Затем я беру кофе и кекс в киоске, расположенном на соседней улице от моей квартиры, и отправляюсь в Найтсбридж, в дом, который я знаю так хорошо, что могла бы ориентироваться по нему с закрытыми глазами.

За исключением южной части третьего этажа.

Я знаю, что он был переделан несколько лет назад, причем с совершенно такой же планировкой. И, конечно, я поднималась туда в процессе своей работы. Но когда мне приходится туда подниматься, мои глаза широко открываются.

Если я их закрою, то увижу только огонь и смерть.

Когда я выхожу из метро, прохожу через парк, в котором я когда-то играла, — мой обычный маршрут, чтобы успеть надеть свой «костюм» для сегодняшнего дня. Сидя на скамейке, я укладываю свои светлые локоны в пучок, а поверх него натягиваю парик. Очки с толстыми стеклами на самом деле выглядят довольно мило.

После этого мне остается только перейти через дорогу к моему старому дому, где «Синди Грей» — то есть я — как раз вовремя пришла на работу.

Я ненавижу эту работу. И поскольку я уже выполнила то, что собиралась сделать, устраиваясь на эту работу, — запустила ракету в Ноэля, — логично было бы просто уволиться.

Только вот реальность такова, что эта работа мне действительно нужна, наряду с моей работой бармена в «Туфельке». Когда ты должен такие деньги, как я, таким людям, которым я их задолжала?

Да, заработок имеет приоритет почти над всем.

Я проскальзываю в сад за домом, к служебному входу со стороны кухни. Мирабель, повар по дому, поднимает взгляд от своего стола где готовит пищу, когда я прохожу мимо. Но, в отличие от большинства дней, она не улыбается, не передает мне фриттату или что-то еще, что она приготовила для персонала на утро.

Сегодня она просто смотрит на меня, морща нос и медленно качая головой.

Я нахмурилась.

— Что...

— Вчера вечером у нее была вечеринка, — тихо пробормотала Мирабель.

Ее рот скривился в кислой гримасе.

— Надеюсь, у тебя крепкие нервы.

Я делаю паузу, нахмурив брови.

— Что?

— Вот ты где!

Я подпрыгиваю, когда Наоми вбегает на кухню с невозмутимым лицом стервы и смертоносной улыбкой. Ее улыбка, кажется, становится еще шире, когда ее взгляд останавливается на мне, и она поднимает запястье, постукивая по великолепно изящным, дорогим на вид часам.

— Ты вообще собиралась сегодня выйти на работу, да, Синди?

Я хмурюсь.

— Мисс Лоран, я пришла на пять минут раньше...

— Вот это да, молодец! — Она улыбается со всей искренностью скучающего кассира.

Ее глаза впиваются в мои, что всегда заставляет меня немного напрячься — как будто она вдруг поймет, на кого смотрит. Мгновение тянется, прежде чем она усмехается и неожиданно щелкает пальцами.

— Следуй за мной. Мне нужно срочно навести здесь порядок.

Мирабель бросает на меня сочувственный взгляд, когда я следую за своей псевдо-сводной сестрой через кухню в остальную часть дома.

У меня отвисает челюсть, но еще глубже падает душа при виде полной разрухи, которая меня ожидает.

Наоми поворачивается и слегка смеется, когда видит выражение моего лица.

— Да, вчера вечером была небольшая вечеринка, и все вышло из-под контроля. Ты ведь знаешь, как это бывает, правда, Синди?

— Немного вышла из-под контроля.

Гостиная выглядит так, словно сами «Секс Пистолз» устроили здесь комбинацию панк-концерта и римской оргии. Повсюду валяется еда и пустые бутылки из-под спиртного — как будто все, кто здесь был, устроили в прямом смысле слова драку за еду в дизайнерской гостиной дома стоимостью двадцать миллионов фунтов.

По стене и по краю рояля, на котором я когда-то училась играть, медленно стекает то ли синяя краска, то ли, возможно, кровь пришельца. У одного из стульев с великолепной обивкой и позолотой обгорело сиденье, а на ковре и полу возле камина, где еще тлеет случайный мусор, и на одной из штор остались следы от обгоревшей ткани.

По комнате разбросана не одна пара кружевного женского белья. По всему кофейному столику и каминной полке разбросаны следы чего-то, что явно является кокаином.

У меня свело живот, когда я заметила огромное количество презервативов — буквально использованных презервативов — на диване, на полу, а еще один висит на люстре.

И с него капает.

Тошнота нарастает внутри меня, пока я борюсь с тем, чтобы задержать дыхание и не добавить к этому месиву свою собственную рвоту.

Наоми хихикает.

— Да, немного увлеклись. В любом случае, — она поворачивается и улыбается той же холодной, смертоносной улыбкой, которой она недавно одарила меня на кухне.

— Мне нужно, чтобы все было убрано до твоего сегодняшнего отъезда, хорошо?

Я тупо киваю.

— Я сказала «хорошо», Синди? — Она огрызается.

— Да, да, я поняла.

Она хмурится и бросает на меня холодный взгляд.

— Мисс Лоран, — добавляю я, едва заметно улыбаясь.

— Отлично, спасибо, Синди.

Она поворачивается, чтобы уйти, но затем останавливается.

— Ах да, а когда закончишь с гостиной? — Она присвистывает и кривится. — Три гостевые комнаты и ванные комнаты наверху, на самом деле, пострадали больше всего. Так что, очевидно, убери их тоже.

Я замираю, когда она ухмыляется.

— Удачи. И помни, я хочу, чтобы перед твоим отъездом все было идеально.

Только в шесть вечера я заканчиваю. Девять часов жестокой, непрерывной, без отдыха, без еды, ужасающе противной уборки.

И я в полном беспорядке.

Я вся в поту. Ноги болят от того, что я весь день была на них, за исключением тех случаев, когда я стояла на коленях, — они тоже болят. Пряди парика прилипают к моему лицу, усиливая дискомфорт из-за тепла, которое он удерживает под ним.

Я грязная, измученная, голодная, на моей униформе пятна, о которых я отчаянно пытаюсь не думать и не определять род их происхождения.

Но с меня хватит.

Вернувшись в гостиную внизу, я устраиваюсь на крышке теперь уже безупречно чистого рояля, постанывая от боли во всем теле. Мои глаза осматривают комнату, и, несмотря на то, что я ненавижу эту работу, я все еще испытываю чувство гордости, видя, как красиво все это выглядит сейчас.

— Боже мой!

Я вздрагиваю, быстро выпрямляюсь и поворачиваюсь, когда Наоми входит в комнату. Она одаривает меня своей холодной улыбкой, прежде чем обводит взглядом комнату.

— Что ж, все это выглядит прекрасно.

Я слабо улыбаюсь, кивая.

— Спасибо, мисс Лоран. Ну, я пойду...

— Кстати, Синди?

Она останавливает меня, когда я начинаю поворачиваться к двери.

— Я никогда не спрашивала тебя, нравится ли тебе то, что я сделала с этим домом.

Я окидываю