— Повторите еще раз, — попросил мужчина.

— Я поступала так со старыми монетками, когда была ребенком. Прятала их в ямки, которые выкапывала на заднем дворе. Если подумать, это куда разумнее, чем доверять русским, когда собираешься уничтожить Северную Корею. Я хочу сказать: кто поверит, что мы так глупы?

Мужчина тупо посмотрел на нее, но не ответил.

— Или вы можете заявить, что все улики, которые у них есть, фальшивые, — добавила Блюм. — Складывается впечатление, что нынче это весьма популярная тактика.

Мужчина покачал головой.

— Нет. Ничего не получится. — Он многозначительно посмотрел на вооруженных людей, которых привел с собой. — Вы все пойдете с нами, пока мы окончательно не разберемся в ситуации. Немедленно!

— Есть еще одна вещь, которую вам следует знать, — сказала Пайн. — У нас имеется электронное подтверждение того, что вы здесь говорили.

Мужчина вздрогнул и огляделся по сторонам.

— Что?

— В моем офисе ведется видео- и аудионаблюдение, — продолжала Пайн.

— И почему у вас стоит такая система? — скептически спросил мужчина в костюме.

— Я поставила ее после того, как на меня набросился один болван. А когда я надрала ему задницу, он заявил, что это я на него напала. С тех пор я сделала так, чтобы в моем кабинете никогда не дошло до «он сказал, она сказала». Так что информация уже загружена в надежно защищенное облако.

— А где доказательства, что вы не блефуете?

— Вся прелесть в том, что вам не суждено это узнать.

Блюм снова вышла вперед.

— И еще я хочу, чтобы вы знали: я уже довольно долго работаю с агентом Пайн. И ни разу на моей памяти она не блефовала.

Мужчина перевел взгляд с Блюм на Пайн.

— И что вы предлагаете? — спросил он.

— Если что-нибудь случится со мной, госпожой Блюм, Давидом Ротом или кем-то еще, связанным с данным делом, или с людьми, которые находятся в моем кабинете — а под «случится» я имею в виду все, начиная от заусенца до увольнения и убийства, — ваше участие в этой истории станет известно всему миру.

Несколько долгих моментов мужчина не сводил с Пайн глаз, затем взглянул на средства наблюдения и записи, которые все еще держал в руке, и на бомбу. Потом снова на Этли — и на лице у него появилась покорность судьбе.

Пайн все поняла.

— Другой возможности для всех нас выйти из сложившейся ситуации я не вижу, — продолжала она. — Полагаю, у вас хватит ума это понять.

Миновало еще несколько секунд тишины; все стояли, затаив дыхание.

— Хорошо. — Мужчина в костюме кивнул. — Что-нибудь еще?

— Бен и Эд Присты?

Мужчина нервно облизнул губы.

— Что вы хотите? — быстро спросил он.

— Проклятье, я очень надеюсь, что они живы, — сказала Пайн. — Иначе вам придется ответить за их смерть.

— Они живы, — после некоторых колебаний ответил он.

— В таком случае я хочу, чтобы их вернули живыми и здоровыми, с соответствующей компенсацией за неприятности, которые вы им устроили. И я это проверю, так что вам лучше со мной не связываться.

— Договорились. До тех пор, пока вы не нарушите… конфиденциальности.

— Кроме того, вы должны много денег семье Оскара Фабриканта. И заодно передайте тонну наличности «Обществу за Бога». Я думаю, всем нам необходимо быть намного добрее. А еще мы знаем про Фреда Уормсли. Так что его семье также причитается существенная финансовая компенсация за его патриотическую службу стране.

— Хорошо. Что-то еще? — напряженно спросил мужчина.

Пайн помрачнела.

— В пещере Гранд-Кэньон находятся три тела. Это ваши парни.

— Вы убили наших людей? — Мужчина не сумел скрыть изумления.

— Ну, у меня не оставалось выбора, поскольку они пытались убить меня. Но я хочу, чтобы вы забрали их тела и передали семьям. И если они действительно были военными, позаботьтесь об их родных. Кроме того, в их послужном списке не должно ничего говориться про участие в этой операции. И похороните их со всеми положенными почестями.

— Как великодушно с вашей стороны, — с сарказмом заявил он.

— Они погибли, выполняя приказ, который почти наверняка отдали вы. Лично у меня не было с ними никаких разногласий. Я с бо́льшим удовольствием пристрелила бы вас.

— Я буду иметь это в виду, — раздраженно сказал мужчина. — На случай, если мы встретимся еще раз.

Этли посмотрела на него, и на ее губах появилась улыбка.

— Вы могли захватить меня вместе с братьями Прист. Или просто пристрелить. Однако не сделали этого.

— Могу лишь сказать, что я не повторяю свои ошибки дважды, — заметил он.

Пайн не сводила с него глаз.

— Вы хотели, чтобы я продолжала расследование, — сказала она.

— Но, Пайн, зачем им это было нужно? — спросил Доббс.

— Они надеялись, что я помогу им найти Рота и бомбу.

— Мы могли просто взять вас и заставить рассказать, где находится Рот, — возразил мужчина.

— Позднее вы так и пытались поступить — в аэропорту и в квартире, где я остановилась, — но у вас не получилось. Однако вы знали, что ядерный заряд находится в пещере в Гранд-Кэньон. Вот только не в той, куда его спрятали ваши люди. Вот вы и решили использовать меня втемную, чтобы я отыскала для вас бомбу. Вы рассчитывали, что ваши люди схватят меня, как только я ее найду. И снова у них ничего не вышло.

Насмешливое выражение исчезло с лица мужчины; теперь он смотрел на Пайн с невольным восхищением.

— Может быть, я надеюсь, что наши пути больше не пересекутся, — сказал он.

Она показала на шкаф:

— И вам следует забрать эту штуку. Не думаю, что у Бюро есть страховка на случай транспортировки ядерного оружия.

— Я уже включил этот пункт в список того, что нам следует сделать, — язвительно сказал он. — Теперь всё?

— Нет, еще кое-что. Возможно, самое главное.

— И что же? — спросил он.

Пайн собралась с силами.

— Прекратите верить русским, — выпалила она. — Они нам не друзья.

Мужчина бросил на нее странный взгляд и повернулся к своим людям.

— Возьмите заряд. Мы уходим, — сказал он.

Они тут же опустили оружие; четверо поспешили к шкафу и взяли бомбу. Затем все вышли из кабинета.

Последним остался мужчина в костюме.

— Вы нанесли непоправимый ущерб нашей стране, — заявил он, глядя на Пайн.

— Нет, я считаю, что спасла ее. Вместе с несколькими миллионами жизней. И мне жаль, что вы и остальные идиоты, стоящие за этим заговором, не отправитесь за решетку до конца жизни. А теперь проваливайте из моего кабинета и офиса!

Мужчина быстро вышел, после чего шестеро агентов и одна секретарша ФБР облегченно вздохнули. Все опустили оружие, чувствуя, как у них отчаянно дрожат руки, — ведь им пришлось