– Я вижу, тебе нужно время, чтобы все обдумать, – сказал Винсент, недовольно отстраняясь. – Я скоро вернусь, и к тому времени, надеюсь, тебе будет что рассказать. – Он попытался улыбнуться. – Я сделаю все, что в моих силах, чтобы пока обезопасить Леши, но… не обещаю, Ранульф. У меня здесь очень мало власти.

И тут на Ранульфа навалились чьи-то руки, крепкие руки воинственных людей. Они яростно потащили его к яме, рядом с которой его ждал Пэл Пэлек.

– Внутрь, – скомандовал он, и Ранульфу ничего не оставалось, кроме как подчиниться.

Он спустился по лестнице мимо железной решетки с шипами. Вниз, в зловоние, в темноту. В темноту своей камеры. В темноту своих мыслей.

Глава 46. Джанила

Джанила восседал на белом каменном троне со спинкой в форме щита, когда принцесса Амилия выступила вперед. На ней было длинное зеленое атласное платье под горностаевой накидкой. Рядом, чуть позади, стояла леди Мелани Монсорт в скромном бело-голубом одеянии. За их спинами у двойных бронзовых дверей дежурили сэр Оуэн Армдалл и сэр Фрэдрик Раксмонд в полосатых плащах цветов Тукора поверх кольчуг из божественной стали. Сесилия дополняла собрание, наблюдая со стороны, как Амилия подошла к подножию постамента и склонила голову.

– Ты звал меня, дедушка.

Джанила кивнул.

– Король Годрин мертв. – Его голос разнесся по огромному белому залу, огибая колонны и заполняя каждый уголок, каждую щель. Джанила сдержал улыбку, когда его слова эхом вернулись к нему. Король Годрин мертв… Король Годрин мертв… – Он пал вчера вечером в своем дворце в Талане. Я получил известие всего час назад и хотел, чтобы вы узнали об этом первыми.

Сесилия тихонько прыснула.

– Я так понимаю, он умер своей смертью?

Но она знала, что это не так.

– Так будут заявлять, да, но правда скоро выплывет наружу. – Джанила оглядел собравшихся. – Мудрый король погиб от руки Хадрина. Сын Годрина собственноручно перерезал ему горло. – Все женщины заметно вздрогнули. Им свойственно реагировать подобным образом. Может, Годрин и выжил из ума, но он оставался королем. – Хадрина уже короновали. Церемония была скромная. Он исправит курс, выбранный его отцом. – Джанила встретился взглядом с внучкой. – Ты выйдешь за него замуж и родишь наследника нашей крови, Амилия. Твой долг – объединить наши королевства.

На лице девушки отразился ужас.

– Нет! – выпалила она. – Нет… Я не стану. Нет… Пожалуйста, не заставляй меня…

– Ты выполнишь свой долг перед этим домом и этим королевством. Ты выполнишь свой долг перед Севером.

– Пожалуйста, нет. – Она подошла вплотную к ступенькам. – Ты не можешь заставить меня. Он мерзкий, старый и… – Амилия была близка к тому, чтобы разрыдаться, и в мольбе протянула к деду руки. – Я не могу выйти за этого человека. Я не смогу быть с ним после Алерона… Я не могу, не могу…

Джанила вскочил, его королевский плащ цвета сосны на серебряных застежках колыхнулся.

– Ты будешь делать то, что я скажу! Хадрин – король, и ты будешь его королевой. Алерон Дэйкар не имеет к этому никакого отношения.

– Имеет! Я любила его!

– Ты любила образ и больше ничего. – Джанила недовольно уставился на внучку. – Ты разочаровываешь меня, Амилия. Я вручаю тебе королевство, а ты плачешь из-за призрака. Лукары выходят замуж ради положения и выгоды, а не по любви. Ты всегда это знала. Избавь меня от своих слез.

Она не последовала этому приказу. Слезы лились горячими ручьями, лишая ее последнего достоинства.

– Я не буду этого делать, – повторила она, а затем еще дважды, уставившись в пол и остервенело мотая головой. – Если бы не ты, Алерон был бы жив, – небрежно выпалила Амилия, подняв глаза. – Это был ты, я знаю. Это мог быть только ты…

Ее слова потонули в глубине зала, оставив после себя холодную тишину. Джанила смотрел на внучку, пока ее запал не иссяк и она не отвела взгляд.

– Принцесса устала, Мелани. Уведите ее с глаз моих, пока она не успокоится.

– Хорошо, милорд. – Мелани подошла и обняла принцессу за тонкую талию. – Пойдемте, Амилия. Я провожу вас в ваши покои.

Но Амилия оттолкнула ее, что было совсем на нее не похоже.

– Я не хочу идти в свои покои!

– Так будет лучше, принцесса. Вам нужно успокоиться.

Мелани подталкивала ее к выходу, в то время как Сесилия наблюдала за происходящим с любопытной улыбкой. Незаконнорожденная дочь короля повернулась и, нахмурившись, посмотрела на отца, словно спрашивая, почему он не сообщил ей обо всем раньше.

– Знаешь… – сказала она, помолчав. – Я думаю, тебе крупно повезло, Амилия.

Амилия отстранилась от Мелани и посмотрела на Сесилию.

– Это почему же? – спросила принцесса, всхлипнув. – Потому что я стану королевой? Его королевой?

– Да, и это большая удача, потому что твой будущий муж – слабак и всегда им будет. – Сесилия усмехнулась. – Ты ведь Лукар, Амилия. Неужели ты не хочешь возвыситься? Вряд ли союз с Алероном Дэйкаром помог бы тебе в этом. Он возвысил бы его, а не тебя, но сейчас… – Она бросила короткий взгляд на Джанилу и прочла в его глазах позволение продолжать. – Думаю, тебе больше подойдет роль королевы Расалана, к тому же короли в последнее время мрут как мухи.

Амилия все еще думала. С каждым ударом сердца она постепенно успокаивалась.

– Этот ребенок не будет воином, дедушка, – сказала она, вытирая глаза. – Хадрин – Морерожденный. Он слаб. – Она шмыгнула носом, чувствуя тошноту при мысли о том, чтобы лечь с ним в постель, и Джанила вполне мог ее понять. – Мы с Алероном должны были произвести на свет великого воина. Наш сын должен был стать воплощенным Варином. Разве это не то, чего ты хотел?

Джанила стоял на своем.

– Королевство дороже. В Расалане много воинов, которыми теперь буду командовать я. Я сделал это, чтобы спасти жизни, разве ты не понимаешь? Годрин никогда не сдался бы и втянул бы нас в долгую кровопролитную войну, а все это время наши враги становились бы только сильнее. Я не мог этого допустить. Кончиком пера я завоевал королевство. Теперь иди и сделай его своим.

У Амилии не осталось другого выбора, кроме как преодолеть свое отвращение и сосредоточиться на открывшихся ей возможностях. Хадрин – отвратительный мелкий человечишка, это правда, но Джанила не сомневался, что внучка сможет его приручить. Она вполне способна переступить через свою неприязнь.

– Свадьба, – прошептала принцесса, когда Мелани протянула ей шелковый носовой платок, чтобы она промокнула глаза. – Где она будет? – Амилия судорожно сглотнула, едва не подавившись этой мыслью. – И когда?

– Это еще предстоит