волнения задрожали, и женщина, словно подкошенная, медленно сползла по стенке на мокрый пол. Она даже не заметила, как платье промокло насквозь и прилипло к телу. Но ее сейчас ничего не волновало, кроме лисенка, сидящего напротив. В голове всплыли рассказы Ниби о детях-оборотнях, которые застревают в зверином облике и, долго пребывая в нем, теряют человеческий разум, превращаясь в обычных животных. Как поняла Клавдия, это был именно такой случай, о котором рассказывала няня. Радовало лишь одно: найдёныш ее понимал.

Рыженькой девочке, которую она успела увидеть всего на несколько секунд, можно было дать от силы лет пять. До того она была маленькой и худенькой. Но Клавдия знала, что первое обращение происходит в возрасте от десяти до двенадцати лет. Если в течение этого времени ничего не произойдет, оборотень сохранит человеческую сущность на всю жизнь. Правда, в своей среде его будут считать ущербным и относиться соответственно.

Недовольный крик дочери грубо вырвал ее из оцепенения. Оказалось, что малышка выкинула все игрушки из манежа и заскучала.

— Сама виновата, кто же выбрасывает все игрушки? — проворчала Клавдия. — Пошли, я тебя переодену и покормлю. А ты сиди здесь!

Накинув на лисенка чистое полотенце, она подхватила дочь на руки и поднялась в свою комнату. Быстро достав из сундука кусок ткани, Клавдия завернула в нее сушеную траву, получив своеобразный кустарный подгузник. Как именовалась эта трава в аптекарских справочниках, она не знала, но в народе ее называли нежданкой. Трава могла впитывать огромное количество влаги, поэтому ее использовали в качестве подкладки для грудных детей. Жаль, что во время поездки они пользовались обычными тряпками — нежданка не росла в северных краях.

Пока дочь, причмокивая, нежно тянулась к материнскому молоку, Клава, в задумчивости устремив взгляд сквозь замерзшее окно, созерцала задний двор. Отсюда, как на ладони, раскинулось Светлое озеро. Вчерашняя вьюга стихла, но ленивый снег все еще валил, опускаясь крупными хлопьями на безмятежную гладь воды и бесследно растворяясь в ней. Но не это приковало взгляд женщины. По озеру расплывались радужные круги, танцуя по поверхности калейдоскопом разноцветных искр.

— Что это еще такое⁈ — вырвалось у попаданки. В ее голосе трепетали изумление, растерянность и нескрываемый восторг.

Осторожно положив дочь на кровать, Клавдия вышла и позвала лисичку.

— Девочка, присмотри за малышкой, а мне нужно спуститься к озеру.

Рыжая медленно, словно чего-то опасаясь, стала подниматься по лесенке. И тут Клавдии вдруг стало понятно: ее приблудившийся в старом мире кот Васька вел себя точно так же, когда в ветеринарной клинике ему диагностировали повреждение лапок и прописали обезболивающие.

— У тебя болят ножки? — спросила Клава, присев на корточки перед лисичкой.

Та только опустила голову.

— Не переживай, я постараюсь тебе помочь, а пока посторожи, пожалуйста, сон Ираи. Как вернусь, мы с тобой пообедаем.

Клава легонько погладила ее по голове и поднялась. Рыженькая уютно свернулась калачиком на коврике перед кроватью, где мирно посапывала девочка.

Легко сказать — просто спуститься к озеру и вернуться. Прошедшая метель погребла под собой все тропинки, даже ту, что вела к деревенскому скворечнику. Как Клава мечтала о настоящей канализации в доме, но не роптала, понимая, что, кроме этого дома, у нее ничего нет. И за этот кров она была безмерно благодарна Орсу, медведю-оборотню, что приютил их бесплатно.

Дверь в сарай открывалась с трудом. Пришлось руками отгребать колючий снег, чтобы расчистить проход и войти. Оказавшись внутри, Клава огляделась. Здесь все осталось так же, как и при жизни нянечки: в углу стояла та самая телега, на которой они приехали восемь месяцев назад, и валялись кое-какие садовые инструменты. Старенькую лошадь, к сожалению, пришлось продать. На чужой земле нельзя было косить траву, чтобы обеспечить ей корм на зиму. Маленький клочок земли, на котором ютился дом и примыкал берег озера, принадлежал лично медведю-оборотню. Он вытребовал его у отца, чтобы уединиться после смерти любимой, а когда родственники не захотели оставить его в покое, уехал странствовать.

Взяв лопату, Клавдия быстро прочистила тропинку до туалета, а затем — и до берега озера. Остановившись, она устало облокотилась на лопату и посмотрела на разительные перемены, произошедшие на Светлом озере. Радужные круги становились все больше, словно озеро дышало, меняясь на глазах. Переведя дух, женщина подошла ближе и от изумления чуть не шлепнулась на пятую точку. Перед ней, на водной глади, возникли две полупрозрачные фигуры в старинных одеждах — девушка и парень, державшиеся за руки и с любопытством оглядывавшие ее.

Глава 9

Молчаливое знакомство тянулось, словно долгая зимняя ночь. Они изучали друг друга взглядами, испытывая неведомое, невысказанное. Клавдия Ивановна, не отрываясь, смотрела на призрачную пару, чья трагическая гибель когда-то лишила озеро целительной силы.

При жизни девушка, несомненно, была дивной красавицей: огромные, бездонные синие глаза, светлые, мягкой волной ниспадающие волосы, нежные черты лица. От такой прелестницы парни, наверняка, теряли голову. Черноволосый юноша с карими глазами, державший её за руку, с напряжённым вниманием следил за каждым движением Клавдии. Его чёрная нательная рубашка и просторные штаны колыхались, словно от дуновения ледяного ветра, что казалось попаданке совершенно невозможным.

— Светлого дня, Хранительница! — прошелестел голос девушки.

Тихий, леденящий душу шёпот призрака проник в самое подсознание, заставив кровь в жилах Клавдии застыть.

— Э-э-э, светлого дня, — запинаясь, проговорила она, пытаясь унять дрожь, — но вы ошиблись, я не Хранительница.

Призрачная пара переглянулась, и в тишине разлился тихий холодный смех. Сотни мурашек пробежали по коже женщины, но она, затаив дыхание, продолжала стоять, ожидая дальнейших событий. Бежать было бессмысленно.

— Лишь существо с открытой душой, чистым сердцем и благими намерениями смогло снять проклятие с озера. Теперь ты, пришлая из другой Вселенной, станешь Хранителем этого места. Пока в твоём сердце живет любовь и всепрощение, озеро будет исцелять каждого, кто придет к его берегам. Но помни: тот, кто осмелится предать тебя и твоих близких, будет сурово наказан нами. Твоей покровительницей станет Первородная, отдавшая часть своей божественной силы Светлому озеру, чтобы пробудить его ото сна. Имя ей — Нибиал. Сейчас не тревожь её, она прощается с земной жизнью. Через сорок дней ты сможешь призвать её, но лишь тогда, когда тебе действительно понадобится помощь.

Неожиданная, всепоглощающая радость захлестнула Клавдию. Она уже потеряла надежду на встречу со своей нянечкой, пусть даже и в столь необычном обличье. Несмотря на свой своенравный характер, Ниби не оставила её в беде и всеми силами старалась помочь. А если вспомнить, что она пожертвовала годами своей жизни ради маленькой Ираи, то