лицо Татьяне.

— Ах ты!.. — взбеленилась тихоня и в свою очередь потянулась за салфетками.

Проворная Лена успела выхватить вазочку с ними прямо из-под ее руки.

Но Таню это не остановило, вместо недоступных салфеток, для мести она использовала оставшуюся на столе соль. Она пихнула солонку в светкину сторону и большая часть ее содержимого, в итоге, оказалось на юбке не успевшей увернуться подруги.

— Зотова, ты вообще нормальная? Чего творишь⁈ Я же в тебя только салфеткой, — рассерженной кошкой зашипела Светлана, возвращая на стол полупустую солонку и отряхивая юбку. — Молись, чтобы пятен не осталось.

— Ой, как страшно. Прям вся дрожу, — фыркнула в ответ Таня. — Подумаешь, соль на юбку просыпалась. Да, на ней от твоего пота, небось, такие соляные разводы остаются, что каждый вечер застирывать приходится.

— Зато мне сиськи силиконовые под лифак подкладывать не надо, — парировала Света.

— Девчонки, ну чего вы в самом деле, как с цепи сорвались, — взмолилась Лена, возвращая вазочку с салфетками обратно на стол.

— Заткнись! — рявкнули на миротворицу с двух сторон обозленные подруги.

Неизвестно чем бы закончился этот разгоревшийся не на шутку на пустом месте конфликт, если бы не своевременное появление официанта, наконец соблаговолившего принести Лене давно заказанную колу и прилагающиеся к ней в этом кафе чипсы на блюдце. Друг с дружки разъяренные подруги тут же переключились на несчастного молодого человека, вся вина которого заключалась лишь в том, что бедолага так некстати подвернулся двум озлобленным фуриям под горячую руку. В итоге официанту пришлось на собственной шкуре испытать всю прелесть пребывания в роли громоотвода.

— Эй, а нам чего колы не принес⁈ — первой наехала на молодого человека Света. — Она тебе, значит, понравилась, а мы, выходит, не в твоем вкусе?

— Что за хамство, — подхватила игру подруги Татьяна. — Я не потерплю такого отношения. Мало того, что соль со стола никто стереть не удосужился — стол грязный, как не-пойми-что, и приличным девушкам противно за ним сидеть. Здесь еще и клиентов колой обносят! Ну-ка, любезный, позови менеджера!

— Нет, все не так. То есть, вы неправильно поняли. Девушка заказала колу, давно, когда вас двоих еще здесь не было. А в баре чипсы к коле закончилась, пришлось на склад за новым ящиком идти… Поэтому вышла заминка с заказом, — залепетал оправдания покрасневший паренек. — Принес колу девушке, а тут уже она с вами.

— Ты нам зубы не заговаривай, живо тоже по стакану колы тащи, — распорядилась Светлана.

— И вот это забери. — Таня переставила на его поднос забитую окурками и фисташковой шелухой пепельницу. — Вместе с колой чистую не забудь принести. А то интеллигентным девушкам даже покурить нет никакой возможности. Кругом грязь одна. Безобразие.

— И тряпку прихватить не забудь, — напутствовала загруженного паренька неугомонная Светка, — соль-то со стола стереть надо. А то примета плохая.

Запуганный официант убежал исполнять заказ взбалмошных девиц, и подружки снова остались втроем, в относительном уединении за отгороженным от остального зала небольшим стенным выступом столиком.

— Где соседка-то твоя? — спросила у Светы Лена.

— И правда, сколько можно ждать? — поддержала Таня.

— Да сейчас придет, — отмахнулась толстушка и пояснила: — Мы когда из комнаты выходить стали, у Верки мобильник запиликал. Она посмотрела — звонок от ее нового ухажера. Как тут не ответить. Короче, она вернулась в комнату ворковать по мобиле, ну а я, чтобы не мешать, ушла, и к вам сюда поехала.

Четвертая их подружка Вера Ковальчук, опаздывающая к назначенному сроку свидания, была светиной соседкой по комнате в студенческом общежитии. Таня, как и Лена, жила с родителями. Все четыре подружки были студентками строительного