Почему-то меня удивило название этого королевства — Драконье. Неужели прозвали его так в честь ездовых животных? Удивительно. Это то же самое, как если бы Индию назвали Слоновьим государством, а какую-нибудь страну в Африке — Обезьяньим государством.

Драконье королевство, надо же…

Так вот, попаданки описывались как исключительно недоразвитые существа, у которых ума очень мало — обычно на уровне малолетних детей. Некоторые покладистые, некоторые показывают характер. Оказывается, использование иномирных живых существ практикуется уже столетиями. Зачастую их вызывают искусственно, и это покоробило меня больше всего. Отнимают у людей жизни, лишают их собственного мира, чтобы потом использовать для своих прихотей!

Ну не верю я, что сюда попадают исключительно больные существа. Нет, что-то с ними делают, чтобы лишить ума!

Некая догадка возникла у меня при чтении раздела о том, кто занимается этим вопросом на официальном уровне. Оказалось, все призывы попаданок и попаданцев в этот мир происходят при содействии Министерства иномирных дел. Это они устраивают вызовы и являются посредниками между попаданками и теми, кто станет их хозяевами.

Но когда Рафаэль меня призвал, никакого Министерства не наблюдалось! И я поняла — буквально почувствовала — в этом и кроется загвоздка.

Напрашивается вывод: именно эти люди что-то делают с гостями из других миров, из-за чего те становятся такими недалёкими. А Рафаэль, пойдя, возможно, на некоторые нарушения, призвал меня без их содействия — и я осталась самой собой.

Эта мысль выглядела страшной. Значит, каждый попаданец и попаданка в этом мире обречены. Их превращают в инвалидов и делают таковыми намеренно!!!

Стало так горько и тошно, что я неистово разозлилась и испытала огромное желание восстановить справедливость, выведя Министерство иномирных дел на чистую воду. Вот только мне придётся сперва закрепиться здесь, а потом уже действовать.

Вспомнилась Карлова жена. Какая хорошенькая, милая девушка. Возможно, она жила бы нормальной жизнью — при своём уме. А во что её превратили? Теперь она вынуждена терпеть унижения от всяких там аристократов.

Нет, я этого не оставлю!

***

Вернулась к себе на рассвете, полная решимости и гнева. Поспать толком не удалось — может быть, пару часов, потому что с самого утра ко мне примчался Рафаэль со своими служанками и приказал им подготовить меня к лесной прогулке на лошадях всего лишь за час.

Одна из них — та самая непростая Марта — всплеснула руками:

— Господин, но вряд ли ваша супруга умеет ездить на лошади!

Рафаэль нахмурился:

— Это не твоя забота. К тому же… она поедет в карете. Неужели ты думаешь, что я не позаботился обо всем?

Марта потупилась.

— Простите, господин. Я виновата…

— Вот-вот… — подтвердил Рафаэль. — Не разочаровывай меня впредь!

Муженек вышел, а я поняла, что меня ждёт очередное испытание. Он грозился унизить меня перед своей любовницей, значит, я обязательно смогу ее лицезреть. А там посмотрим, кто кого…

***

Какое счастье, что вундеркинды — существа крайне увлекающиеся. Я была человеком, который хватался буквально за всё. Мне всё было интересно. Я готова была изучать любое искусство — и если что-то меня увлекало, я сразу же туда погружалась.

Вот таким образом лет в четырнадцать я научилась ездить на лошади. И в последующие годы не раз проводила время в седле. Мне нравилось ощущение свободы и единства с скакуном. Так что конной прогулкой меня не испугать. Наоборот — я чувствовала предвкушение.

Правда… поездка в карете меня не устраивала, но ведь все могло измениться, не так ли? Посмотрим, что именно задумал Рафаэль…

Через час меня усадили в карету и вывезли из поместья, свернув в сторону небольшого леска. Рафаэль ехал верхом рядом и отдавал распоряжения.

Вскоре карета остановилась посреди большой поляны, где я заметила пару десятков всадников. Среди них… кто бы сомневался… обнаружились и неугомонный Анджело (интересно, как он после вчерашнего?), и блистающая броской красотой Кира.

Ну-ну, муженёк. Посмотрим, что ты задумал.

Если что, я и коня на скаку остановить могу…

Глава 12. План Рафаэля? Детский сад!

При виде Рафаэля и кареты остальные участники прогулки весело зашептались. Кони под ними нетерпеливо гарцевали, ожидая дальнейшей активности. Я же приготовилась к тому, что Рафаэль начнёт меня на что-то провоцировать.

Карета остановилась посреди полянки. Рафаэль спрыгнул со своего коня, направился к товарищам. Мило улыбнулся любовнице, кивнул брату, начал здороваться с остальными и был приветлив. Похоже, знатная компашка. В мою сторону поглядывали с интересом, но я из кареты не выбиралась, ожидая, что предпримет Рафаэль. К моему огромному разочарованию, вскоре вся процессия двинулась по широкой вытоптанной дороге, и карета покатилась вслед за ними. Это что, и всё? Я буду всё время трястись по этим ухабам, и даже коня не дадут?

Мне это всё не нравится, но посмотрим, во что это выльется дальше.

***

Рафаэль был задумчив и несколько напряжён. Впервые он оказался где-то между двух огней. Кира напирала со своей ревностью. Отец устроил ему бойкот. В принципе, не разговаривал — только ухмылялся, взглядом обещая ещё большие неприятности.

Рафаэль понимал, чего он добивается. Унижения. Унижения его по всем фронтам. Чтобы Рафаэль пожалел о том, что взял в жёны эту попаданку. Точнее — чтобы пожалел о своём бунте против него.

Молодому человеку было сложно, но он не собирался отступать. Верил, что сейчас все вопросы порешает один за другим.

В первую очередь нужно успокоить Киру. С любовницей они были вместе уже года два. До сего момента она была единственной девушкой, с которой ему нравилось проводить время. Ненавязчивая, нетребовательная — она, в принципе, никогда не устраивала ему истерик. Могла полушутливо пожурить за то, что он до сих пор на ней не женился, но Рафаэль верил в её благоразумие.

Жениться они всё равно не могли. Совершенно разные статусы. Такой союз повлёк бы за собой столько проблем, что Рафаэлю страшно было даже представить.

Это попаданку из безродного племени можно взять к себе и делать с ней что хочешь — не прибегут её родственнички мозг выедать, не станут ничего требовать, не возложат на него никаких обязательств.

А вот возьми в жёны кого-то из местных девиц — и всю жизнь будешь должен. Нет-нет-нет! Потом с ней даже не разведёшься. А для Рафаэля принципы свободы были важнее всего.

Именно поэтому он категорически отказывался от того, чтобы соединить с Кирой свою судьбу официально. Но расставаться с ней ужасно не хотел. В ее обществе ему было хорошо,