– Порядок, жить будет, мелкой дробью прилетело, все лицо в крапинку, и представляешь, ни одной в глаз не попало, основной удар в броник пришелся, но, разумеется, его не пробило. – отчитался за товарища Карась.

– Слава богу. – вздохнул я с облегчением. – А этот рыжий так и молчит? – кивнул я в сторону каннибала.

– А чего мне с вами, нелюдями, разговаривать? – недовольно фыркнул он.

– Это мы нелюди? – возмущенным тоном уточнил Карась.

– А кто же? Пришли, силой забрали, пожитки все уволокли! Жинку мою почем зря поколотили, чуть не зашибли. Зачем жен вообще бить, что вы за мужики такие? Кто же вы после этого? Нелюди и есть! – пояснил он нам.

От услышанных слов мои глаза налились кровью, скулы свело от напряжения, а рука сама потянулась к кобуре.

– Я же говорил, фляга свистит, он даже не осознает, в чем проблема. А если пристрелишь, это будет слишком просто. – притормозил мою руку Скайнет.

– Да, ты прав. – глубоко вздохнув, ответил я, откидываясь на спинку стула. – Что с дурака взять? Мехвод, вези домой, и кто даст сигаретку командиру? – с улыбкой обратился я к своим подчиненным.

Глава 13

Макс

Вертушка как назло не желала меня слушаться, но хотя бы пожар сошел на нет, и он запустился по новой. Я уже перебрал все варианты в голове, пытаясь решить проблему, но все никак не выходило.

– Гаврилыч, сука! Как же ты нас всех подставил сегодня! Говорили же тебе: не пей так много! И вот пожалуйста, невероятный стресс и сильное похмелье сделали свое дело. И я тоже хорош, подливал масла в огонь.

Тем не менее сейчас было не время себя корить, нужно решить проблему и спасти всех людей. Для начала я решил вытащить тело старика из кабины, чтобы оно больше меня не нервировало.

– Тяжелый гад! – прошипел я, протаскивая Гаврилыча по салону, от чего у моих пассажиров началась полнейшая паника.

Это уже не первый их полет, и каждый, даже Сережа, уже наверняка догадался, что все идет не по плану. Тем не менее ко мне никто не лез с расспросами, люди лишь смотрели в мою сторону глазами, полными ужаса.

Вернувшись в салон, я заметил, что все это время Гаврилыч лежал на каких-то рычажках. Я в свое время спрашивал у него, что это такое, но лишь отмахивался от меня, говоря, мол, это «пендосы» понапридумывали себе, мне этим пользоваться не нужно. И я точно помнил, что они были подняты, а сейчас плотно прижаты к полу, так как Гаврилыч упал прямо на них. После подъема рычагов вверх, штурвал мгновенно ожил, и «Чинук» послушно пошел в сторону. Я уже обрадовался и начал вспоминать, где именно я видел ракетницу, как вдруг загорелась индикация о пожаре уже во втором движке.

– Да чтоб тебя! – выругался я, стараясь отвести вертолет как можно дальше от зомби.

Система пожаротушения делала свое дело, и я перезапустил движок. Тем временем в небо взмыла вторая красная ракета, и я направился в ее сторону. Едва я вздохнул с облегчением, как правый двигатель опять загорелся.

– Да что за дела! – закричал я, нажимая кнопку, но автоматика на этот раз не сработала.

Выглядывая назад, я видел четкий след черного дыма, что оставался за нами. И беспрерывно клацал на клавишу пожаротушения и отключения подачи топлива. Мало было нам пожара, как машина сама собой накренилась в на левую сторону, едва не завалившись на бок. Я поддал оборотов и начал ее выравнивать и набирать высоту и разворачиваться по ветру.

С неба посыпался белый снег, мгновенно снизив видимость до нуля. Я сейчас буквально ориентировался только по показателям приборов и понятия не имел, где сейчас находятся наши ребята. Понимая, что если я продолжу находиться в этом районе, я рискую жизнями всех, поэтому мне пришлось принять тяжелое решение и улетать отсюда. Мысленно я надеялся, что они смогут спастись и простить меня за такой поступок. Ил, конечно, меня не поймет, он ведь всегда идет ва-банк, но остальные, остальные точно поймут и вразумят его, если что.

Развернув вертолет на запад, я полетел вперед, движок вроде потух, и я его завел по новой. Больше проблем не наблюдалось, все работало стабильно, но большую высоту я набирать не стал, на всякий случай. Все же это не планер, на котором можно и с заглохшими движками долететь до земли и даже мягко приземлиться. Тут все совсем иначе, если остановятся винты, то ты камнем рухнешь вниз, и ничто тебе уже не поможет.

План был простым: долететь до военного аэродрома и приземлиться там. Мы не дали Илу испортить отношения с теми людьми, а также я смогу предупредить их о надвигающихся зомби. И еще у них были вертолеты, возможно, мы сможем взлететь на исправном и поискать на нем ребят.

Я даже обрадовался таким мыслям, но жизнь, как всегда, внесла свои коррективы. Громкий треск замыкающей проводки раздался в салоне, разбрасывая по нему столп ярких искр. Благо ничего не загорелось, но все освещение и приборы на панели погасли.

– Вот же хрень! – выругался я, вспоминая заветы Гаврилыча о том, что много электроники – это плохо и лучше аналоговых приборов в такой технике ничего быть не может.

Я теперь не знал свою высоту и направление, а видимость по-прежнему была нулевой. В такое время заблудиться проще простого, а местность здесь весьма холмистая. Благо сам вертолет еще меня слушался, я начал набирать скорость и немного добавил высоты. Салон же наполнился визгами, которые даже перекрикивали звук ревущих моторов. Белая пелена стояла перед глазами, я летел просто по наитию, вглядываясь в пустоту. Больше всего я сейчас боялся вернуться обратно, так как ветер спокойно может развернуть нас в обратную сторону.

Время шло, полет продолжался, и я заметил в зеркало, как из движка опять повалил дым. Только кнопки теперь не работали, и лететь придется только так. И я уже решил спуститься пониже, посмотреть, что творится внизу. Вертолет послушно опускался вниз, и тут белая пелена сошла на нет, а внизу я увидел бескрайние, беспокойные воды.

– Да что ж такое-то! –