непонятно, мы тут почти на верхотуре. Ты что-нибудь видишь на радаре?

— В этих чертовых горах все волны гасятся. По карте, на районе, в указанных тобой параметрах, с десяток домов. Эти придурки почему-то любили селиться по отдельности.

— Так мизантропы! — прохрипел кто-то. От постоянного ветра и сырости многие бойцы простыли.

— Отставить разговорчики! Гоблин, ты старший.

— Есть.

Снайпер перешел на «ближнюю связь» и скомандовал всем отползать назад. Его не покидало неприятное ощущение, что они еще на прицеле. Так и оказалось, но железножопый Хмель также обладал врожденным чутьем и свою задницу смог уберечь от следующего выстрела.

— Блять, чуть яйца не оттяпала!

Гоблин перевел дух, они только что отползли за скалистый гребень и спускались к дорожке. Но последние слова Хмеля его заинтересовали.

— Ты почему сказал, что это она?

Кряжистый и крепкий как боровичок боец остановился в задумчивости. Он был нагружен по самое не балуй — переносной ПТРК комплекс даже с использованием нанотехнологий весил достаточно.

— Не знаю. Кто еще по яйцам стрелять будет? Это как бы месть всем нам, мужикам.

— Гоблин, к гадалке не ходи, стреляла какая-то гражданская сволочь. В этих местах охотников до хера.

Снайпер звена «Ф» стукнул себя по лбу и тут же заработал пальцами, активировав боевой планшет.

— Ты чего?

— Я же смотрел на Циркача, когда ему прилетело! Пенс, лови картинку. Покадрово можно увидеть направление. Вот тебе точная привязка к местности на тот момент, я постоянно ловил сигнал с порта.

— Принял, ждите.

Все устало присели прямо на узкую дорожку, идущую между скал. Видимо, по ней ездили на квадроциклах, следы были отчетливо впечатаны в черную грязюку. Ни один не снял боевые шлемы, чтобы освежить лицо. Смерть товарища также никто не комментировал. Будет еще для этого время. Сначала надо найти и убить неведомого врага. А это они делать умели! Хорошо умели, благо было на ком поучиться. Дикие финны те еще гадёныши!

— Подъем, народ! Координаты пришли. Все получили карту? Крайний дом справа на склоне. Пенс с автомобилями подкатит с той стороны и встанет за поворотом.

— Ближе не могут?

— Вспугнут, — пробасил Хмель. — Мы же не знаем кто еще там кроме снайпера есть.

— Мне также издалека не сработать из винтаря, так что подберемся втихую по вот этой тропке.

Гоблин пошевелил пальцами, и все разглядели в своих шлемах предполагаемый маршрут.

— Ой, бля.

— Не блякай, встаем славяне!

— Надо бы за сотню метров оставить лишнее оружие и припасы, — худощавый мужчина с впалыми щеками тяжело дышал. Ему пришлось тащить на себе разгрузку и карабин убитого Циркача. Гоблин глянул на него и согласно кивнул:

— И там-же наденем накидки. Хрен знает, что у них еще есть. Винтарь точно не из дешевых.

Самый относительно молодой в поисковой команде сорокалетний техник со странным позывным Зубило задумчиво посоветовал:

— Я бы их сразу накинул. Мы разогрелись, следами пышем так, что можно издалека заметить. Солнца нет, скалы холодные.

— Зубило прав.

Гоблин вздохнул и стащил с плеча рюкзак. Выданные им из армейских запасов теплоизолирующие экраны давно пришли в негодность. Но спасибо Натовским кладовщикам. В порту их команда нашла целый ангар всяческого снаряжения, чем тут же воспользовался прижимистый Есаул, пинками отогнав оттуда армейских интендантов. По праву кодекса ЧВК на все находки у Т 21 был весомый приоритет.

— Хреново. Мы тут как на ладони!

Гоблин и Хмель каждый в своем шлеме изучали трехмерную проекцию приземистого здания, где засел неизвестный противник. Спасибо китайскому нанодрону, который прополз дальше. И как эти азиаты умудрились впихнуть в него такую качественную оптику?

— Если атаковать бронемашинами?

— Издалека наши стрелять не смогут, поворот буквально в пятидесяти метрах. Подойдут ближе, их сожгут к четям. Будет же слышно издалека, есть время подготовить ПТО.

— Так вызвать полкана с ракетами!

— Хмель, мы еще не до конца уверены, что стреляли точно отсюда. И сколько времени ему понадобится, чтобы выйти на позиции?

— Так давай спросим их по громкой связи — Ребятки дорогие, случайно не вы ли по нам стреляли?

Сидевший на «фишке» Зубило подошел к спорщикам, положил руку на бронекостюм Гоблина, чтобы установить «контактную связь».

— Чтобы вы без меня делали.

— Ты это о чем?

Техник молча достал из боевой укладки ручной револьверный гранатомёт.

— Откуда у тебя?

— Обменял по случаю у жандармов. Модель старая, но работоспособная. Жаль обычных боеприпасов нет, но зато разной химией запасся.

— Ага, значит, предлагаешь выкурить ворогов?

— Только сначала пусть Хмель издалека «Шилом» это большое стекло разобьет. Оно дюже крепкое. Я точно знаю, сам до войны такие богачам устанавливал.

— Блять, ты мне чего, тащиться в гору со станком предлагаешь?

— Ну, можешь выйти на площадку, сказать типа, ребяты, вы тут подождите малёхо. Счас соберу перед домом и ёбну по вам.

— Все бы тебе прикалываться, Гоблин.

В эфире раздался голос Пенса:

— Хорош спорить. Хмель, тащи станок с ракетой наверх и жди сигнала. Подходящую точку тебе уже скинул. Остальным двадцатиминутная готовность. Отбой.

Как ни странно, но все прошло как по маслу. Обычно в реальной боевой обстановке редко так случается, но все-таки случается. Рык моторов, работающих на форсаже, заранее возвестил о начале операции. Тут же послышался громкий хлопок, к дому огненным росчерком прочертила пусть облегченная ракета, затем раздался грохот ломающегося каркаса и звон падающих наземь крупных осколков стекла.

— Ходу!

Гоблин мигом проскочил оставшуюся часть открытого пространства и засел за мусорным баком с гладкоствольным ружьем. В трофейный Фабарм в «тактическом» исполнении были заряжены патроны с картечью. Зубило стрелял, прячась среди камней, но на редкость очень точно. Несколько попаданий прямо в разбитое окно и оттуда сразу же повалили клубы дыма. Шум несущихся к дому бронемашин стал еще громче, он должны был дать сидящим в здании знать о том, что на дорогу в эту минуту выбегать чревато. Оставался только одни путь к спасению.

Открылась небольшая дверь и оттуда выскочил пузатый мужик с пистолет-пулеметом в руках. Громкий выстрел из гладкоствола и тот тут же падает прямо на камни, корчась в агонии. Следующий боец решил поступить умнее, они выставил наружу лишь ствол автоматического карабина, стараясь нащупать невидимого для него противника. Еще одна граната со слезоточивым газом, и надсадно выплевывая легкие, неизвестный стрелок вываливается на лестницу.