однозначно был Херманский мост, по которому мы с Янисом и прошли. Узкий вначале, он расширялся к концу, уж не знаю, почему так. Говорят, если смотреть на мост и основной корпус университета под определенным углом, можно увидеть некий тайный знак, чуть ли не вход в одну из тайных лабораторий Хермана Армфантена. Поэтому у моста всегда собиралось толпы первокурсников, а студенты постарше уже знали, что это лишь красивая история, одна из многих.

В итоге на территорию вели три моста, чтобы утром студенты не толпились в одном месте, а спокойно попадали на территорию каждый со своей стороны Тенета. А позади основного корпуса располагалось поле, этакая в разы увеличенная копия личного сада старика Луциана. Только Лу занимался растениями по велению души, а здесь люди учились. И ставили эксперименты, смешивали земли, воды, виды.

Подразумевалось, что чужаки на территорию не сунутся, потому ни мосты, ни поле никак не контролировались. В самом Тенете посторонних не проживало, только преподавательский состав с семьями, сотрудники лаборатории, Храма, обслуживающий персонал. Это замкнутое пространство, где любой чужак на виду. И все студенты, конечно, знали друг друга в лицо по большей части еще с детства.

Об этом я коротко поведала Янису, пока он с интересом вертел головой.

– Значит, убийца из своих? – быстро понял парень.

– Мы поспрашиваем о чужаках, но… думаю, да. Убийца свой.

Наверное, нечестно в очередной раз вмешивать Яниса в происходящее. Тем более, во что-то настолько серьезное. Но дело в том, что Янис давно уже замешан, его уже запомнил Дарлан. Прошлого не воротить, у парня сейчас только один путь – вперед. Больше узнавать, обучаться. И, если уж быть до конца честной, мной двигал холодный расчет. Янис – хороший человек, искренний в своих порывах, ему можно доверить жизнь без колебаний. И в последнее время они с Лин проводили вместе каждый вечер, но это не все! Янис оставался у нас ночевать как минимум несколько раз. В гостевой комнате, конечно, но это большой шаг вперед.

Итак, о чем я? Холодный расчет, точно.

Я не смогу остаться рядом с Дином и Лин. И даже рядом с Александром. Это единственные люди, которые мне не безразличны. Так пусть вместо меня с ними будет кто-то хороший. Кто-то, кто присмотрит, защитит. И Янис должен быть к этому готов, а значит, самое время заняться его подготовкой.

Мы дошли до основного корпуса, я остановила парня жестом.

– Когда окажемся за порогом, будь готов к новым жизненным открытиям. Говорят, университет меняет людей, все дело в знаниях, которые он дает. Ты не будешь здесь учиться… может, когда-нибудь в будущем. Но сегодня твой мир перевернется.

Янис нерешительно улыбнулся:

– Вы опять дразните меня, альтьера?

– Увы, я далека от этой мысли. Вопросы можно копить и задавать, когда мы останемся наедине, договорились? При всех веди себя тихо. Точнее, веди себя как полицейский.

– Теперь я растерян. Что же такого…

Договорить Янису не удалось, дверь рядом с нами распахнулась и оттуда вывернула молодая альтьера в строгом костюме графитового цвета. Такие здесь носит весь преподавательский состав, стало быть, за годы, что прошли с момента моего выпуска, в ряду преподавателей наметилось пополнение.

– Альтьера Морландер? – уточнила девушка строго. – Я ждала вас раньше. Пройдемте за мной. Вы прибыли вдвоем?

– Так точно. Это Янис, мой коллега. А вы…

– Роза. Альтьера Роза Бурхадингер, – она спустилась с лестницы вниз и поманила нас за собой: – Идемте, в основном здании все равно делать нечего. Ректора нет на месте, зато в лаборатории есть на что посмотреть. Лучше начать с этого.

– Наслышана, – пробормотала я, находясь под впечатлением от услышанного. Нет, я, конечно, и раньше подозревала, что у Дарлана есть родственники, но никогда всерьез не интересовалась этим вопросом. Это его младшая сестра? Нет, скорее кузина, кто-то удаленный от основной ветки старого семейного древа.

В любом случае, Роза меньше всего походила на Дарлана. Симпатичная, с курносым носом, большими глазами и лицом в форме сердечка. Волосы с рыжиной и немного вьются. Грубый преподавательский костюм на ней сидел не так плохо, как на остальных. Первое впечатление – крайне приятное, а у меня такое с людьми случалось редко. И она родственница Дара, надо же! И где мелкие глазки с прищуром и мышиные волосенки, спрашивается? Родственным можно назвать разве что суровый вид, но если Роза в столь молодом возрасте уже преподает, по-другому никак.

Лаборатория располагалась на удалении от главного корпуса, рядом с полем.

– Я занимаюсь выведением новых видов, – пояснила Роза так же деловито. – Как и моя мать, альтьера Амариллис. Это у нас семейное, как и у многих в Тенете. Сейчас мы работаем вместе над важным проектом, я бы сказала, делом всей жизни. Так же я преподаю у первокурсников, сегодня у меня одна лекция и несколько практических занятий.

– Занятия не отменили? – удивился Янис.

Роза посмотрела на него с сомнением:

– С чего бы вдруг?

– Но…

– Ничто не должно препятствовать получению новых знаний, – наставительно изрекла я. – И что у вас за семейный проект, альтьера? Если не секрет, конечно.

– Не секрет. Моя мать всю жизнь пыталась привить розу к мертвой земле. Как вы можете понять по моему имени, к делу она относится со всей страстью, коя неизбежно передалась и мне.

– И как успехи?

– Пока все идет неплохо. Мы уже вывели вид, способный к выживанию без стимуляции живой землей. Но цветок оказался не простым, а очень… плотоядным. Теперь мы пытаемся перевести его на классическую пищу. Если не получится, придется начинать все с начала. Или розы такими и останутся.

Плотоядными. Значит, цветочки питаются кровью? Очень мило.

– Но мы нацелены на победу, – продолжила альтьера Роза. – Тем более, история знает столько успешных случаев.

– Бо́льшая часть известной тебе растительности выведена здесь, в университете, – пояснила я Янису. – Точнее, привита к новым условиям жизни. Со временем мертвая земля меняет внешний облик и поведение растений, привезенных издалека, они становятся местными.

Роза одобрительно кивнула:

– Все верно. Альтьера Морландер интересуется ботаникой?

– У меня есть друг, который интересуется. Но вряд ли сказанное мной относится к углубленному курсу. Помнится, об этом рассказывают в университете.

– На первом курсе, да. Но если спросить у выпускников, вам ответят единицы. Студенты не проявляют должного рвения, если дело касается растений и