скорый суд Пожарского под другим углом, меня не оставляло ощущение, что именно такой вариант и был единственно верным. — Просто мысли вслух. Кто-то может меня подвезти до моих владений?

— Поедем тем же составом, — предложил Бестужев и остальные уважительно закивали. Что бы кто ни говорил, а статус легендарного защитника Империи значил для всех очень много. Вот и сейчас аристократы бросали в мою сторону уважительные взгляды, будто на меня упала часть величия Егора Алексеевича. — Мне всё равно нужно в расположение своего подразделения попасть.

— Если хотите, я распоряжусь подготовить ваш лагерь на моей территории, Егор Алексеевич, — без особой надежды на успех, предложил Старковский. Граф уже понял, что у него не получилось наладить с командиром егерей такие же отношения, как с Поляковым, но сделать ничего не мог. Вернее, он, следуя своим главным правилам, делал всё возможное, чтобы оставить о себе самое положительное впечатление.

— Не стоит, Иван Николаевич, — покачал головой Белый Волк. — Думаю, мы уже завтра вечером вернёмся в столицу. До этого времени, если вы не против, мне нужно будет побеседовать с каждым из вас и с главами ваших родовых дружин.

— В любое время, Егор Алексеевич, — тут же ответил Старковский. — Приезжайте лично или я могу заглянуть в гости к Ярославу Константиновичу.

— Достаточно будет обычного телефонного разговора, ваше сиятельство, — ответил Бестужев. — Я вам позвоню, как только проверю состояние своих людей.

Мы начали прощаться. Мимо, стараясь изобразить беспечный вид, прошёл князь Истомин. Он что-то активно обсуждал с Эльдаровым, но последнего явно больше интересовала погода на улице, чем слова спутника. Ещё один владетель первого круга следовал за этой парой и у меня сложилось впечатление, что он входит в свиту Эльдарова, что было довольно странно для такого могущественного аристократа.

Когда остальные начали рассаживаться по машинам, ко мне подошёл граф Корчаковский. Олег Сергеевич дождался, пока мы останемся вдвоём и даже Бестужев сядет в автомобиль и только после этого чуть смущённо улыбнулся.

— Ярослав Константинович, я хотел с вами обсудить планы на развитие производства по переработке на моей территории, — произнёс граф. — Мне поступило несколько предложений от соседей, которые готовы отправлять ресурсы на наше совместное предприятие. Но я не имею права принимать подобное решение единолично.

— Кто именно предложил, Олег Сергеевич? — уточнил я.

— Граф Новиков и барон Быстров, — тут же ответил Корчаковский. — У них нет подходящих мощностей для работы с ингредиентами третьего и четвёртого рангов.

— Соглашайтесь, — немного подумав, ответил я. Если вспомнить карту обороны Тверской аномалии, то Быстров находился во втором круге за Александром Сергеевичем. Скорее всего, эти двое работали в тесной связке и мне было на руку, что Новиков привлёк ещё кого-то. Это обеспечивало будущему совместному производству почти пятьдесят процентов добычи с аномальной зоны, а такого не смог добиться прежний глава рода даже во время максимального расцвета Веги. — Это пойдёт на пользу всем.

Корчаковский кивнул и быстро ушёл в сторону своей машины. Рядом с ней я увидел Александра Сергеевича и ещё одного мужчину, который молчал и оставался в стороне почти всё время, пока шло обсуждение итогов гона. Вероятно, это и был тот самый барон Быстров.

На обратной дороге поговорить не получилось. Бестужев, где-то раздобывший телефон, постоянно с кем-то разговаривал, выясняя мелкие детали прошедшего гона. У меня сложилось впечатление, что Волку поручили ту же самую задачу, что и светлейшему князю Пожарскому. Что это могло означать? На ум приходило только одно — несмотря на все возможности и ресурсы властей Российской Империи, они понятия не имели, что произошло. И на этом фоне мне всё больше не нравился тот факт, что Бестужева и его людей оставили у границ Тверской аномальной зоны.

В густых сумерках приближающейся ночи, на парковке у ворот Горынино я увидел настоящее столпотворение людей. Аршавин, Пескарёв, суманьцы и половина дружинников из старичков стояли плотным строем, надёжно перекрывая вход на базу родовой дружины. А вот самого главного я не увидел. Обе мои сестры в комитете по встрече отсутствовали.

— Думаю, вам нужно возвращаться к управлению своим владением, Ярослав Константинович, — нейтрально произнёс Бестужев, но я видел, что барон с трудом скрывает улыбку. — Своих людей я найду самостоятельно. Спокойной ночи, ваша светлость. Благодарю вас за помощь.

Я кивнул и первым вышел из машины. Толпа у ворот тут же радостно взревела, будто фанаты, увидевшие на футбольном поле свою любимую команду. Персона легендарного защитника отечества и лучшего боевого мага страны, который вышел из автомобиля следом за мной, никого не интересовала. Волк, воспользовавшись всеобщим вниманием ко мне, незаметно ушёл в сторону и скрылся за воротами посёлка.

— Здравствуйте! — жестом попросив чуть сбавить радостные крики, произнёс я. — Мы только что были на встрече с губернатором Твери. Гон официально завершён. Не только у нас, но и по всей стране. Поэтому мы наконец можем вздохнуть спокойно и вернуться к нормальной жизни. Я рад, что все дожили до этого момента и рассчитываю на вашу помощь. В ближайшее время у нас будет много работы. Настолько много, что я даже не знаю, с чего начать…

— А что за работа? — с широкой улыбкой на лице, спросил Пескарёв. Он, как обычно, был готов сходу врубиться в любую задачу.

— Тяжёлая работа, Олег Дмитриевич, — улыбнулся я в ответ. — Нужно будет обеспечить всем жителям моих владений такой уровень жизни, чтобы даже в столице только и говорили, как хорошо всем на землях Разумовских. Нужно будет так сделать, чтобы люди не боялись оставить детей без присмотра. Чтобы семьи заводили и родичей звали, потому что в будущем своём уверены на все сто процентов. Тут никаких ресурсов и денег не хватит. Тут человеческие руки нужны. Только ими будущее можно построить.

Люди на площади притихли и начали переглядываться между собой. Я видел, как постепенно до них доходит смысл моих слов. Как они начинают обсуждать и прикидывать варианты. Такое обсуждение было одним из главных факторов дальнейшего развития ситуации. Только после того, как люди смогут поверить в то, что они действительно способны всё изменить, получится выйти на длинный путь восстановления рода Разумовских. Потому что без людей у аристократов останутся только громкие фамилии и амбиции. Никакая магия не поможет дворянам прокормить себя и защитить свои владения.

А ещё я заметил барона Бестужева, который стоял на территории