не в том положении, чтобы торговаться.

Я сглатываю, сердце начинает биться быстрее.

— Я хочу быть уверена, что останусь живой, — признаюсь честно.

Тишина между нами натягивается, как тонкий трос. Я почти слышу, как он думает, как взвешивает все «за» и «против», как решает.

И все это время он смотрит только на меня, даже не моргает.

— Пока ты со мной, — наконец говорит он, — тебя не тронут.

Не «я постараюсь».

Не «я надеюсь».

А именно так.

— Хорошо, — киваю я и делаю глубокий вдох. — Тогда слушай.

Пальцы чуть дрожат, и я ставлю кружку на стол, чтобы ненароком не вылить на себя горячий чай.

— Ты уже знаешь, что я хакер. Но я не из тех, кто занимается этим ради лайков, ради разоблачения всемирных заговоров. Я работаю за деньги. Да, я влезала в бухгалтерию «СеверПрома». Меня наняли их конкуренты. Я забрала данные и вышла.

Я поднимаю на него взгляд.

— Но утечка, из-за которой ты за мной пришел, не моих рук дело. Клянусь. Я не сливаю ничего лишнего, это не в моих правилах.

Он молчит и только немного кивает.

— А потом, — я делаю паузу, потому что дальше говорить становится тяжелее. — Потом за меня взялись сразу все. Я поняла, что стала удобной мишенью. Девчонка без защиты и из коммуналки. Идеальный вариант, чтобы спустить на меня всех собак.

Мне становится как-то легко, словно я изливаю душу самому близкому человеку на всем белом свете.

— И сегодня ночью меня должны были убрать, — заканчиваю я. — Потому что я слишком много знаю или потому что я кому-то больше не нужна.

Я замолкаю, а Сергей смотрит на меня так, словно внутри него что-то окончательно встало на свои места.

А я думаю только об одном: пожалуйста, Господи, пусть он будет тем, кому можно доверять.

— Как ты связалась с конкурентами «СеверПрома»? — тихо спрашивает он. — Как они вышли именно на тебя?

Вот здесь он подошел к очень тонкой грани. Вот здесь – Миша. А значит, сюда я его не пущу.

Я опускаю взгляд в кружку.

— Однажды я влезла кое-куда, — начинаю осторожно, подбирая слова. — Думала, что там меня не заметят.

— Куда? — раздается его строгий тон.

— Это неважно.

Сергей пристально смотрит на меня.

— И тебя вычислили?

— Да, — я киваю и сильнее кутаюсь в плед, несмотря на то, что от чая мне уже жарко.

Мне просто хочется спрятаться от пытливого мужского взгляда.

— Я оставила цифровой след, — добавляю я, пожимая плечами, будто речь идет о чем-то бытовом. — А такие вещи, знаешь, иногда как раз и бросаются в глаза.

Он чуть откидывается на спинку стула.

— Ты хочешь сказать, что крупные игроки сами нашли тебя?

— Да. У них были деньги, у меня – навыки. Они предложили работу, и я согласилась. Но они заверили меня, что мне нечего бояться, что их заказ всего лишь вскрыть легкий код бухгалтерской программы. И я доверилась им.

Сергей хмурится.

— Обычно таких, как ты, не вычисляют.

— Видимо, я переоценила свою невидимость.

Он молчит, переваривает мое признание. Я меняю позу на стуле, поджимаю ногу под себя.

— Ты понимаешь, — говорит он медленно, — что если тебя поймали куда ты там влезла сначала, значит, ты полезла очень глубоко?

— Понимаю.

Лучше, чем ты думаешь, - добавляю про себя.

— И после этого ты решила, что контракт с конкурентами «СеверПрома» - хорошая идея?

— Я решила, — тихо говорю я, — что если меня все равно увидели, то прятаться уже поздно.

На самом деле мне нужны были деньги! Вот и все.

— Это все, что ты должна мне рассказать? — спрашивает он с прищуром.

— Да. Я рассказала правду.

Он усмехается краешком губ, а я сжимаю пальцы на коленях.

Прости, Сергей. Но если ты узнаешь про Мишу, ты уже никогда не будешь смотреть на меня так же.

Мне становится душно, и я решаю сменить тему. Хотя понимаю, что это тоже риск, Сергей может сразу меня спалить.

— Мной заинтересовались только из-за утечки? — спрашиваю я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Или за мной начали следить ФСБ еще из-за чего-то?

Он тяжело вздыхает.

— Я не из ФСБ, — отвечает спокойно. — Я из спецназа.

Почему-то от этого мне не становится легче.

— Что со мной будет?

У меня в горле пересыхает.

Сергей не торопится отвечать, он делает глоток чая, а затем ставит кружку на стол.

— Это решит суд.

— Суд? — повторяю я еле слышно. — То есть…

— Ты же не думаешь, — перебивает он тихо, но жестко, — что я теперь тебя отпущу?

В комнате становится очень тихо, даже холодильник перестает гудеть.

Я все прекрасно понимаю, вариантов у меня больше нет.

Я смотрю на стол, на свои руки, на трещинку в дереве, да куда угодно, лишь бы не на Сергея.

Вот и все, Маруся.

Ты больше не бежишь. Ты стоишь на месте и ждешь, чем это закончится.

ГЛАВА 17.

ГЛАВА 17.

Маша

— Я останусь здесь ночевать, — спокойно произносит Сергей, даже ни на секунду не смущаясь того, что нам придется спать в одной квартире.

Легкий шок накрывает меня с опозданием.

— В смысле здесь? — уточняю я, хотя прекрасно все поняла.

— Здесь, — подтверждает он, встает и направляется в комнату.

Я смотрю ему в спину, в моей жизни определенно что-то пошло не так. Иду за ним.

Он заходит в комнату, открывает шкаф и вытаскивает из него раскладушку. Я приподнимаю бровь.

— А вы тут подготовились, — тяну с иронией. — Прямо сервис «все включено».

Сергей даже не смотрит на меня. Он раскладывает металлические ножки, проверяет замки, сдвигает диван на пару сантиметров к окну. Все его движения четкие и уверенные.

— Это служебная квартира, — отвечает ровно. — Иногда она используется.

— Иногда? — я фыркаю. — То есть я не первая птичка в этой «золотой клетке»?

Он бросает на меня такой взгляд, что шутка тут же теряет актуальность.

— Не сравнивай, — говорит спокойно. — И не фантазируй.

Ну да. С фантазией у меня сейчас и правда перебор.

Сергей ставит раскладушку так, чтобы видеть