не выбрала его. По какой-то причине мне хочется объяснить и извиниться, но я не могу этого сделать, чтобы не испортить свое положение, поэтому я просто отворачиваюсь.

– Как хочешь, – говорит Алексей, отворачиваясь. – Идем.

Он стремительно выходит из комнаты, и мне ничего не остается, как броситься за ним. Его братья, мои другие мужья, смотрят, как их брат ведет меня в свою комнату, чтобы трахнуть. Он ведет меня вдоль стены направо, мимо огромной современной кухни, которую я едва успела увидеть во время экскурсии, и вверх по винтовой лестнице. Он поднимается по две ступеньки за раз, не глядя, успеваю ли я за ним. Я фыркаю, снимаю каблуки и тянусь вниз, хватаясь за платье, пока поднимаюсь по лестнице. Мне придется снять его, чтобы сбежать. В нем будет слишком трудно бежать и сражаться, хотя мысль о том, что мое свадебное платье будет залито кровью Волковых, когда я буду сжигать их замок, наполняет меня странным чувством удовольствия.

На вершине извилистой лестницы находится комната открытой планировки, большую часть пола которой занимает огромный ковер из медвежьей шкуры, а стены увешаны оружием. Так, это облегчает мою работу. Они либо очень тупые, либо самоуверенные. Скорее всего, и то, и другое.

Передо мной широкий коридор, а стены покрыты еще большим количеством картин. Первая дверь, похоже, ведет в игровую комнату, о которой говорил Захар, вторая закрыта, третья тоже. Затем коридор переходит в горизонтальный коридор. Дверь передо мной приоткрыта, видна лестница, которая, вероятно, ведет на крышу. Слева - одна дверь, справа - три двери. Алексей поворачивает налево к двойной двери, которая полностью золотая и имеет сканер отпечатков пальцев. Он прижимает к нему палец, и я отмечаю это, понимая, что мне понадобится его рука. Я могу легко отрезать ее, но она так чертовски сильно будет кровоточить.

Дверь распахивается, и он входит, словно король замка, не удосужившись оглянуться. Я задерживаюсь в дверном проеме. В комнате кромешная тьма, и я знаю, что если я войду внутрь, то добровольно отдам себя в руки дьявола.

С легким вздохом я делаю именно это, готовый проклясть свою душу ради этой работы.

Ради моего будущего и свободы.

Восьмая

Айрис

Я вхожу в комнату, мои ноги ступают на мягкий ковер по мере того, как я пробираюсь дальше. Передо мной еще больше окон, яркий лунный свет бросает неясные очертания на всю комнату. Раздается щелчок, и я оглядываюсь через плечо, чтобы увидеть закрытую дверь, возле которой стоит Алексей. Его глаза похожи на угли в темноте, а все его тело и лицо отбрасывают тени. Он подходит ближе, и я сглатываю, игнорируя предвкушение и желание, которые нарастают по мере того, как он приближается ко мне. В тот самый момент, когда я думаю, что он вот-вот схватит меня, сорвет с меня платье и овладеет мной, он двигается вокруг меня.

Я быстро осматриваю комнату, замечая слева гостиную. Здесь есть еще книги и письменный стол, но он проходит через открытый дверной проем, где я вижу огромную кровать. Судя по тому, что я вижу его апартаменты, они очень похожи на те, что внизу - все строгие, современные линии. Серые, похожие на бетон стены разделяют эту комнату и следующую, а пол, который за порогом переходит в деревянный, покрыт массивными серо-черными коврами. Темное и светлое рельефное дерево делает мои ноги холодными, когда я переступаю порог. Над диваном висят картины, обрамленные светильниками, а напротив него стоит телевизор. Повернувшись к спальне, я подхожу к двери и осматриваюсь. Справа есть ванная комната, но мое внимание привлекает современный стиль. Дома моя спальня почти не изменилась с тех пор, как я была ребенком, но эта? Она призывает ту часть меня, которая любит все самое лучшее в жизни.

С потолка свисает огромный светильник, господствующий над комнатой. Он еще не горит, но он окликает меня, и он тускло освещает комнату, давая мне достаточно света, чтобы видеть, но недостаточно, чтобы разглядеть его черты. У задней стены стоит еще один массивный телевизор с плоским экраном, под ним - полка, заставленная оружием, выставленным на собственных подставках. Очевидно, что они декоративные и не используются. Есть даже два золотых пистолета.

Сама кровать - низкая кожаная, заваленная подушками. Постельное белье - черный шелк, а на нем идеально лежит плед. Готова поспорить, что у него есть домработница, потому что он никак не мог сделать это сам. Он из тех, кто дотошен, это точно, но в нем есть дикая жилка. К тому же, он наверняка считает, что это ниже его достоинства. Окна зазывают меня, открывая вид на город. Все огни, вся суета и шум кажутся такими далекими здесь, наверху.

– Я люблю смотреть на свое королевство, – мурлычет он из темноты, и когда я оглядываюсь, он лежит на кровати. Его ноги голые и скрещены на лодыжках, а руки он держит за головой, наблюдая за мной. Кажется, он готов наброситься на меня в любую минуту. В поисках ответа, я перемещаюсь по комнате, проявляя любопытство. Я скольжу руками по оружию. Здесь нет ни камер, ни датчиков. Наверное, он считает, что в его владениях они не нужны, идиот.

Ванная комната почти такая же большая, как спальня, с серым мрамором от пола до потолка и огромной ванной, выходящей из пола в центре комнаты. Над ней возвышается мраморная глыба с водопадом, благодаря которому она и наполняется. За ней - еще больше окон, из которых можно смотреть на город, а рядом стоит шезлонг. Справа - душевая кабина с четырьмя насадками, а рядом с ней - парилка и сауна. Слева - огромная мраморная стойка с соответствующими раковинами и зеркалами над ними. Все кричит о роскоши и деньгах, вплоть до аккуратно сложенных полотенец и пустых столешниц, лишенных каких-либо личных штрихов.

– Сюда, – приказывает он, явно устав ждать. Вернувшись внутрь, я смотрю на него, пока он молча ждет. Я знаю, что нужно сделать. Он не лишен привлекательности, возможно, мне это даже понравится. Интересно, чего он ждет от меня? Возможно, от кого-то, кто притворяется застенчивой и девственной.

Сделав глубокий вдох, я тянусь назад, расстегиваю пуговицы на платье и позволяю ему упасть на пол, как шелковый водопад. Он резко вдыхает, изучая мое тело. Я знаю, что у меня хорошее телосложение. Я высокая, с большой грудью правильного размера, для которой даже не нужен бюстгальтер. Годы