Мелия вышла вперёд.

— Ваше величество, нам известно, что у вас происходит, и с этих пор вы можете вести себя так, как посчитаете нужным. Абсолютно неважно, что вы планируете делать. Пока вы находитесь под нашей защитой, можете не переживать о своей безопасности.

У Гирмы была дочь, которая была примерно одного возраста с королевой, и в ней невольно заговорил материнский инстинкт. Зная, что Синаей пренебрегали, она хотела вселить в неё больше уверенности, ведь сама заклинательница никого не боялась, уверенная в том, что даже если выступят все дворяне и хранитель против неё, сможет с этим справиться, а если нет, всегда есть Лами и Свейн, которые придут на помощь.

Оулин впервые услышала нечто подобное. Вся жизнь принцессы — это умение балансировать между аристократией. Ей приходилось даже интонацию подбирать правильную, чтобы не оскорбить кого-либо, ведь отец не мог похвастать крупными завоеваниями или силой, из-за чего ещё до потери земель королевства знать презирала его.

После смерти короля аристократы и вовсе стали относиться к ней как к рабыне, которая очень скоро будет выдана замуж и чья жизнь будет состоять лишь в том, чтобы родить наследника и сидеть смирно.

Почувствовав поддержку за спиной, она задалась вопросом: если её сделают марионеткой, то что с того? Если это позволит подавить аристократию и заставить их смотреть снизу вверх, то в этом нет ничего плохого.

Придя немного в себя, она кивнула в ответ женщине, которая по-доброму улыбалась ей.

— Спасибо, ваше превосходительство. — в реверансе ответила Синая.

После этого знакомства четверо вышли из покоев и оказались в коридоре, где их встретила четыре фрейлины, которых девушка совершенно не знала.

Все они были одеты в дорогие платья, на которых красовались большие бриллиантовые подвески, огранённые неизвестным способом, а на шеях девушек висели аккуратные утончённые ожерелья, в центре которых светился камень концентрации.

Аура, излучаемая каждой из них, была как минимум платинового уровня, что говорило об их хорошем развитии, хотя на вид им было не больше двадцати лет.

Ания вышла вперёд, чтобы представить их.

— Ваше величество, так как вы не можете появляться перед знатью без фрейлин, её светлость герцогиня Сильвия Леомвиль попросила своих подруг сопровождать вас, пока она сама занята делами герцогства. Когда у неё появится возможность, её светлость обещала лично посетить вас. — сообщила посол.

Девушки тут же поклонились в реверансе и стали ждать, пока им позволят подняться.

Однако Синая была настолько шокирована, что забыла об этом, пытаясь понять, что вокруг неё происходит.

«Сначала герцог, а теперь его супруга? К тому же эти девушки превосходят меня в развитии силы… Что это за континент такой? Может он благословлён всеми шестью богами?» — подумала она.

Учитывая, что на Калтамене обстановка с маной не сильно лучше, чем на Лимее, развитие рыцарей здесь также не высокое.

Хотя местное древо жизни абсолютно здорово и распределяет ману в достаточном количестве, но этого всё равно недостаточно, чтобы рыцари могли быстро прогрессировать, ведь мана утекает с континента, словно воздух из пробитой покрышки.

Мужчины и некоторые женщины могут быстрее развиваться, сражаясь на поле боя, где после смерти других магов концентрация маны увеличивается, благодаря чему они повышают уровень быстрее, но фрейлины перед королевой явно не являлись воинами.

Синая, которая находилась на серебряном уровне, была немного смущена, но, вспомнив манеры, она разрешила девушкам подняться, после чего те представились, как полагается.

Все они оказались дочерями весьма знатных особ на Лимее. Три из графских домов и одна из герцогства Анжу империи Лиденгард. Хотя последняя являлась младшей в семье, но её статус принимался в любом королевстве на любом континенте, где существует монархическая система.

За то, чтобы переправить их сюда, Сильвия предложила герцогству торговые преференции и банковские услуги по наиболее выгодным условиям, а также лояльное отношение герцогини Дернс, что для Дрейда Анжу являлось наиболее важным после того, как мать Виктора уничтожила семью одного из герцогов империи.

Королева не знала, на что пришлось пойти Сильвии, но теперь ещё больше интересовалась герцогством Леомвиль, которое может заставить даже герцогство империи послушно отправить свою дочь на другой континент.

Чувствуя себя более уверенной, когда всё соответствует этикету, женщина подошла на шаг к фрейлинам, после чего развернувшись встала к ним спиной.

Девушки тут же осмотрели платье Синаи и, убедившись, что нет никаких проблем, отступили на шаг назад.

Это была одна из их основных задач: убедиться, что ничто не омрачит её появление на публике.

Занимаясь своим делом, они не заметили, как королева улыбнулась, но даже заметив это, вряд ли поняли бы, чем так довольна госпожа.

Всё дело было в том, что раньше за ней ухаживали из рук вон плохо. Её прежняя фрейлина скорее являлась шпионкой, чем горничной и зачастую просто игнорировала свои обязанности.

Теперь, когда вокруг девушки, которые явно внимательно относятся к госпоже, королева наконец ощутила себя гораздо свободнее.

Синая, не говоря ни слова, направилась по коридору в сторону широкой лестницы, ведущей вниз, и даже на этом коротком отрезке она заметила множество отличий.

Картины, статуи и бюсты были вычищены до блеска, а стража, стоявшая на каждом углу, словно каменные изваяния, склоняла голову при приближении королевы.

Это заставляло девушку ощутить себя настоящим монархом и поднимало её самооценку на совершенно новый уровень.

Больше неважно было, насколько преданны эти люди, важно лишь то, что они делают всё, как полагается.

Спустившись по лестнице и пройдя по ещё одному коридору, королева со свитой наконец прошли через десятиметровые белоснежные двери, распахнутые рыцарями.

За ними располагался тронный зал, роскошный, словно созданный для богов и просторный настолько, что в нём мог легко поместиться дракон.

В это же время девушка услышала женский шёпот.

— Ваше величество, это Гирма. В зале никто нас не увидит, поэтому старайтесь не обращаться к нам. В данный момент только вы можете нас заметить — сообщила заклинательница.

Синая не повела даже мускулом, идя к золотому трону, который возвышался в центре перед толпой аристократов.

Она боковым зрением видела, что даже сейчас эти люди не проявляют к ней должного уважения.

Сбившись в кучки, дворяне стояли к ней боком или спиной, давая понять, что не считают её тем, перед кем должны кланяться или хотя бы не показывать спины.

«Скоро вы пожалеете о своём отношении!» — мелькнула мысль в голове королевы, которая гордо задрав подбородок поднялась на трон и, забрав из рук министра